Чтение онлайн

– Забавно, что вспоминаешь о нашем родстве в столь редкие моменты.

– Пойми, все куда сложнее, чем ты можешь, представить.

– Ну, так посвяти меня, папочка!

Молан в плотную подошел к столу, наклоняясь вперед.

– Расскажи о тех детях, которых ты вел, словно на казнь! Он ведь был среди них, не так ли?!

– Что?

– Я видел тебя в старом секторе для тренировок, видел детей, которых заталкивали в фургон для перевозок. Фай был среди них! Я помню его! Я….

Начальник службы обрушил гнев на деревянную поверхность стола, гулко хлопнув ладонью.

– Довольно! Ты пьян, я чувствую запах алкоголя! Уходи, и приведи себя в порядок! Хватит уже строить из себя обиженного ребенка, пора стать следователем, коим ты значишься последние 10 лет! Или выполняй приказы, или я отстраню тебя до конца расследования!

– Да пошел ты!

Молан вышел прочь, покидая пристанище отца, преисполненный ярости. Руки подрагивали, сжимая между пальцев сигарету. Никотиновые облака наполнили стены коридора запахом мяты. Втягивая табачный дым, службист мысленно отчитал себя за проявленную не сдержанность, за слова, сказанные в порыве, слова, которые он должен был приподержать для более подходящего момента, когда доказательства непосредственной причастности Ормонда, окажутся в его руках. Но вспыльчивый нрав, подкрепленный немалой дозой алкоголя, требовал выложить все, чтобы вывести родителя на чистую воду, чтобы открыть правду того злополучного дня.

Сбросив последний пепел с угасающего курева, Молан покинул этаж, направляясь к следователям, что станут попутчиками в сегодняшнем, нелегком путешествие к стенам «Кровавой Тюрьмы».

***

В кабинете главного уравнителя раздался прежде, незнакомый звук льющегося спиртного. Стакан наполнился жидкостью, цвета шоколада, которая спустя минуту, согрела напряженные, долгим разговором, связки. Ормонд проглотил содержимое без остатка. Лицо сощурилось от привкуса алкоголя на губах.

Стакан переливался в свете ламп, пока не разлетелся на десятки осколков, соприкоснувшись с дальней стеной. Следом полета бутылка, наполняя комнату звоном битого стекла. Ормонд опустился на колени пред столом, сглатывая подступающие рыдания.

Глава 3.

Ад пуст. Все бесы здесь.

Уильям Шекспир

«Кровавая Тюрьма» похоронила немало душ. Металл, которым устлан пол и покрыты стены впитал крови больше, чем операционные больниц. Крики страдания, единственная музыка, которую слышат заключенные.

Место ссылки для тех, кто даже в рядах «Зачистки» не смог, ужиться. Неуправляемые, своевольные, бесстрашные перед пропастью, в которую их скинуло государство. Отсюда нет выхода. Весь вопрос в том, насколько долго пленник сможет, продержаться?

65 лет назад настала новая эпоха. Война между странами прекратилась, но разразилась битва против нареченных преступников.

Взрослое население Земли, подверглось гонению, зачастую, уничтожению. Неугодные, потому что не поддаются контролю, потому что знавали иной уклад, иную жизнь.

Детей с порочным геном отбирали в ряды будущих солдат. Их тренировали, обучали искусству убивать, чтобы они – плоды революционной идеи, восстановили порядок, выпустив наружу свою истинную сущность.

Михаэль Лигер – имя главного идеолога «Зачистки» не погнушался, расстрелять собственную жену. Так диктовал ему новый мир. Мир, где всем заправляла природа. Мать семейства, любящая жена и верная подруга генетика, умерла от точного выстрела в лобную долю. Она была одной из первых, кому довелось, попрощаться с жизнью. Беатрис Лигер с мужеством встала пред заряженным пистолетом супруга, на глазах у сотни наблюдателей.

« Ради сына, ради мира, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Они не простят тебе ошибки. »

Последние слова, слетевшие с губ, стали сигналом к действию. По всему миру пролилась кровь «избранных» системой преступников. Утро новой эры окрасили алые реки прошлого. Наступило время, когда человек отрекся от себя самого.

Захария Корн помнил те далекие времена, когда война разрывала сердце на части, а «инквизиции» против генных преступников шествовали по закоулкам городов, отыскивая жертв системы. Он помнил, как все начиналось, и предвидел, каков будет конец.

Зеленые глаза начальника тюрьмы метнулись в сторону стены, где зияла дыра из-под выпущенной пули. Вокруг отверстия образовался багряный обод запекшейся крови. Мужчина сбросил пепел вниз, наблюдая за полетом белесых лоскутков. В этом кресле, всего четыре дня назад, восседал старый товарищ Корна.

…Ты закончил свою жизнь от рук мальчишки…Какой позор, Ардгал…

Одна пуля, старый друг. Одна…Держу пари, ты хотел, покончить со всем этим, но шанса не доводилось. Как кстати тебе подвернулся Файоннбар Бирн…

Губы медленно обводили каждую букву имени сбежавшего убийцы.

– Ф-А-Й-О-Н-Н-Б-А-Р-Р Б-И-Р-Н….Сколько лет прошло? Из слепого птенца, ты превратился в ворона, воспарившего в небе. Правда горька на вкус, мой убойщик, и тебе предстоит, вкусить ее сполна…

Впрочем, скоро пребудет еще один занятный персонаж. Какой спектакль разворачивается у меня глазах!

Монолог эхом разнесся по пустому кабинету. Закатив глаза от чарующего предвкушения, Захария пустил дым в воздух, наслаждаясь минутами покоя.

– Мистер Корн, службисты прибыли, разрешите, сопроводить их к вам в кабинет или…

– Сопроводи и немедленно. Я итак, ждал довольно долго.

Надзиратель вышел прочь, покидая кабинет начальника тюрьмы с той быстротой, с какой оказался внутри минуту назад.

– Итак, добро пожаловать, Молан Хэйс.

Молан.

Хорошо, что машину доверили везти именно мне, иначе, клянусь всеми богами, я бы убил этих двоих голыми руками. Харуко Йеко и Ивен Хастингс – худшая пара для совестного дела. Дотошный, занудливый Йеко и болтливый, вспыльчивый Ивен. Их совместные пререкания и споры заставят мертвого, восстать из могилы. Руки так и тянутся к бардачку, где лежит фляжка с остатками спиртного.

Моя похмельная голова не выдержит такого натиска. Бедному Нилу пришлось, ехать в одиночку в офисный квартал, где, наконец, дали доступ к электронным карточкам персонала «ЭлКом».

Компании, где работал убитый Шон Рольф. Судя по записям видеокамер, Фай без труда смог, проникнуть на объект, используя идентификационный номер одной из таких карт.

Отдел оснащает агентов всем доступным и недоступным материалом. Теперь, когда Бирн отрекся от своих покровителей, они не станут, прикрывать перед властями его выходки.