Чтение онлайн

– Пока председатель не начал реальные действия для его поимки. Пойми, когда мистер Лигер устанет, от попыток Файя пошатнуть систему, жизнь оборвется не только для него. Всех, кто шел рядом, заденет. Это вы хотите для своих соратников, Элиса?

– Вы, действительно, полагаете, что смерть единственное, что вызывает ужас у человека?

– Смерть близких, да.

—Товарищи, что пошли за нами, не разменивают свободу на минутки жизни в плену. Отдел «Зачистки» – вот истинное имя смерти.

– Думаешь, исчезнет «Зачистка», и проблем не станет?

Это фантазии ребенка. Ваше восстание, увенчайся оно успехом, породит лишь войну.

– Справедливую войну.

– Какие громкие слова. А он хорош в речах, не так ли?

Он играет со мной? Почему на его лице улыбка?

– Вам смешно? Людей клеймят чуть ли не с рождения, а вам смешно!!!

– Не это веселит меня.

– Знаете, что самое забавное? Я знаю, кто вы, как вас зовут , какой у вас цвет глаз, но никак не могу, понять. Вы специально прикидываетесь, будто не понимаете, куда катиться мир?

– Не понимаю, о чем вы…

Его лицо, словно восковая маска. Неподвижно, непроницаемо. Пальцы нервно ходят по столу, постукивая в такт настенным часам.

– Ваша слепота добровольна.

– Фай подарил вам «зрение», милая?

– Страх не дает мои глазам, закрыться. Фай дал мне то, что заслуживает каждый человек.

– И что же это?

– Свобода…

***

Ормонд отпустил пленницу через полчаса, отдав в руки охранников. Стены камеры поджидали возвращения своей хозяйки.

Кастро позволили, посетить душевую, но еда, так и осталась непостижимой иллюзией. Лучший способ, сломить человека, лишить привычных удобств. Самый твердый орех дает трещину в скорлупе, при правильном ударе молотка.

Кабинет Хэйса заполнили многочисленные отчеты и видеозаписи. Все, что имело значение в нынешнем деле. Бирн следовал за службистом тенью, не давая, спокойно спать. Портрет юноши с синими глазами взирал на мужчину с деревянной доски, где расположилась карта с передвижением последнего и парочка четких снимков дорожных камер.

Тюремный фургон нашли в двадцати километрах от шоссе, в месте, где начиналась слепая зона. Ни одного регистратора или контрольного пункта. Ормонд упустил цель, и взять след, не представляется возможным, по крайней мере, до тех пор, пока острый язык мисс Кастро не даст слабину.

Проглотив парочку таблеток от головы, Ормонд потянулся к припрятанной бутылочке спиртного, что пылилась на нижней полке шкафчика. 18 лет алкогольные пары не дарили расслабление. 18 лет без похмелья и рвотных позывов по утру. Деревянная пробка полетела по столу, скатываясь вниз. Вдыхая забытый аромат, Ормонд окунулся в те далекие воспоминания, когда пара пропущенных стаканов превращала его в буйствующего, разъяренного садиста. Человека, который не стыдился, засаживать собственного сына в темный чулан. Пока мальчишка надрывал горло, обрушиваясь всем телом на дверь, Ормонд бесстыдно опрокидывал порцию за порцией, наслаждаясь минутным успокоением.

Так продолжалось 2 года, пока здравый смысл не взял верх. Алкоголь остался в прошлом, также как и доверительные отношения с ребенком. Ормонд чувствовал презрение и ненависть, проскальзывающую в каждом слове Молана. Его детская привязанность затаилась в темных закоулках чулана, куда он больше не заходил, но по-прежнему чувствовал тески стен.

Рука задержалась над стаканам, раздумывая, стоит ли входить в одну и ту же реку дважды.

– Решил, взяться за старое?

– Молан…Думал, тебя силком придется, сюда тащить, а ты лично явился ко мне в кабинет.

– Мне нужно разрешение на повторный допрос, Элисы Кастро. Я начал дело, мне же его продолжать.

– О каком деле идет речь, сынок? Вопрос с номером 13 является прерогативой всего эшелона следователей первого ранга. Единоличное присвоение дела, весьма ошибочно.

– Я хочу, допросит ее еще раз.

– Зачем? Я занялся этим вопросом лично.

– И что? Получил высокие результаты?

– Пара дней без еды, и самый стойкий заговорит.

– У нас нет этого времени. Особенно у тебя.

– Мне показалось, или нотки беспокойства проскользнули в твоих словах?

Однако, нам следует, обсудить твою выходку на собрании, и кучу других инцидентов, которые ставят твою проф. пригодность под вопрос. Я не рискну, спрашивать, что сподвигло, тебя наставить пушку на собственного отца?

– Мне не единственный раз хочется, тебя убить, однако, подобные мелочи сейчас не к чему мусолить. Дай мне разрешение, и я уйду.

Ормонд обошел вокруг стол, поднимая злополучную пробку.

– Почему ты так одержим этим человеком? Ты, буквально, через себя преступаешь. Приходишь ко мне в кабинет, просишь, пусть и без напускного уважения, но просишь. Я чего-то не знаю, Молан?

– Что касается «13», то мной движет чисто проф. интерес и подкрепленная годами службы уверенность в успехе, если вы, мистер Хэйс, позволите, возложить на свои плечи часть вашей непосильной работы, то успеха мы достигнем куда быстрее.

– Непосильной работы? Не смеши меня, Молан. Допросом я займусь лично. Ты, вместе с Харуко Йеко и Ивеном Хастингс отправишься в «Кровавую Тюрьму», чтобы осмотреть изнутри место преступления, а также изучить кабинет мисс Кастро. Ведь она, как никак, значилась медсестрой. Допросишь остальных заключенных, наверняка, с кем-то из них пытались, наладить контакт, чтобы выявить рецидивистов.

Новый начальник устроит вам обзорную экскурсию.

Молан злобно оскалился, ему претила мысль об отказе. Однако, в голове всплыла идея, которая обжигала одним своим замыслом.

– Пусти меня в Отдел «Зачистки». Если хотим, поймать 13, то нужно знать, с чем имеем дело.

Ормод одарил сына взглядом, словно впервые видит человека, стоящего в паре шагов. На лице застыло выражение немого удивления.

– Об этом и речи идти не может! Ты последние мозги пропил?! Делами «Зачистки» занимается исключительно руководство «Зачистки»! Новый ставленник правительства уже занял должность главы. Вся информация, по номеру 13, если таковая будет необходима, окажется у меня на столе. Внедрение в ряды убойщиков постороннего человека, тем более службиста – самоубийство! Я бы не стал, рисковать ни кем из своих сотрудников, тем более собственным сыном!