Чтение онлайн

— Авдеев! На выход! — гаркнул показавшийся на пороге надзиратель, и я поднялся из-за стола.

— Ох ты ж ё, — выдавил полицейский, уставившись на шестерых подопытных. — Что здесь происходит?

— Они решили гимнастикой заняться, — улыбнулся я, направляясь к выходу. — Укрепляют нижнюю чакру, так сказать, — затем я махнул всем рукой, — Благодарю всех за гостеприимство. Отбой!

Все повалились на пол, вздыхая от облегчения.

В коридоре меня встретил Гвоздев.

— Никитич! Рад тебя видеть! Значит, у моего помощника всё получилось! — воскликнул я, пожимая ему руку.

— Да, с тебя обвинения сняты. Убийца найден, — ухмыльнулся Гвоздев. — Пойдём в машину.

— Рано в машину. Для начала нужно расписаться в паре документов, — сообщил полицейский. — А уж потом я вас отпущу.

— И здесь эти чёртовы бумажки, — проворчал Гвоздев. — Только побыстрей. Мы очень спешим.

— Все спешат. У меня вон тоже день рабочий закончен. А вы мне работы прибавили, — пожаловался полицай.

Мы зашли в кабинет, где сидел сгорбившийся убийца, прикованный к специальному поручню. Он лишь мельком взглянул в мою сторону. А мне стоило больших сил, чтобы не кинуться в его сторону и не разорвать на части. Но ему и так досталось, судя по затравленному, испуганному взгляду. Вон, сидит, трясётся, вытирает кровь, выступающую из мелких ран на лице. Что с ним Гоб делал, оставалось только догадываться.

'Отправил его в пасть Зилота

Астрального мозго-проглота.

Затем закинул в клетку к слизням

И он уже прощался с жизнью' — довольно подметил зеленомордый.

А затем гоблин добавил, что это были лишь иллюзии. Он просто погрузил его в тень, а остальное создать было делом техники. Хотя гоблин не выдержал и в процессе — для правдоподобности, конечно — слеганца потыкал убийцу кинжалами. И почти истощился, тратясь на иллюзии. Но это того стоило.

Мы расписались так, где надо, затем с Гвоздевым вышли из участка. На улице я заметил и чёрную «Победу». Жига тоже успел подъехать. Завидев меня, он радостно вскрикнул, махнув рукой.

— Мне нужно с тобой поговорить, Владимир, — пристально взглянул на меня Никитич.

— Давай в моей машине прокатимся, отпускай своего водителя, — предложил я.

— Ну а что, давай, — ухмыльнулся Гвоздев. — Я на таких давно не ездил.

Когда мы устроились на заднем сиденьи, Гвоздев тяжело вздохнул:

— Опять ты нашёл себе приключение на одно место. Ты ведь уже понял, что Хазаров это не все твои авторитеты, которых ты завалил в своё время. Этот подонок расчётлив.

— Да я знаю, Никитич, дожмём ублюдка, — улыбнулся я.

— Ты опять меня не слушаешь, — рявкнул Гвоздев. — Он настолько хитрожопый, что сейчас как угорь на сковородке извивается, чтоб тебе отомстить. И сразу скажу — я не всесилен. Вот против него точно. Заварил кашу — вот сам и выкручивайся.

— Но ты ж мне помог, верно? — прищурился я.

— Верно. Потому что не мог не помочь, — Гвоздев кинул напряжённый взгляд в сторону Жиги, крутящего баранку и напевающего под нос песню, играющую из колонок.

— И твой помощник… зелёного цвета… Я не ожидал, конечно. Но чтоб больше он в СОХ не появлялся. Сразу тебе говорю, — тихо добавил Гвоздев.

— Приборы засекут? — я вспомнил, что на этой неделе должны были установить датчики.

Ну точно! Хотя выбора особого не было. Только Никитич и знал о Гобе. Остальным я пока не собирался раскрывать свой козырь.

— И это тоже, — кивнул Гвоздев. — Но ты не забывай, что есть и одарённые в нашей группе, которые могут почуять твоего друга. Просто повезло, что датчики ещё не настроили, а одарённые в казарме дрыхнут.

— Учту в следующий раз, — благодарно взглянул я на Никитича.

Жига получил задание лететь в СОХ. Гвоздеву надо было перебирать кучу бумажек. Когда мы подъехали к воротам, нас не пустили.

— Э, кто такие?! — грубо крикнул нам один из охотников. Так это ж Васян. ОН что, на полставки в охрану подался?!

— Ты охренел, что ли?! — заревел выскочивший из салона Никитич. — Я ему машу, а он хоть бы посмотрел в стекло!

— Егор Никитич, изв-вините, ради бога, — залепетал побледневший Васян, попятившись к домику. — Я просто не увидел. Те-темно.

— Куда почесал?! — воскликнул Гвоздев. — Ворота открывай, твою за ногу!

— А! Так эт я сейчас! — растерянно улыбнулся Васян, кинувшись к коробке, прикрученной к воротам.

Мы проехали внутрь, минуя плац. Доставили Гвоздева прямо к главному входу. Перед выходом он задержался.

— Ты обещал рассказать историю. Помнишь? — нахмурился глава СОХ. — Я уже устал ждать.

— Скоро расскажу, — вздохнул я, кивая, и Никитич довольно улыбнулся, закрывая за собой дверь.

Так я добрался до господинницы. Зашёл внутрь, успокоил всполошённых Катерину, напившуюся валерьянки, и Никифорыча, который подбадривал себя сердечными каплями.

И поднялся в кабинет, наконец-то добираясь до душа.

О-о-о, это просто кайф. Холодные струи чередовались с горячими, тонизируя тело. Я чувствовал, как энергия возвращается ко мне.

Выскочив из душа и напялив домашнее — штаны и футболку, я натянул тапочки и встретил Катерину, которая принесла большое блюдо с запечённой уткой и ещё одним закрытым контейнером. Аромат великолепно приготовленного мяса с жирком и специями был настолько восхитителен, что я чуть слюной не подавился.

Катя не стала спрашивать о том, что стряслось. Понимала, что я устал, и лучше задать волнующие её вопросы завтра. Тем более я вернулся. А это значило, что всё улажено.

Как только Катерина покинула кабинет, из тени выскочил Гоб, с ходу взмахивая кинжалом и разрубая утиную тушку пополам. В свою половину он вгрызся, нещадно перемалывая кости зубами.

Ну а в другом контейнере мы обнаружили холодец из индейки и говядины. И по-братски поделили его пополам с королём гоблинов. Ну а хрен, который прилагался к блюду, был таким ядрёным, что меня тут же пробило на слезу.

В итоге мы уничтожили все яства, запили квасом и Гоб, довольный и почти сытый, почесал в тень.

Катя забрала на тележку пустые блюда, пожелала спокойной ночи, отправив воздушный поцелуй, и упорхнула в коридор.

А я действительно захотел спать. Сейчас дивана на старом месте не было. Зато я увидел надутый матрас, прислонённый к стене.

Кинув его на пол, я упал сверху. Хм, между прочим, довольно неплохое лежбище. Когда негде прилечь, разумеется, и чертовски хочется спать.

После этой мысли я и отключился, напрочь.

Утро выдалось бодрым и радостным. По крайней мере из-за свежих новостей, которые передал Сергеич.