Гегемон Греции!
Шрифт:
Благодаря благословению богов в последние годы в Магна-Греции стоит хорошая погода и собираются небывалые урожаи. А поскольку в соседних областях в эти два года часто шли войны, цены на зерно выросли. Поэтому, сохранив достаточно для собственного потребления, люди продавали остальное на рынке. Поэтому в этом году, когда весна наступила рано, горожане вместе со своими рабами начали заблаговременно пахать на фермах.
Гуляя по равнинам Кротоне, можно было увидеть бесконечные зеленые зерновые поля и рабов, которые усердно трудились.
Весной из-за обильных дождей дороги становятся грязными. Из-за этого Никостратос и его отряд шли медленно, чтобы не поскользнуться. Однако выйти за пределы Кротоны им удалось только к полудню.
По мере того как они пробирались по глубокой и мелкой скользкой грязи, их ноги начали болеть. Но через некоторое время перед ними появилась ровная, твердая и просторная дорога, которая принесла всем облегчение.
«Учитель». — Ликасис, который с детства никогда не путешествовал далеко, взволнованно воскликнул: «Может быть, это и есть дорога Кримиса-Апруструм, которую построила Теония?».
«Да». — Страсипп взглянул на Никострата: «Старый друг, что думаешь об этой дороге?».
Никостратос фыркнул и молча пошел вперед. Затем он остановился на обочине дороги, ища свободную каменную глыбу, чтобы присесть, поскольку его проблема с талией уже начала действовать так, что казалось, будто она крошится от их путешествия.
Ликасис был молод и энергичен. Видя суету, царящую на дороге, он хотел перейти дорогу и пройтись по ней. В результате он чуть не попал под быстро движущуюся телегу, что вызвало ругань водителя. Чувствуя себя неловко, он вернулся на обочину.
После слов Никострата он затих. Но через некоторое время он снова остановил Страсиппа и спросил: «Для чего эта телега?».
Если посмотреть в направлении его пальца, то крытая повозка, запряженная двумя лошадьми, на довольно большой скорости направлялась на север, причем на обеих сторонах повозки был нарисован символ Теонии — «двузубец и трехглавый пес». И машины на дороге намеренно избегали ее.
«Это почтовая повозка».
«Почтовая повозка?».
«Так ее называют Теонийцы. Она отвечает за доставку писем и посылок людям между двумя местами. Я даже слышал, что в Теонии есть отдел, специально отвечающий за такое». — Сказал Страсиппус.
«Хороший способ сделать связь более удобной для жителей города-государства». — Вмешался Никостратос.
«Было бы неплохо, если бы у нас в Кротоне тоже была почтовая повозка! Хотя бы для доставки лекарств пациентам, чтобы им не приходилось терять время, бегая туда-сюда». — Сказал Ликасис завистью.
«Молодой человек, это стоит денег». — Страсипп вздохнул.
***
Глава 338
«Кроме того, в Кротоне нет других городов, поэтому использовать деньги казны на создание почтовой телеги для доставки писем было бы слишком расточительно. Если бы... Апрустум всё ещё принадлежал бы нам, тогда мы могли бы рассмотреть этот вопрос. Но если это так, то наши дороги и мосты должны быть построены именно так». — Страсипп топнул ногой.
Действительно, неровная, грунтовая дорога Кротона могла привести к тому, что телеги развалились бы на части.
«Апрустум!». — Это была боль в сердцах Кротонцев. Никостратос хмыкнул и выругался: «Все это из-за некомпетентности Совета! Знаете, это место, плодородная земля, еще несколько лет назад была частью Кротонских равнин! Но теперь все это принадлежит Теонийцам…».
«Нам пора идти, иначе мы не доберемся до Кримисы сегодня». — Страсипп сменил тему, напомнив им.
«Как далеко мы доберемся до Кримисы?». — Спросил Никостратос, потирая бедро. Как человек, не часто выходящий в свет, он уже немного устал.
Страсиппус встал и внимательно посмотрел вперед. Затем он указал вперед и сказал: «Ликасис, пойди проверь эту веху и посмотри, сколько осталось до Кримисы».
«Может быть, это расстояние начертано на каменной табличке?». — Ликасис пошел с сомнением.
Через некоторое время он указал на каменную табличку и воскликнул: «Кримиса — 10 километров впереди». Это она?»
«Да».
«И рядом с ней также высечен маленький домик и написано «3 километра вперед». Что это значит?»
«Это значит, что в 3 километрах впереди есть почтовая станция, где можно сделать короткий отдых, поесть и даже переночевать». — Прохожий рядом с Ликасисом ответил.
«О, спасибо!». — Ликасис вежливо выразил свою благодарность.
«Вы лекарь?». — Увидев медицинскую коробку, которую он нес, мужчина спросил с улыбкой.
«Да. Мы с моим учителем отправимся в Турию, чтобы принять участие в… эээ… медицинском симпозиуме».
«Лекари Теонии очень искусны в медицине и благословлены Аидом, чтобы возвращать к жизни тех, кто умирает. Так что вы пришли в правильное место, чтобы учиться!». — На лице мужчины появилось понимание, затем он добавил: «Какое совпадение! Я тоже еду в Турии».
От этих слов Никострату стало не по себе. Поэтому он встал и сказал: «Пойдемте. Нам нужно спешить».
Затем группа начала двигаться по тротуару.
За тротуаром были поля, засеянные зерном, ничем не отличающиеся от тех, что они видели раньше. Единственное отличие заключалось в том, что водные каналы пересекались, были шире и глубже. Рабы были настолько увлечены своей работой, что даже пели во время работы, и их хозяева не только не останавливали их, но некоторые даже начинали петь. Рабы-Теонийцы были больше похожи на нормальных людей, чем безжизненные рабы Кротона, и это был не единичный случай, так как почти все рабы-Теонийцы, которых мог видеть Ликасис, находились в таком состоянии.
Ликасис не мог этого понять. Он родился в крестьянской семье и многое знал о жизни фермера. Фермеры в Кротоне обычно имеют одного или двух рабов, но они не могут позволить себе больше, если их становится больше. Из-за необходимости в рабочей силе для выполнения сельскохозяйственных работ они очень зависят от рабов, поэтому они не притесняют их так сильно, как владельцы мельниц в городе. Скорее, они даже считают рабов частью своей семьи.
Когда Ликасис был ребенком, о нем заботился раб в его семье. Поэтому он всегда считал, что честный фракийский старик больше похож на его отца, чем родной отец.
Кротонские крестьяне и так хорошо относятся к своим рабам, но может ли быть, что Теонийцы относятся к своим рабам лучше? Ликасис подумал, что это не так, и хотел посоветоваться со Страсиппом. Однако, когда он повернулся, чтобы посмотреть на них, то увидел, что Никостратос занят обсуждением медицинских проблем со Страсиппом. Поэтому ему пришлось пока отказаться.
Уголком глаза Ликасис заметил, что человек, с которым он разговаривал раньше, идет недалеко позади них. От неожиданности он замедлил шаг: «Я — Ликасис из Кротоне. Благодарю тебя за объяснение».