Гегемон Греции!
Шрифт:
«Боюсь, что больше тысячи. Точное число будет известно после того, как мы проведем перепись». — ответил Корнелий, глядя на Рафиаса.
«Когда собрание закончится, я немедленно займусь этим». — заверил его Рафиас, новый ответственный за перепись.
«Тогда завтра утром, пожалуйста, созовите их всех на площадь. Офицеры, вы также соберите всех неженатых солдат на площадь, и обе стороны встретятся друг с другом. Однако ни уговоры, ни принуждение не допускаются, все будет зависеть от собственных способностей и обаяния. И мужчины, и женщины должны сойтись добровольно. Кроме того, незамужние девушки Амендолара также должны принять участие в этом свидании вслепую». — После того как Давос закончил говорить, Корнелиус и остальные горожане были не против, так как Давос уже рассказал им о своей идее и убедил их, пока они шли в мэрию.
Новые граждане начали обсуждать. Следует знать, что помимо очень небольшого числа наемников, которые были женаты, есть еще одно небольшое число, которым удалось захватить местных женщин в Персии и заставить их стать своими женами, но более 2 000 из них до сих пор не замужем. Но под руководством Давоса эти наемники не только стали гражданами города-государства, но и решили эту проблему. Это очень хорошо! Потому что женщины имеют статус в городе-государстве и не являются купленными вольноотпущенницами или наложницами. Если они женятся на них, то также получат землю и богатство, оставшиеся от бывшего мужа этих женщин.
«ЗДОРОВО! Теперь у моих братьев наконец-то появилась надежда!».
«Не радуйся, Матонис. Твоим подчиненным, которые похожи на тебя, будет трудно найти жену! Если ты хочешь понравиться женщине, быть сильным недостаточно!».
«А разве быть сильным уже не хорошо? Я, по крайней мере, могу дать им защиту, и я в состоянии делать больше работы на ферме. Я думаю, это то, что им сейчас нужно больше всего! И Оливос, если ты осмелишься завтра пойти на площадь, боюсь, что даже персидская девушка тебя проигнорирует».
«Иеронимус, ты бревно в отношениях. На этот раз ты определенно должен говорить с девушками гораздо больше. Это связано не только с твоим счастьем, но и с тем, чтобы дать пример твоим людям!».
«Гиоргрис, почему ты молчишь? Не нужно так нервничать. Если ты завтра пойдешь на площадь, тебе достаточно быть самим собой, и Афродита подберет тебе женщину!».
«Капитан Иелос, не заботьтесь обо мне. Сначала решите вопрос со своим браком!».
Давос усмехнулся, глядя, как его люди возбужденно переговариваются друг с другом.
Изначально такие граждане, как Корнелий, были несколько беспомощны, женщины, которые изначально были гражданками греческих городов-государств, были очень традиционны, и они редко появлялись на людях, не говоря уже о встречах с незнакомыми мужчинами.
Их брак устраивают родители, а муж — гражданин города-государства или гражданин соседнего города-государства. После свадьбы она подчиняется мужу, и в ее обязанности входит рождение детей и работа по дому. Если муж умрет раньше, у нее останутся дети, так что все будет хорошо, а имущество будет принадлежать ребенку, и она должна будет управлять им и воспитывать ребенка. В будущем ее ребенок будет заботиться о ней. Если у них нет детей, то у семьи мужа будет причина отпустить ее и заставить снова выйти замуж
В Амендоларе было около 4 000 жителей, но сейчас их меньше 500. У них не хватает сил, чтобы защитить город, и не хватает рабочей силы, чтобы содержать такое количество женщин, детей и стариков. Корнелиус и их готовность принять наемников в качестве граждан своего города-государства были вызваны в основном этой причиной, и, конечно, они также благодарны. В то же время, именно из-за своей беспомощности они позволяют женщинам нарушить традицию греческих городов-государств появляться на публике ради такого масштабного события. В конце концов, это будет лучший способ расположить к себе солдат и быстро интегрироваться в Амендолару.
«В то же время я хочу напомнить. Когда вы женитесь на выбранной вами женщине, вы должны относиться к ее детям от бывшего мужа как к своим собственным и правильно их воспитывать. Вы также должны заботиться о пожилых людях в ее семье как о своих собственных родителях. И я надеюсь, что вы не будете винить ее за унижения, которые она получила от луканианцев, потому что это не их вина! Это вина мужчин Амендолары, поскольку они не выполнили свой долг по их защите! Мы — настоящие греческие воины, что мы должны сделать, так это позаботиться о них и никогда не позволить им снова испытать такое унижение! А потом мы тщательно подготовимся к тому дню, когда вторгнемся в Луканию и дадим аборигенам почувствовать силу Амендолары!». — серьезно заявил Давос.
«Командир, ты прав!».
«Избавимся от луканцев!».
Новые граждане засуетились и дали обещание.
А изначальные граждане чувствовали, что каждое слово Давоса было подобно кнуту, от которого болели их лица.
«Я предлагаю, что после того, как завтра закончится встреча и определится каждая пара, мы устроим грандиозную свадьбу в благоприятный день. Все мужчины и женщины, подтвердившие свои отношения, включая тех, кого забрали в Персию раньше, и, конечно же, включая и мою свадьбу, пройдут вместе!»
В ратуше снова стало оживленно.
«Командир, ты наконец-то решил жениться?»
Давос проигнорировал суматоху и спросил Корнелиуса: «У нас есть жрец Геры?».
«Нет, Амендолара поклонялась Зевсу. А ближайший и самый известный храм Геры находится в Метапонтуме».
«Тогда пошли кого-нибудь в Метапонтум и пригласи жреца Геры, чтобы он председательствовал на этой великой свадьбе для нас и благословил новобрачных».
Хотя Гера была покровительницей брака, традиционная свадебная церемония греческого города-государства не требует присутствия жреца Геры. Поэтому Корнелий был озадачен.
Давос посмотрел на него и сказал: «Эта свадьба означает возрождение Амендолары. Я надеюсь, что Гера благословит людей, которые представляют будущее Амендолары! И я помню, что архонт имеет право надзирать за ритуалами и создавать праздники».
Корнелий хотел сказать: «Такова была власть архонта в конце эпохи монархии. Но теперь, в эпоху демократии, право надзирать за жертвенными обрядами и устраивать праздники уже давно отдано совету».
Но до этого Давос уже получил множество прав, превышающих права бывшего архонта Амендолары. Он оцепенел и под острым взглядом Давоса смог лишь беспомощно кивнуть: «Да».
И этот кивок означал, что, став пожизненным архонтом, Давос забрал у совета самую священную религиозную власть Амендолары.
Глава 107
«Я предлагаю, чтобы днем свадьбы был День Брака и праздник Геры, чтобы граждане помнили о страданиях и возрождении Амендолары, и чтобы они осознали важность брака и семьи, что гораздо больше способствует единению граждан Амендолары!». — торжественно произнес Давос, заставив Корнелиуса удивиться глубине его размышлений над проблемой и искренним мыслям об Амендоларе. Он кивнул головой и сказал: «Архонт, я думаю, что все горожане будут счастливы устроить такой замечательный праздник!».