Гегемон Греции!
Шрифт:
С тех пор как Давос взял на себя инициативу часто выводить Хейристойю на публику, а также с присоединением большого числа луканцев, традиция, согласно которой жены граждан греческих городов-государств должны были оставаться дома и редко показываться на людях, теперь редко соблюдалась в Теонии.
«Гиоргрис! Гиоргрис!».
Гиоргрис услышал, как кто-то зовет его, и, обернувшись, увидел Оливоса.
Оливос подошел вместе со своей персидской женой Митрой.
После того как они поприветствовали друг друга, Оливос взволнованно сказал: «Я слышал, что ты вернулся в первый легион!».
«Из-за того, что капитан Иелос стал претором Апрустума, я временно вернулся». — Гиоргрис сохранил свою старую привычку во время пребывания в Персии и называл Иелоса капитаном.
«Что значит временно! Давос точно заставит тебя остаться в первом легионе!». — Оливос скривил губы и загадочно улыбнулся.
«Почему?». — с подозрением спросил Гиоргрис.
«Как старшему центуриону первого легиона, тебе будет легче потом стать легатом другого легиона». — Оливос сказал низким голосом: «Я слышал, что вчера Давос предложил Сенату законопроект и принял его: «Любой, кто прослужил легатом пять лет с выдающимися результатами, может стать членом Сената после избрания государственными деятелями».
Прежде чем Гиоргрис успел заговорить, Даэнея, которая слушала, взволнованно сказала: «Значит, мой муж в будущем станет членом Сената?».
Оливос посмотрел на нее и с улыбкой сказал: «Да, но после меня. Чтобы стать государственным деятелем Сената, нужно не только уметь сражаться, но и обладать административными навыками. Как и я, я не только служил капитаном патруля в Турии, но и пригласил частного учителя, чтобы тот научил меня читать, считать и говорить, а в следующем году я попытаюсь стать чиновником среднего ранга по сельскому хозяйству и коммерсантом».
Даэнея посмотрела на своего молчаливого мужа и решила, что она также призывает его усилить учебу и больше заниматься местными делами, не всегда обучать новобранцев, и так далее.
Оливос нашел интересным и уместным, чтобы честный Гиоргрис женился на проницательной жене.
Он внимательно посмотрел на Даэнею и вдруг спросил: «Ты беременна?».
Даэнея с гордостью погладила свой живот: «Да, уже пять месяцев».
«Моя жена тоже беременна!» — с такой же гордостью объявил Оливос, а Митра смущенно склонила голову.
«Боюсь, что остальные наши товарищи, как капитан Иелос и Матонис, не женаты». — неожиданно сказал Гиоргрис.
«Ты… ты не идешь в ногу со временем! Куногелату приглянулся Иелос, и он хочет, чтобы он стал его зятем, и хочет, чтобы Давос был его сватом, и Давос уже согласился на это! Что касается Матониса, разве ты не заметил, что он вел себя немного странно, когда мы покидали Кримису?». — Оливос сказал с улыбкой: «Я попросил своих людей тихонько подойти к его бригаде и расспросить об этом, и оказалось, что этот здоровяк влюбился в девушку в Кримисе!».
«Правда?». — Гиоргрис был приятно удивлен.
«Конечно, правда! Но не спрашивай его, а то он тебя побьет». — предупредил Оливос.
***
В соответствии с соглашением, Теония хотела не только как можно скорее победить Локри, но и показать свою силу городам-государствам Южно-Итальянкого Альянса, чтобы усилить свое влияние в этом регионе.
Поэтому Теония отправила не только самый элитный свой легион — первый, но и перебросила опытных солдат из других легионов, чтобы пополнить ряды солдат, отсутствующих в первом легионе из-за ранений и болезней. Даже персонал, отвечающий за транспортировку грузов, состоял из более чем тысячи наемников под предводительством Ксантикла, что не только обеспечивало безопасность грузов, но и являлось мощным дополнением к боевым силам. Естественно, Давос и Филесий имели свой собственный эгоизм, надеясь, что их бывшие товарищи сделают еще больший вклад, чтобы как можно скорее стать подготовленными гражданами Теонии.
Первый легион насчитывает более 7000 человек, 1500 человек сопровождают логистический отряд, всего почти 9000 человек, и бесчисленные повозки с припасами, состоящие из животных. Затем огромный отряд отправился на юг.
***
Впервые Локри услышал о Союзе Теонии (в то время он еще не назывался так) во время первой Кротонской войны. Армия Кротона была разбита и взята в плен армией Амендоларана, которая была намного меньше их.
Локрийцы скорее обрадовались, чем удивились, так как были очень рады видеть на севере Кротона еще один город-государство, который мог доставить Кротону неприятности «Враг моего врага — мой друг», поэтому Локри отправили посланников связаться с Амендоларой в надежде заключить с ними союз, чтобы разобраться с Кротоном. Однако амендоларцы ничего не сказали, а вместо этого подписали с Кротоне соглашение о перемирии и через шесть месяцев вернули пленных солдат Кротоне. Более того, во время переговоров они даже использовали Локри в качестве разменной монеты, чтобы угрожать Кротоне и достичь своей цели — перемирия, поэтому локрийцы начали испытывать недовольство против Амендолары.
Через полгода началась вторая кротонская война, и кротонская армия вторглась в Союз Теонии, образованный в основном амендоларами. Локри, вздохнув с облегчением, не забыли, что их главным врагом был Кротон, и поэтому быстро отправили посланника для подготовки к новому союзу с Теонией, но из-за различных факторов посланник — Метолефес, не смог вовремя связаться с Давосом, однако уже через несколько дней кротонская армия была разбита у реки Трионто, и только несколько тысяч человек успели отступить обратно в Кримису для защиты от контратаки теонийской армии.
***
Герои Персей, убивший Медузу Горгону;
Глава 244
Локрийцы были шокированы и встревожены тем, что им удалось узнать. На протяжении десятилетий Локри не мог победить Кротоне, в то время как недавно созданный Союз Теонии победил Кротоне два раза подряд.
Естественно, самым важным для Локри было то, что Кротоне понес тяжелые потери и все еще находится в ожесточенной битве с Теонией, что является для них прекрасной возможностью. Не дожидаясь доклада своего посланника, Локри начали планировать нападение на Кротонский союз, и чтобы одним махом разгромить врага, они мобилизовали для войны войско, а в это время старший брат жены Дионисия и полемарх Локри — Демодокас, обратился за помощью к Сиракузам. В это время Сиракузы начали очередную войну против Карфагена, их мощная сухопутная армия захватывала города один за другим, и только их флот пока не встречал врага, поэтому, кроме нескольких кораблей, сопровождавших армию вдоль побережья, остальные оставались в порту Сиракуз наготове.
С одной стороны, из дружбы с Локри, а с другой — чтобы подготовиться к будущему, Дионисий послал более 20 трирем на помощь локрийцам.
Получив поддержку Сиракуз, Локри не могли больше ждать начала войны.
Кто знал, что Теония и Кротоне заключили перемирие, причем они не только подписали договор об оборонительном союзе, но и отпустили всех пленных. Метелоф почувствовал, что его разыграли как дурака, и в гневе вернулся домой.
Локрийцы злились на Теонию за то, что она снова и снова игнорировала добрые намерения Локри и намеренно или ненамеренно препятствовала планам Локри. Только потому, что в настоящее время они были полностью заняты решением проблемы своего соперника Кротоне, они не хотели создавать осложнений и пока временно сдерживали свой гнев. В то же время Локри начал опасаться Теонии.
После этого, хотя в битве с Кротоном произошла небольшая неудача, они все же смогли полностью выиграть морское сражение с подкреплением из Сиракуз. В то время как кротонская армия, потерявшая защиту флота, была недостаточно сильна и была вынуждена двигаться взад-вперед под натиском локрийцев и была поставлена в пассивное положение.
Как раз когда Локри увидел надежду на победу, пришло известие, что посланники Кротонского союза собрались в Турии, чтобы просить Теонию о подкреплении.