Где ты?
Шрифт:
— Ладно, шутки шутками. Что у тебя там с невестами? Еще не выбрал?
— Нет.
— И не торопись. Присмотрись хорошенько к каждой. А бал все равно нужен, не то гостьи заскучают.
— Бал? — на Эгирона было жалко смотреть, настолько несчастными были у него глаза.
— А что такое? В чем дело?
Говорить отцу, в чем дело, Эгирон не хотел. Но Яур уже понял, в чем дело. Потому и высказался, молитвенно заломив ручки и скорчив умильную рожицу:
— Маскарад! Пожалуйста!
— Вы что, дети? — Дикиор задрал бровь в вопросе.
— Ну, это же романтика! — Рысь хитро улыбнулся — Костюмы, маски, загадочность…
— Чую, тут не в романтике дело. Вы, оболтусы, что-то задумали…
И глазки у обоих такие невинные! Дикиор помолчал еще с минуту, но уже знал: не расскажут.
— Я расскажу потом, пап, честное слово. — заканючил Эгирон, как в раннем детстве.
— Ну, ладно… Но только попробуйте что-нибудь отчудить — лично выпорю обоих. Неделя до бала-маскарада. Идите отсюда, разгильдяи!
Проводив сыновей, Дикиор задумался. Что там такое происходит, если им морды прятать понадобилось? Шпионов натравить, что ли, на эту парочку? Нет, не на Рысь точно, этот поймает и покалечит. А вот на Эгирона можно.
Глава 6
Красное или зеленое, в цвет глаз? Она уже битый час не могла выбрать цвет, ноги затекли, но она продолжала стоя перед зеркалом примерять то одно, то другое платье.
— Ну, какое же?! Я в обоих платьях буду великолепна, так что, не могу выбрать!
— Зеленое, Ваше Высочество. Я думаю, оно больше подходит для сегодняшнего ужина. — откликнулась Правая.
— И почему? — спросила Эилин, отрываясь от зеркала и поворачиваясь в сторону фрейлины.
— Ну… мне кажется, красное лучше оставить на потом, для какого-нибудь другого случая. Этот цвет очень… страстный?
— Хм, а в этом что-то есть… ладно, значит зеленое. — Эйли устало плюхнулась на кровать и поболтала ногами в воздухе, разгоняя кровь — Я устала.
— Давайте, я помассирую Вам ступни? Сразу станет легче. — предложила Правая.
— Ваше Высочество! — в комнату, тяжело дыша, стрелой влетела Левая — Я узнала… Ох, задыхаюсь…
— Что ты там узнала? — недовольно откликнулась принцесса.
— Кей… Кей это не Рысь!.. Рысь другой!
— Что? — тут же подпрыгнула Эилин — Как это, другой? Но я же слышала, как он сказал «моего Кея»! Или у него целая дюжина фаворитов?
— Кей его телохранитель. А Рысь, он… — фрейлина вздохнула, закатив глазки — Красавец! Но ничуть не похож на принца Эгирона. Он смуглый, почти бронзовый, глаза у него янтарные, а волосы светлые, как лен. И он красивый!
— Красивый, говоришь? — сердито прошипела принцесса — Очень?
— Я нигде подобных ему не видела. — кивнула Левая — И лицо у него гладкое, как у девушки, ни следа щетины.
— Он что, подросток? — удивилась Правая.
— Да нет! На вид ровесник принца.
— Ага. Я хочу его увидеть. — решила Эйли — После ужина прогуляемся немного, покажешь мне его.
***
— Мали, это уже не смешно. — мягко произнес Деор, глядя на сестру.
Он пришел узнать, как проходит подготовка к праздничному ужину, куда были приглашены все гости Елора, и обнаружил, что сестра не готовилась. Маливика забилась в укромный уголок, выгнав своих фрейлин, и хлюпала там носом.
— Я не пойду! Я ни за что туда не пойду!
— И почему же? — он выразительно выгнул темную бровь в вопросе.
— А ты не знаешь? — зло и отчаянно прошипела принцесса, вытирая мокрые щеки кулаком — Я страшная, Деор! И я не хочу позориться больше необходимого! Чего еще ты от меня хочешь? Разве не хватит того, что я сюда приехала?
— Ага. — Деор сел возле нее на пол, скрестив ноги — Приехала, чтобы продемонстрировать соседним державам, какие даолийцы невоспитанные. Ты — лицо Далии, запомни это.
— А не ты?
— Я — будущий глава, а лицо — ты. Не путай. — он осторожно погладил ее по темным прямым волосам, рассыпавшимся в беспорядке по плечам.
— Ну и страшное же лицо у нашей Даолии! — усмехнулась Маливика, шмыгая носом и прекращая реветь.
Деор просто пожал плечами:
— У Соры пострашнее будет.
— Ты видел Меитит? — оживилась девушка.
— Видел. — кивнул Деор — Ходячая голова, да и та откровенно страшненькая. Но она же не забьется в уголок поплакать? Ты хочешь проиграть кому-то из этих принцессок? Да, красоты у тебя нет, это верно. Но неужели ты скажешь, что у тебя нет ни гордости, ни силы воли?
— Я не скажу так! — надулась Маливика.
— Тогда вставай, умойся и покажи мне свои платья. Хорошо? И не три глаза, иначе они станут красными, и все поймут, что ты плакала.
Маливика кивнула и, обняв брата, бросилась умываться. Платье они выбирали долго, жарко споря и обиженно сопя. Правда, и спорила, и сопела только Маливика. Деор же в любой ситуации оставался спокойным, собранным и невозмутимым. Никогда не менялся его тихий голос, его ровный ласковый тон. Наконец, они остановили выбор на платье с закрытыми плечами и рукавами до самых пальцев. Но, после того как Маливика его примерила, ее брат, придирчиво осмотрев ее фигуру со всех сторон, отвернулся к окну. Он молчал, но она видела, как нервно подрагивают его пальцы.
— Я же говорила тебе, что это изначально плохая идея. — сказала Маливика срывающимся голосом и принялась снимать ненавистное платье.
— Знаешь что? — он обернулся к ней лицом — К чертям эти платья! И этикет тоже! Мы оденем то, что тебе действительно к лицу. Просто наплюй на всех.
Она впервые видела своего брата таким. Бледные губы сжаты в тонкую полоску, обычно теплые карие глаза горят огнем, он походил на безумца.
— О чем ты?
— О чем? Я не хочу, чтобы ты страдала, втискивая себя в рамки общепринятого этикета. Ты прекрасна такая, какая есть. — он прошел в ее гардеробную и вернулся оттуда с ворохом вещей — Примерь.
Облегающие штаны из коричневой тонкой кожи прекрасно подчеркнули ее стройные ноги и тренированные подтянутые бедра, белоснежная туника без рукавов прикрыла небольшую грудь, плоский животик и ягодицы. Образ завершили кожаная жилетка, подчеркнувшая тонкость талии и широкий пояс с кинжалом в украшенных драгоценными камнями ножнах.
— Вот так. — Деор одобрительно улыбнулся — И волосы собери в высокий хвост.
— Но мускулы… Их видно, Деор. — Маливика смущенно посмотрела на свои обнаженные руки.