Гегемон Греции!
Шрифт:
«Вот почему я прибыл в Турий. Регий надеется заручиться твоей поддержкой». — Ателикус с нетерпением продолжил: «По этой причине Регий готов передать командование нашим флотом Теонию».
Изначально города-государства в Альянсе Теонии не имели такой свободы в заключении сделок с Теонией. Однако, в отличие от других небольших городов-государств, входящих в союз, Регий был единственным мощным греческим городом-государством в Магна-Греции, присоединившимся к альянсу. Таким образом, Теонийский сенат проявил к ним достаточно терпимости и уважения, что Давос даже пригласил Региум присоединиться к Южно-Итальянскому альянсу, чтобы усилить голос Теонии. С другой стороны, другие города-государства, такие как Кротоне, не стали сильно возражать против этого благодаря влиянию Регии. Таким образом, Регий — единственный греческий город-государство в Магна-Греции, который действительно входит как в Альянс Теонии, так и в Южно-Итальянский Альянс…
Однако Давос хранил молчание: Поддержка? Легко сказать, поскольку это означало бы, что речь идет о войне. Однако Теония пытается избежать войны. Иначе зачем бы они подписали договор о дружбе с Сиракузами? Регий просто хочет затащить Теонию в болото!.
«Мне нужно обсудить столь важный вопрос с Сенатом и с другими городами-государствами в альянсе». — Сказал Давос двусмысленно, не давая немедленного ответа.
Давосу потребовалось немало времени, чтобы отослать недовольно выглядевшего Ателика. И даже после этого Давос все еще ходил взад и вперед по гостиной, думая о Мессинском проливе.
В конце концов, он позвал Аристиаса.
«Началась бы война!». — Аристиас подтвердил: «Причина, по которой Мессина и Тындари осмелились так дерзко вторгнуться в Регий, заключалась в поддержке Дионисия. Возможно, то, что хотел сделать Региум, это именно то, на что надеялся Дионисий, поскольку он может начать войну против Региума, и они не только отомстят Региуму».
«Продолжай».
«Тогда Сиракузы займут Региум и будут контролировать весь Мессинский пролив, что позволит Дионисию собирать налоги с проходящих торговых судов, чтобы содержать свою огромную армию. Согласно собранным нами разведданным, Сиракузы потребовали много военных репараций во время переговоров с Карфагеном. После этого они использовали эти деньги для закупки продовольствия, строительства новых военных кораблей и оплаты наемников. Это определенно не просто угроза для Регия!». — Обеспокоенно сказал Аристиас.
Давос молчал, так как уже знал всю эту информацию.
«Кроме того, из разведданных, которые недавно были собраны по всей Теонии, я обнаружил ситуацию, которая, надеюсь, привлечет ваше внимание».
«О, что это?». — Давос посмотрел на него.
«В настоящее время среди подготовительных граждан и зарегистрированных вольноотпущенников растет беспокойство. То есть они обеспокоены тем, что больше не смогут получить землю, даже если станут официальными гражданами Теонии».
Действительно, Союз Теонии по сути разделил земли под своей территорией. И единственные места, где у них есть свободные земли — это Луканские горы и регионы Бруттии, но этого недостаточно для такого количества подготовительных граждан.
«Итак, хотят ли они уйти?». — Рот Давоса слегка искривился, когда он полушутливо сказал.
«Теония — рай для свободных, так как же они могут уйти?». — Аристиас сделал паузу, а затем продолжил: «Они надеются на войну, используют войну, чтобы завоевать больше земли, используют сражения, чтобы сократить годы, которые им нужно ждать, чтобы стать гражданами, и используют свои достижения в войне, чтобы получить землю!».
Настроение Давоса стало немного тяжелым. Система военных заслуг, которую он разработал для Теонии, по сути, является их способом привлечения греческих вольноотпущенников в Теонию. И это также является мотивацией для стремления граждан к сражениям и храбрости.
«Те, кто забывает о войне, будут в опасности, даже те, кто воинственен, погибнут». — Давос молча произнес эти слова. Он твердил себе, что должен твердо держать в своих руках командную власть над армией Теонии. Иначе, если она выйдет из-под контроля, последствия будут невообразимыми. Однако сейчас Теония еще слаба, и ей все еще нужна эта система для развития.
«Земля…». — Давос погладил свой подбородок. Сейчас Теония действительно достигла узкого места в своем расширении. На юге находятся могущественные Сиракузы. На севере — Самниты, и Давос знал, что Римляне потратили десятилетия на покорение этой воинственной расы и даже потерпели несколько катастрофических поражений от них. Поэтому Теония не станет легко провоцировать их раньше, чем они будут готовы.
Дальше на восток находится территория Мессапи и Певкетии, и с точки зрения расстояния это самое близкое место к Теонии, но с этими двумя расами нелегко иметь дело, и если бы они объединились, Теонии пришлось бы сражаться с ними всеми силами, чтобы завоевать их. Однако нынешняя ситуация не позволяет им этого, к тому же между ними находится Таранто, и хотя их отношения с Теонией нельзя назвать гармоничными, но без ее полной поддержки Давос не решается послать армию для нападения на Мессапи.
Глава 381
Что касается запада, то там находится обширное море и несколько крупных островов, таких как Сардиния, Корсика, Балеарские острова и так далее, которые в основном находились под властью Карфагена. Однако Давос не смеет обижать другую мощную силу в западном Средиземноморье, находясь перед угрозой Сиракуз. Что касается оккупации области в Галлии, Давос даже не рассматривал такую возможность, поскольку флот Теонии был на это не способен. Кроме того, что они тратили слишком много сил на дальние переходы, они могли даже не удержать их.
С экспансией Теонии на пределе, как он сможет выйти из тупика? Давос глубоко задумался.
***
Любимый месяц Теонийцев — сентябрь. Помимо того, что это сезон урожая, это еще и месяц, когда родился Аид, покровитель Теонии. И в это время, помимо оживленного праздника, Союз Теонии даже проводит финальные игры по регби. Это месяц празднеств для жителей Теонии, особенно в Турии.
Во многих греческих городах-государствах, возглавляемых Афинами, сентябрь — это месяц Элафеболии (в этом месяце греки проводили фестиваль, предлагая Артемиде пироги в форме оленей). В то время как в Теонии сентябрь официально считался месяцем Аида. Аналогично, апрель также был назначен месяцем брака и Дня Геры, в то время как во многих греческих городах-государствах месяц брака назначен на июль.
Уже по одному этому можно понять, что Теония постепенно начала отклоняться от традиционных греческих городов-государств в плане жизни, обычаев и культуры.
***
В этот день в порт Турии пришел молодой человек по имени Мегарис. Это мужчина среднего роста с хорошо сложенным и атлетическим телом.
Было очевидно, что он впервые приехал в Турию, так как он был удивлен, увидев в порту так много кораблей. Одно только прибытие на причал уже заняло у него много времени, и ему даже пришлось протискиваться среди толпы в порту. После выхода из порта все конные транспорты уже были заняты, поэтому ему пришлось идти пешком больше часа, чтобы добраться до города Турия, где уже образовалась длинная очередь.
Однако Мегарис не спешил. Он терпеливо ждал в очереди, слушая, как люди радостно обсуждают какое масштабное представление состоится на площади Нике в День Аида в этом году, или гадают, команда какого города станет победителем финала по регби в этом году. Был уже полдень, когда он добрался до городской стражи.
Хотя его мучили голод и жажда, он все же терпеливо ответил на вопрос стражника.
«Ты гражданин Теоний? Если нет, возвращайся назад. В это время город Турий не пускает иностранцев и вольноотпущенников!».