Чтение онлайн

– С дороги! – рявкнул Старатос и всадил сгусток пламени в грудь одному из существ.

Но вместо того, чтобы развеяться, странная живая тень затянула пробитую дыру за считанные секунды. Она всё ещё напоминала шатающегося пьяницу, пытающегося добраться до дома по незнакомой улице, но вполне отчётливо понимала, кто её цель. Остальные вели себя так же – гротескные пародии на людей.

– Да что это такое? – Старатос отступил на шаг.

– Сомнения, полагаю, – напряжённо сказал Варатти. – И убить их грубой силой не получится.

***

– Вы испортили весь мой замечательный план! И зачем только явились?!

Ишка никогда бы не предположила, что невысокий и щуплый подросток лет пятнадцати может так бушевать. Он был готов убить, а она, разумеется, не выстрелит в ребёнка. Ишка прыгнула в сторону за мгновение перед тем, как в пол там, где она только что стояла, врезалась извилистая молния, оставляя глубокий выжженный след.

– Они никогда не должны были очнуться, а вы влезли!

– Ты всё равно не смог бы уйти с этим! Чем ты думал, поставив под удар себя и своих родителей?! – искренне недоумевала Ишка.

– Родители, ха! Да, я их сын, но они меня никогда не любили! Никто не любил! Я хотел, чтобы они все на себе прочувствовали, что значит быть никому не нужным и ничего не хотеть! Забрать у них всё, чего они так и не дали мне!

Мальчик лил злые слёзы и не смотрел, куда швыряет атаки.

– Ты что, умереть хотел? – движениям Ишки позавидовал бы любой акробат. Иногда она ускользала от попадания на волосок, но всё же ускользала.

Хорошо хоть, что Орфана, повинуясь её истошному крику сразу после внезапного нападения, успела убежать.

– А что мне было терять?!

Слева от Ишки раскололся один из поддонов, содержимое вывалилось на пол. Сердце Ишки больно сжало чувством невосполнимой утраты, хотя рассаду ещё можно было пересадить в другую почву. Нужно убраться отсюда подальше, пока дуралей вообще всё не разнёс. Этот островок ценной зелени был таким же редким великолепием здесь, как оазис – в пустыне, или снег – в диких джунглях далёкого Юга. Вырастить так много всего, совершенно разного и по-своему притягательно – настоящее искусство. Парень не берёг не только здоровье близких, но и вообще, кажется, ничем не дорожил. Ишка поневоле ужаснулась, пытаясь представить, насколько пуста и бессмысленна была его жизнь в подобном неблагополучном краю.

– Жизнь, конечно, не всегда хорошая штука, и порой она больно бьёт, но разве у тебя совсем не было причин потерпеть, пока ты не вырастешь и не сможешь уехать отсюда?

Мальчишка истерически расхохотался. Он был далеко за гранью срыва и не воспринимал нормально никакие аргументы. И, хотя полностью сумасшедшим назвать его было пока ещё нельзя, он стремительно двигался в этом направлении. Буквально во весь опор катился под гору, где его личность будет сломлена окончательно.

– Уехать?! Куда?! Как будто хоть где-то нужен оборванец вроде меня!

– Ты алхимик! В Анклаве тебя бы приняли с распростёртыми объятиями! – Ишка подобралась наконец к двери, одним быстрым движением распахнула её и выскочила на улицу.

– Анклав? Я не собираюсь никому подчиняться! Они не будут распоряжаться мной, пользуясь моим возрастом и бедностью! – презрительно фыркнул мальчик, выходя следом за ней. – Взрослые в столице ещё более испорченные, чем здесь!

– Ты неправильно понимаешь суть Анклава, – Ишка побежала вокруг теплицы, стараясь, однако, не пропадать у него из виду, чтобы ему не взбрело в голову идти громить деревню. – С нами один из его представителей, вы можете поговорить…

Не то, чтобы Ишка доверяла Старатосу, и уж точно считала, что ему лучше держаться подальше от детей и не смущать их своими дурными фантазиями – этот дурак уже сам начал доставлять неудобства людям. Хуже вряд ли могло стать. Старатосу всё же нельзя было отказать в какой-никакой сознательности, он умел организовать себя, и поэтому Ишка надеялась, что он вдолбит хотя бы подобие этого в юного недоалхимика.

– Говорить с тем, чей дар слабее моего? Плохая шутка! И что он мне предложит? Быть хорошим мальчиком? А если я не хочу? Он будет диктовать мне, что хорошо, а что плохо? Спасибо, не надо!

– Тебе-то как раз и надо! За что ты так всех ненавидишь? – возмутилась Ишка.

– Ты, наверно, никогда не давилась тем, насколько ты бесправна и беспомощна только потому, что младшая в своём окружении… Тебя не загоняли в угол и не избивали там, зная, что ты не ответишь… А потом у меня появилась эта сила, и я поклялся заставить их платить.

У мальчика дрожали от злости губы, он сжимал кулаки и наверняка испепелил бы любого, кто сейчас попался бы ему на глаза. Он хотел, чтобы мир кричал от боли так же, как кричал он сам. Чтобы все поняли, как ему плохо. Если только через насилие можно это донести – он согласен пойти и на такую меру. Ведь очень приятно откинуть все внутренние ограничения.

– Я понял, что отныне они будут дрожать от страха и лепетать мольбы о пощаде. С меня хватит.

– Тебя убьют, если ты не прекратишь! Его Величество не потерпит твоих выходок! – у Ишки дрогнул голос.

Мальчик ухмыльнулся.

– Ну, что же, у меня есть выход. Стать настолько сильным, чтобы никто не смог меня одолеть, пока я не закончу со своей местью.

– Ты не сможешь сражаться с армией! – Ишка продолжала бежать от деревни, петляя между деревьев.

Из-за жары в теплице она сняла часть верхней одежды, и теперь только постоянное движение и адреналин мешали ей замёрзнуть. Впрочем, с таким преследователем по пятам ей это и не угрожало.

– Пока ты болтаешь со мной, мои слуги убивают твоих людей. Всё ещё хочешь заступаться за меня и видеть во мне того, кто может вернуться на так называемую праведную сторону? – насмешливо поинтересовался мальчик.

– Прекрати это! – вскрикнула Ишка и развернулась к нему.

– С чего бы? Вы первые сунули нос в мои дела, а, значит, не лучше всех остальных.

– Не ставь крест на своём будущем… Слушай, мы можем расследовать всё, что здесь произошло, и, если никто не заботился о тебе как следует, мы заберём тебя в Эсканолл, дадим хороший дом и семью, образование… Мы можем устроить всё это и даже больше! Тех, кто обижал тебя, мы накажем по закону. Тебе ни к чему становиться убийцей и потом всю жизнь жалеть об этом. А ты пожалеешь, уверяю. Кстати… Как тебя зовут?

Мальчик замялся, переступил с ноги на ногу и растерянно пробормотал:

– Ванни… Эй, не поучай меня! – тут же взвился он, и ещё один белоснежный искрящийся сгусток полетел Ишке в голову.

Ишка взмахнула перед собой рукой в отвращающем жесте, и шаровая молния натолкнулась на прозрачную преграду. Тут же Ишка усилием воли и ещё одним движением ладони отослала разряд обратно. Для её обострённого в эту минуту восприятия тот двигался до скучного медленно.

– Это сейчас тебе кажется, что ты готов сплясать на их могилах, но потом тебе станет стыдно, горько и паршиво. Когда ты осознаешь, что натворил.