Чтение онлайн

«Великий вождь, она называется баллиста». — Ответил вождь рядом с ним.

«Понятно. Тебе нет нужды говорить больше». —Толек пристально посмотрел на него и продолжил: «Вынесите баллисту. Посмотрим, насколько мощная эта штука!».

Шесть баллист были поставлены перед строем. Однако управляли ими Сиракузы.

После этого шар размером с ударил в стены Посейдонии, отчего некоторые части стен разрушились, заставив Луканцев запаниковать еще больше.

Глава 398

Среди радостных возгласов Самнитских воинов Толек был полон воодушевления, поскольку знал, что эта ужасная вещь теперь исправила недостаток слабой осадной способности Самнитов. Теперь он полностью уверен в захвате Посейдонии. А захватив город, они не только получат лучший порт для Сиракузов, чтобы переправлять им больше продовольствия, но в то же время его бедные соплеменники смогут бесконтрольно грабить и получать больше выгоды.

***

Вечером в резиденции архонта в Турии состоялся семейный ужин. Кроме двух жен Давоса, его приемной дочери Синтии, приемного сына Адориса и сына Кротокатакса, присутствовали Азуна — главная служанка, отвечающая за двор, Рибасо, управляющий рабами на переднем дворе, и Аристиас, глава разведгруппы Давоса.

Главная трапеза сегодня — шабушабу. Поэтому перед каждым стояли деревянные столы, бронзовые горшки и железная печь. Хейристойя была не в восторге от того, что Кротокатакс ест шабушабу в одиночестве, но ведь она сама беременна и с трудом передвигается, так откуда у нее еще силы, чтобы заботиться о нем. С другой стороны, другая мать маленького Кро, Агнес, была на втором месяце беременности и имела самую тяжелую реакцию на беременность. Она не могла даже смотреть на шабушабу и была вынуждена перейти на фрукты, грибы, морские овощи и другие вегетарианские блюда. Таким образом, маленькому Кро пришлось сидеть с Азуной.

В это время Давос, сидевший на главном месте, посмотрел на толпу и серьезно сказал: «Завтра я во главе легиона отправлюсь из Турии в Потенцию. Таким образом, я не смогу заниматься хозяйством. Поскольку и Хейристойя, и Агнесса беременны, семья будет нуждаться в вашей внимательной заботе; Азуне, Рибасо и Аристиас, вы трое! Поэтому я хотел бы заранее поблагодарить вас!». — Сказал он и поднял вино.

Пока он говорил, Хейристойя и Агнесса с беспокойством смотрели на своего мужа.

Азуна и Рибасо поспешно встали.

Тогда Давос быстро махнул рукой и сказал: «Садитесь! Садитесь! Все вы уже граждане Теонии, и все мы — одна семья. Не считайте себя чужаками! Посмотрите на Аристиаса!».

Аристиас смог только выдавить улыбку на своем холодном лице. Он не встал только потому, что когда-то был гражданином Катании, поэтому не привык к такой скромности, как Азуна и остальные. Он также поднял свой бокал с вином и серьезно ответил: «Господин, вам не о чем беспокоиться, я попрошу своих людей внимательно следить за всей Турией. Как только мы обнаружим какие-либо отклонения от нормы, я немедленно отправлю Капусу и Куногелату, чтобы, согласно вашим словам, устранить скрытую опасность!».

«Хорошо! Безопасность этого дома зависит от тебя!». — Давос поднял свой кубок, выпил вино и снова наполнил его.

Азуна тут же сказала: «Господин, я буду управлять женщинами-рабынями во дворе и хорошо заботиться о двух госпожах! Кроме того, я буду регулярно приглашать владыку Герпуса на осмотр, и с благословения Аида и Геры…». — Азуна посмотрела на Хейристойю и Агнес и сказала с улыбкой: «Когда вы вернетесь, обе госпожи и дети будут здоровы!».

«Хорошо! Азуне, если все будут в безопасности, я вознагражу тебя, когда вернусь! Может, я подыщу тебе подходящего мужа?». — С улыбкой пошутил Давос.

Азуна тут же запротестовала: «Господин, не нужно!».

«Ты слишком занят своими повседневными делами, поэтому не знаешь, что Азуне уже нашла того, кто ей интересен». — Прошептала Хейристойя.

«Неужели?». — Давос заинтересовался и спросил, «Кто это? Ты можешь сказать мне?».

Азуна покраснела, затем посмотрела на Аристиаса рядом с ней и склонила голову.

Заметив это, Давос больше не спрашивал: «Давай, Азуна, выпьем этот кубок в благодарность за то, что ты позаботилась о двух госпожах и детях!».

Азуна выпила вино.

Давос посмотрел на Аристиаса, который, казалось, ничего не понимал, и продолжил говорить ей: «Я дам тебе совет. Ты должна часто спрашивать совета у Агнессы; с благословением Геры тебе не придется бояться, что твое желание не исполнится!».

Услышав это, Азуне очень обрадовалась.

Однако Агнес резко напомнила: «Афродита, богиня любви, отвечает за любовь между двумя людьми. Гера отвечает только за брак и семью».

«Любовь без брака — это просто обман». — Сказал Давос, наполовину поддразнивая, наполовину серьезно: «В Теонии Гера также отвечает за добрачную любовь».

«Я буду отвечать за Азуну, так что тебе не придется беспокоиться о ней». — Хейристоя улыбнулась. Освободив Азуну от смущения, она серьезно обратилась к Рибасо: «Рибасо, я оставлю дела внешнего двора на тебя. Пусть эти пустяки не беспокоят меня в это время».

«Госпожа, не беспокойтесь, я позабочусь об этом! В конце концов, это мой долг!». — Почтительно сказал Рибасо, затем выпил вино.

В это время Синтия сказала: «Отец, я буду хорошо заботиться о своих матерях и братьях».

Услышав это, Давос обрадовался: «Хорошо! Хорошо! Наша дочь выросла и может помогать по хозяйству! Пойдем, я и за тебя выпью!».

«Папа, папа, я тоже хочу выпить, и я тоже хочу позаботиться о своей матери!». — Маленький Кро начал шуметь.

«Хорошо!». — Давос в восторге покачал своей слегка пьяной головой.

***

Поздно ночью, в спальне Хейристоя раздался ленивый голос Хейристоии: «Я думаю, тебе следует сопровождать Агнес, ведь теперь ты ей нужнее…».

«Не болтай и отдохни». — Мягко сказал Давос, похлопывая ее по плечу своей левой рукой, которая обвивала ее белоснежную шею.

Хейристоя слегка наклонилась, снова уткнулась головой в руки Давоса и, вдыхая его запах, прошептала: «Если у меня родится дочь, можно ли будет назвать ее Юнис?».

«Юнис…». — Давос пробормотал это имя (Юнис, что означает «хорошая победа»), с нежной улыбкой на лице: «Хорошее имя. Но что, если это будет мальчик?».

«Это будет Апокс (что означает храбрость)». — Тихо сказала Хейристойя, не задумываясь. Очевидно, она уже думала об этом.

«Апокс Давос, Кротокатакс Давос… Хорошо, это будет его имя!».

Но прошло много времени, а Хейристоя все не отвечала.

Давос посмотрел вниз и увидел, что его жена уснула. Во время беременности женщины были очень вялыми.