Чтение онлайн

В трубке замолчали в ожидании ответа.

Она сразу же хотела отказаться. Если не может вернуться в Африку, ей следует оставаться здесь, дома, где Морт сможет ее найти… если он еще жив!

Но она представила весь ужас своего одиночества. Морт не появляется. Если бы он был жив, то давно приехал. Он обещал один месяц и был не из тех, кто не держит слово.

Шарлотта глубоко вздохнула, осознав, что сидя дома, ничего не добьется. Она лишь зря тратит время, разрывает себя на части и с каждым днем постепенно угасает.

Больше не раздумывая, она дала согласие.

Прожив в Ливане четыре месяца, Шарлотта нашла довольно ироничным тот факт, что Африку считали для нее слишком опасной. Атмосфера здесь оказалась более накаленной. В перенаселенном городе было намного опаснее, чем в безлюдной дикости африканских джунглей.

Возможно, ей так казалось потому, что рядом не было Морта, за кого бы она могла спрятаться, к кому бы могла прижаться, когда звуки выстрелов эхом отдавались в пыльных железобетонных джунглях, в развалинах которых люди влачили жалкое существование, и которые некогда были их домом или местом работы.

И все же именно изнурительное существование на острие ножа помогало Шарлотте сохранить разум и не сойти с ума. Морт все еще был в ее сердце, он будет там всегда. Но она была вынуждена загонять память о нем в тайники своего сознания и продолжать работу по уходу за ранеными.

Работа, повседневность бытия, невинные жертвы — все это помогало Шарлотте думать, что, по крайней мере, Морт умер так же достойно, как жил. Он не был беспомощной жертвой, бредущей по улице или сидящей в собственном доме и неспособной дать отпор.

Прошло немало времени, прежде чем она перестала вглядываться в лица солдат, доставляемых в госпиталь. Были ли это ливанские националисты или солдаты миротворческих сил ООН, которые недавно прибыли в Ливан, сердце Шарлотты каждый раз замирало, и она пристально начинала вглядываться в их лица.

Ей постоянно приходилось напоминать себе, что Морт был наемником, а не солдатом, сражающимся за свою собственную страну или помогающим восстановить мир в союзнической стране. Он просто не может быть здесь и, кроме того, она была уверена, что он погиб где-то в африканских джунглях.

Ночь была особенно трудной. Бомбежки не прекращались даже в темное время, а при одном заходе самолетов госпиталь чуть не стал их целью.

Шарлотта дежурила в течение всей ночи, и чтобы поддержать силы лишь походя выпила чашку крепкого кофе.

Прошло какое-то время, когда она преодолела барьер усталости, эту непостижимую точку, когда сознание и тело действуют автоматически. Когда тело знает, что если остановится, то тут же свалится и станет бесполезным и потому не должно обращать внимания на боль и продолжать работу. Шарлотта знала, что если она закроет глаза или присядет на минуту, то тут же заснет. И поэтому продолжала делать ту работу, на которую была призвана и потому что госпиталь был переполнен и она была нужна.

Шарлотте никогда не приходила в голову мысль бросить работу раньше, чем закончится очередь больных. Она делала то же, что и врач, не жалуясь на усталость, непрерывно сшивала раны, потому что госпиталь был переполнен и работы у всех было по горло.

Сколько раз за последние шестнадцать часов ей приходилось накрывать раненого простыней, готовить его к операции в любом доступном месте.

— Ты выглядишь так, как чувствую себя я, — заметил с улыбкой Майкл, стягивая с рук резиновые хирургические перчатки и маску с лица. Сделав это, глубоко вздохнул с облегчением.

Его сильный французский акцент почти не ощущался в вялых усталых словах. Обычно темное галльское лицо было бледным от усталости. Насмешливо нахмурившись, он взглянул на Шарлотту, когда та пошутила:

— Я просто готовлюсь к следующей операции.

— Перестань, — одернул ее Майкл. — Нам обоим нужен отдых. Давай-ка уберемся отсюда, пока не наступила очередная заваруха.

Шарлотта улыбалась, собирая использованные медицинские инструменты в контейнер для стерилизации. И думала про себя, хватит ли у нее сил забраться по лестнице в свою комнату. Они только что закончили операцию больных, побывавших в ночной переделке. Днем все было спокойно. Но если они задержатся тут надолго, все может начаться сначала. Доктор и сестра могут оставаться на срочном дежурстве, но не Шарлотта и Майкл. Они дежурили слишком долго и сейчас могут быть свободны.

Шарлотта шла по длинному серому коридору рядом с Майклом. Говорить не хотелось. Она наслаждалась тем, что, наконец, освободились из заключения в операционной. И тут же увидели, что из другого конца коридора что-то быстро движется им навстречу.

Носилки быстро катились к ним. Шарлотта и Майкл посторонились, чтобы пропустить их.

Майкл не смог подавить возгласа, когда носилки поравнялись с ним.

Шарлотта услышала. Его возглас пробился в сознание через вихрь мыслей, бушующих в ее голове.

Она могла только вообразить, что вызвало у Майкла такой возглас, в каком состоянии увидел он своим натренированным оком человека, лежавшего на носилках.

Но Шарлотта этого не видела. Она не заглядывала так далеко.

Она сильно прижалась к стене, ощутив ее холод через униформу. И в ужасе оцепенела, увидев бескровное лицо и остекленевшие глаза. Они встретились с ее взглядом в тот короткий миг, когда носилки проезжали мимо.

— Морт! — прошептала она, теряя твердость в ногах. Голова закружилась, кровь ударила в уши. — Морт! — повторила она, не веря в это.

Этот человек не мог быть Мортом. Она просто ошиблась. Морт погиб. Она знала, что он мертв. Все произошло так быстро, она устала, очень устала. Воображение сыграло с ней грубую шутку.

— Нет!

Это слово будто взорвалось в голове Шарлотты, возвращая ей самообладание. Это был Морт! Она видела его глаза, пусть на доли секунды. И скорее почувствовала, чем заметила, что тусклый взгляд человека на носилках тоже признал ее.

— Морт! — повторила она.

На этот раз голос прозвучал сильно и убедительно, она быстро повернулась и направилась к операционной, куда отвезли раненого.

— Шарлотта! — схватил ее за руку Майкл. Повернув ее лицом к себе, спросил удивленно: — Что случилось?

— Это Морт, — ответила она, не сомневаясь, что одно упоминание имени все объяснит Майклу. — Я должна пойти к нему, — добавила она ничего не понимающему врачу.

— Ты знаешь этого человека? — спросил он озабоченно.

Шарлотта кивнула, умоляя его взглядом разрешить ей пойти к Морту.

— Я люблю его, произнесла она, задыхаясь.

Мгновение Майкл молча смотрел на нее.