Гегемон Греции!
Шрифт:
В этот момент сзади раздался голос Тагли: «Теонийцы сильны, а нас слишком мало! Консенция слишком велика, чтобы защищать ее с нашим малым числом. Лучше нам сдаться!».
Услышав это, Петару побледнел, ему захотелось избить старика, но он все же сдержался. Вчера, при посредничестве Фитары, они с Тагли достигли соглашения: Союз племен Бруттии вернет Тагли его соплеменников и вождей племени и не будет больше лишать их прав и вмешиваться в их дела. Взамен они, наконец, согласились присоединиться к Пиану в борьбе с Теонийцами в Консенции.
Однако остался один вопрос, который они обсуждают: Тагли и остальные потребовали упразднить Совет старейшин и передать полномочия по ведению дел союза Ассоциации вождей.
Для Пиана согласие с этим их требованием означало бы, что союз племен Бруттии, к которому он стремился с высокой степенью централизации, вместо этого превратится в свободный союз племен, чего он не мог допустить. Поэтому он отложил этот важный вопрос, оправдываясь тем, что «Бодиама нет, а Седрум отсутствует», что вызвало недовольство вождей других племен, и теперь обе стороны враждуют друг с другом.
Столкнувшись с напором Теонийской армии, Консенция оказалась в такой ситуации. Как они смогут противостоять вражеской атаке? Это привело Пиана в смятение.
К счастью, Давос не приказал атаковать город и вместо этого начал строить лагерь. Опираясь на абсолютное преимущество в виде тридцати тысяч солдат, он отдал приказ начать строительство в километре от города, чтобы подготовиться к осаде Консенции.
Стражники начали конвоировать пленных для рытья окопов. Имея первый, второй, четвертый легионы, резерв легиона и союзные войска, Давос имел достаточно рабочей силы для строительства огромного лагеря и достаточно людей, чтобы стоять наготове.
Как раз когда Давос готовился начать детальную разведку вокруг Консенции, Капус сообщил, что Седрум просит о встрече с ним.
***
«Ты решил? Верги присоединятся к Теонии?». — Давос подавил толчок в своем сердце и спокойно посмотрел на Седрума.
«Да, архонт Теонии». — Увидев прибытие четвертого легиона Теонии, Седрум сразу понял, что слова Давоса, сказанные ему ранее, были правдой и что у Теонии действительно есть силы для осады города. Поэтому он больше не колебался и решительно принял решение, избавив себя от многодневных переживаний, отчего груз на его плечах стал легче.
Давос посмотрел на великого вождя Бруттии, которого он не видел уже несколько дней по-видимому постарел сильнее, медленно спросил: «Так что же ты теперь будешь делать?».
***
Глава 333
«После нашего предыдущего поражения многие из моих людей, должно быть, бежали в Консенцию. И сейчас они могут стоять на вершине городской стены…». — Осторожно сказал Седрум и добавил: «Разумно говоря, даже если я сейчас пойду и уговорю их выйти из города и сдаться, и даже попытаюсь убедить Пиана отказаться от сопротивления, но волчий король без волков никого не испугает, а наоборот, на него начнут охотиться. Другие скажут, что я опасаясь за свою жизнь, сдался Теонии. И мой народ, вероятно, будет полон решимости сопротивляться до конца, чтобы смыть этот позор…».
Седрум сделал небольшую паузу, серьезно посмотрел на Давоса и продолжил: «Я надеюсь, что смогу сначала вернуться в Вергию, убедить вождей и людей, которые там были, а затем побудить их присоединиться к осаде Консенции, что, я полагаю, будет более полезно для Теонии в захвате Консенции».
С этими словами он нервно ждал ответа Давоса.
Давос взглянул на него на мгновение и улыбнулся: «Сколько времени нужно, чтобы добраться отсюда до Верги?»
«Пешком это займет много времени, но на лошади — меньше трех часов».
«Тогда можешь отправляться на лошади прямо сейчас. Надеюсь, что к завтрашнему дню я смогу встретиться здесь с вождями Верги!». — Сказал Давос решительным и твердым тоном.
Седрум с удивлением склонил голову: «Как пожелаете, господин».
«Мартиус».
«Сюда!».
«Возьми несколько стражников и отправь вождя Седрума в Верги. Я полагаю, что Авиногес, увидев тебя, не станет препятствовать вождю Седруму войти в город. И в то же время скажи архонту Лаоса, чтобы он завтра пришел сюда со своим войском вместе с Вергами».
«Понял». — Мартиус заколебался: «Но вы…»
«Не беспокойся. Со мной ничего не случится с другими стражниками и воинами Бесидисе под предводительством Родома».
«Понял».
Как только Седрум ушел, Толмидес, который был рядом с ним, спросил: «Великий легат, вы не беспокоитьесь, что он лжет?».
Давос смотрел на удаляющуюся спину Седрума с немного сложным выражением лица: «Седрум — умный человек, ведь он намеренно не упомянул одну вещь только что».
После напоминания Давоса, Толмидеса осенило: «Те Вергиские пленники в лагере!».
«Это заложники, которых он оставил. Если бы великий вождь бросил свой народ и сбежал в одиночку, как только Вергицы узнали бы об этом... Можно сказать, что Седрум задумался об этом». — Давос улыбнулся: «На самом деле, мне все равно, солгал он или нет, потому что в одиночку он не сможет изменить конец войны. Скорее, он просто даст мне повод полностью уничтожить Вергицев».
***
В ту ночь внутри и снаружи города было тихо и спокойно.
На следующий день, бессонный Пиан бросился к городской стене, ожидая нападения Теонийцев.
Однако Теонийцы все еще не напали, вместо этого они продолжали строить свой лагерь.
Но Пиан не знал, что Давос послал первый легион атаковать Анбанию вместе с дюжиной офицеров четвертого легиона, отрядами баллист и Гегеситусом.
К полудню воины, защищавшие Консенцию, с ужасом увидели, что с севера идет армия численностью около тысячи человек, несущая флаг Верги, огибает Консенцию и, наконец, входит в лагерь Теонийцев, за которой следует двухтысячное войско из Лаоса.
Воины были потрясены: «Верги сдался!».
В частности, Вергиские воины, находившиеся в городе, увидев, что их великий вождь Седрум и другие вожди были в первых рядах, стали проситься выйти из города, чтобы присоединиться к ним, что привело к столкновению с воинами, пришедшими остановить их.
Теперь Пиан оказался в затруднительном положении. Вергиских воинов насчитывалось около восьмисот, в то время как общее число Консенцианских воинов в городе составляло не более пяти тысяч. Однако из-за большой армии Теонийцев за пределами города он не мог перебросить часть войск, чтобы справиться с Вергийцами. Другие вожди во главе с Тагли также отказались участвовать в окружении и подавлении Вергийцев под предлогом того, что Бруттийцы не могут убивать друг друга.