Где наша не пропадала
Шрифт:
— Не может быть! Ай. Я столько времени и сил на нее потратил. И что мне теперь с ней делать, выкидывать ее? Но она же, наверняка, запомнила кто ее похитил.
— Это твое теперь дело. Но… Свидетелей, малейших подозрений не должно быть. Ты и так накосячил. Еще одна такая ошибка и… Сам знаешь, разговор у меня короткий.
— Простите, лорд Бетлим. Я все исправлю.
Мужчины удалились. Я через пару минут попробовала открыть глаза. В голове молоточком стучала одна мысль: «Это не может быть правдой, я не могла потерять магию!» Постаралась себя успокоить, но не получалось. Я должна была проверить слова незнакомца! Подняла к лицу ладонь и попробовала изменить. Ничего. Пальцы какими были, такими и остались. Нет, не верю!
Я пробовала снова и снова, пока опять не стало плохо. В изнеможении я закрыла глаза и забылась тревожным сном.
Разбудила меня служанка.
— Леди, надо покушать. Я Вас сейчас покормлю.
Я не сопротивлялась и не показывала, что мне уже намного лучше. Вот только очень хотелось помыться. Я задумалась, как мне уговорить служанку.
— Вот и хорошо. Вот мы и поели, — наконец она закончила меня пичкать бульоном.
Я в волнении даже вкуса его не почувствовала. Как же хочется в ванную.
— Вы кто? — просипела я.
Служанка обрадовалась: наконец я хоть как-то себя проявила.
— Я Ваша служанка Мрия. Есть еще сиделка. Она сейчас отдыхает.
— Мрия, можно как-то занести меня в ванную и помыть?
Та задумалась на минуту, потом:
— Я сейчас узнаю. Попробуем. — И убежала.
Через какое-то время (я все пыталась встать и не могла), опять зашел Петер, посмотрел на меня тяжелым взглядом:
— Н-да. Задала ты мне задачу. Вот что мне теперь с тобой делать? Без магии иллюзий ты — ненужная пустышка. Хотя избавиться от тебя я всегда успею. А возможно, и придумаю еще как тебя использовать. Так что живи пока.
Он ушел, а я от холодного липкого страха не могла никак прийти в себя.
Что меня ждет? Сколько времени я проболела? И меня до сих пор не нашли. Магии во мне теперь нет. Как мне спастись?
Артис, виконт Мирье
Граф получил мою записку и приехал, не взирая на грозящую ему опасность, в столицу. Я был с ним согласен: где бы он ни был, за ним охотились, так уж лучше не прятаться, а делая дело, смотреть опасности в глаза.
Новости мой друг привез печальные — похитили Дашу. Зачем, почему? Не известно. Выкуп никто не запросил.
Граф подозревал, что похититель — лжебарон Оренски, но след, на который вначале он вышел, ни к чему не привел. Следы кареты похитителя затерялись. Вроде бы карета направилась в сторону столицы. Но вокруг столицы столько поместий, куда она свернула с главной дороги, кто знает.
Вместе с графом в столицу пожаловала и старшая баронесса в надежде, что граф найдет ее внучку. Я навещал ее, старушка совсем сдала. Смотреть на то, как она убивается, было горько и больно.
Граф просил о помощи и Главу тайной канцелярии, а когда тот отказал, сказав, что не хватало им еще девиц разыскивать в такое время, то Иларий выложил свой главный козырь: Даша — маг иллюзий. Вот тогда лорд Тисней сделал стойку.
— Причина похищения, скорее всего, и кроется в этом! Заговорщикам очень пригодился бы маг иллюзий. Что ж, раз это касается заговора, то мы возьмемся за розыск вашей баронессы.
Нас с графом просили об одном — не вмешиваться.
— Когда вы понадобитесь, мы вас привлечем.
— Лорд Тисней, позвольте нам хотя бы быть в курсе поисков. С лжебароном Оренски, который, как я думаю, замешан в этом, мы уже имели дело. — Просил граф.
— Он наверняка сейчас под другим именем, но мы будем иметь ввиду все, что Вы рассказали.
Но граф не успокоился, правильнее сказать старушка-баронесса не дала ему сидеть и ждать у моря погоды. В ее голове родился новый план поисков, граф, хотя план и был очень сложный в реализации, ее поддержал. И вот сейчас, поздно вечером мы сидели, и я выслушивал графа.
— Понимаешь, карета с похитителем, как мы отследили, двигалась в сторону столицы.
Граф развернул карту.
— Смотри. Вот здесь, на этом постоялом дворе, он ночевал. Нам рассказали, что с ним была совсем больная девушка, без сознания. Похититель внес ее в комнату, завернутую в плащ. Служанок в номер не пускал. И их видели только утром, когда он отъезжал. Дарию, а я уверен, это была она, он внес в карету. Я вместе с помощником Ником объездили все трактиры и постоялые дворы вокруг. Больше он нигде не останавливался. А теперь смотри, что предлагает баронесса.
Граф стал отмечать на карте.
— По этой дороге и до столицы вот такой сектор. Да, это огромная территория. Но баронесса настаивает, а я думаю: она права, что проверить нужно все.
— Тебе и года не хватит, чтобы объездить все поместья и дома в этом радиусе!
— А деньги на что? Мы нанимаем море людей, беспризорников. Каждому отводим для проверки свой участок. Причем взрослые и беспризорники будут дублировать друг друга. Всем выдается часть денег вперед, для скорости на перевозчика. Их задача: поговорить с людьми, узнать нет ли в этом месте по описанию человека, похожего на нашего барона, не приезжал ли кто в это время с девушкой. Возможно, девушка больна, поэтому стоит опросить всех лекарей.
— Ого! Масштабные действия.
— Да. С беспризорниками будет работать баронесса и Алеся, а со взрослыми — ты. Все отмечаете и записываете. Рассчитываетесь. Ник на связи со мной, он хорошо держится на лошади. А я буду выезжать на места, где что-то вызовет подозрение, где мелькнет ниточка. Тому, кто действительно найдет Дашу, я пообещал хорошую награду. Так что стараться будут все. Дня за два-три мы прочешем весь этот район и найдем Дашу!
— Ох, я начинаю верить в успех. Одно скажу: главе тайной канцелярии такая операция и не снилась.
— У главы тайной канцелярии нет в советниках старушки-баронессы. Это такая движущая сила! Горы свернет, а своего добьется!
Глава 29
Дария, баронесса Томская
Какое же это блаженство погрузиться в ванную с водой! Все мои волнения, тревоги, страхи отступили. Здесь и сейчас я просто наслаждалась. Несмотря на то, что служанки обтирали меня постоянно, у меня все равно было ощущение, что я нахожусь в липком коконе выступающей из меня болезни.
А сейчас, когда меня помыли, и я просто лежала в воде, не желая вылезать, мне казалось, что я снова стала сама собой. И расставаться с этим ощущением я не желала. В ванную комнату заглянула уже и сиделка, не понимая, почему я так долго не желаю выходить. Попыталась, вторя служанке, тоже уговорить меня покинуть воду. А я обратила внимание, что она вся в слезах. Но спросила в чем дело не я, а служанка. А та, поднеся платочек к глазам, стала рассказывать:
— Девочка-сиротка до слез всех довела своей историей. Ее кухарка, пока хозяин отлучился, завела на кухню хоть немного подкормить, а та, мало того, что бросилась помогать, так такую историю рассказывала. Вот все и ревут. Не только я и кухарка, все, кто слушали, а нас там собралось, считай, половина прислуги. А как она пела! А голосочек такой звонкий, жалостливый. И выводит так: