Генерал для попаданки
Шрифт:
— Я была права, как видишь. С невестой ты не хотел встречаться, не хотел писать ей письма. А теперь я могу ждать…
— Всё, надо идти! Если будешь ждать, мы встретимся еще.
С этими словами он с сожалением отодвинулся и захлопнул дверь за собой.
В мыслях о нем, в переживаниях, воспоминаниях о проведенном с ним времени прошел месяц, другой. Вспоминала она прощание и с Владимиром. Перед своим отъездом он вызвал Сашу в кабинет.
— Анна, тебе надо выезжать на балы вместе с Авророй. Ты избегаешь этой обязанности.
— Я бы предпочла исполнять другие обязанности.
— Раньше ты сопровождала ее беспрекословно. Что изменилось?
— Если нужно, что ж…
— Княгиня и я беспокоимся из-за ее увлечения. Ты знаешь — кем. Она снова начала с ним встречаться. Тебе придется ее сопровождать… чтобы мамаn знала о ее встречах.
Саша нехотя согласилась, не смогла отказать брату. Направилась к выходу, но он ее окликнул: «Подожди!» Встал из-за стола, подошел к ней. Внимательно и долго рассматривал ее лицо, будто хотел запомнить.
— Анна, после отъезда генерала ты ходишь грустная… Знаешь, когда ты хорошеешь? Когда радостно улыбаешься. Но даже сейчас такая неулыбчивая ты мне тоже нравишься. Жаль, что ты мне сестра.
Саша не знала, что ему ответить.
После его отъезда она заметила, что перестали приходить записки с инструкциями Организации, с пожеланием встретиться. Она недоумевала. Но однажды уже не Григорий, а другой официант нерешительно приблизился в ней, озираясь по сторонам, вероятно, боялся, что его увидят рядом с ней. Быстро сунул в ладонь бумажку и удалился.
Саша в своей комнате прочитала: «В вашей исполнительности сомневаемся. Пока инструкций не ждите». Почему в ее помощи уже не нуждались, Саша понимала. Видимо, на свое скорое возвращение домой она не могла уже надеяться. Оставалось ждать новых сообщений. Но с еще большим желанием она ждала письма от Немировского. А его не было.
Зима нехотя отступала, чувствовалось приближение весны. На улицах стало оживленнее, прогулки приносили Саше больше впечатлений. В семействе Тугиных начали готовиться к мартовским именинам княгини. Все повеселели в предчувствии приезда Владимира. А Саша затаилась в ожидании приезда и Немировского. Кто знает, может быть, он сможет появиться вместе с Владимиром…
Но — увы! в марте все узнали, что именины Натальи Петровны могут пройти без Владимира. И тогда праздничный обед и бал сама именинница решила перенести в имение. Вместе со всеми Саша занималась приготовлениями к отъезду в Красное, прощалась с полюбившейся Москвой.
Наконец состоялось возвращение. Но суматоха переезда была тотчас забыта, потому что произошло событие, всколыхнувшее покой в семье. Аврора, которая часто отлучалась без какого-либо сопровождения, покинула имение, оставив матери письмо, где писала, куда она направляется с Сержем Осиповым. Куда, Наталья Петровна не сочла нужным объявить, ходила мрачная, срывала злое настроение на окружающих. Попадало и Саше, ведь она должна была все время быть с сестрой, куда бы она ни направлялась.
Однажды поздним вечером Саша, уставшая от забот в подготовке к празднеству, получила записку — ее передал официант. В ней сообщалось, что она должна в полночь быть у конюшни. Значит, о ней не забыли, решила Саша и с наступлением ночи незаметно вышла из дома. Не дойдя до выхода к заднему двору, почувствовала, как кто-то сзади приблизился к ней. Не успела обернуться, как ей закрыли нос и рот влажным носовым платком. Вдохнув сладкий запах, исходящий от платка, Саша потеряла сознание.
Глава 18
Саша очнулась, и как когда-то (это уже было! d'ej`a vu!), увидела над собой сухие ветви и каменистую поверхность вместо потолка. Однако она не смогла пошевелить ни руками, ни ногами. И голосов похитителей она не услышала. В горле пересохло. Что же случилось? И как хочется пить!
Увидела рядом глиняную посуду, в которую сверху откуда-то капала вода. Смогла подползти и стала, как какое-то животное, лакать воду из переполненного кувшина. Жажда отпустила, но Саша снова потеряла сознание.
Сколько она пролежала в пещере, Саша не понимала, когда к ней снова вернулось сознание. Пробовала подняться — и не смогла. «Почему я не могу двигать конечностями?» Этот вопрос мучил. Снова почувствовала сильную жажду. Подумала: откуда это обезвоживание? Смогла передвинуть тело и подставить голову, чтобы ртом ловить капли воды сверху.
Напившись, Саша испугалась, что снова потеряет сознание. Стала вспоминать, что с ней было до той поры, когда ей закрыли нос и рот и она вдохнула странный запах. Память работала какими-то обрывками: вот в карете она рядом со спутницами подъезжает к воротам имения, но это видение сменяется сердитым разговором с княгиней. Да, Аврора исчезла. Она, видимо, теперь с Сержем.
И тут память прояснилась, потому что живо вспомнилось из совсем другого времени. Увиделось то, что предшествовало ее первому пребыванию в пещере. Она в холодной реке, ей не удается поймать руку мальчика, да, это ее ученик Виталик, он тонет. Она спрыгнула с невысокого моста прямо в одежде, потому что спасательная лодка еще нескоро приблизится к месту, где только что виднелась голова Виталика. Наконец ей удалось под водой приблизиться к смутно видневшейся фигуре, пугающе неподвижной. Она обхватила туловище мальчика и заработала ногами, чтобы всплыть наверх. Еще будучи в воде, обрадовалась тому, как чьи-то сильные руки помогли ей освободиться от ноши. Облегченно вдохнула воздух и уже хотела ухватиться за край лодки, как что-то потянуло ее за подол платья вниз, и от неожиданности она стала захлебываться. Потом свет померк, и она решила, что умирает.
Вот как память начинает полностью возвращаться, думалось ей. Память надо было подтолкнуть таким образом, чтобы человек оказался помещенным в то же место, где он уже когда-то находился. Правда, на этот раз ей приходится гораздо хуже. Видимо, от паров этой жидкости… Что это за жидкость? Почему она не может двигаться, чтобы привстать? Попробовала подползти ближе к выходу, но испугалась, что окажется далеко от воды. И от резких движений снова сознание помутнело, и она провалилось в мрак.
Саша резко пришла в себя, потому что совсем близко раздались чьи-то шаги. Обнаружила, что находится рядом со входом в пещеру, видимо, пыталась все-таки выбраться наружу. Свет ослепил глаза, и она застонала от боли в голове. Мужской голос выкрикнул ее имя. Или это не ее имя? До боли знакомый мужской голос громко восклицал:
— Анна! Боже мой, это ты?! Я тебя нашел!
А когда он приподнял ее голову, она открыла глаза и слабо спросила:
— Это сон? Я слышу тебя… ты привиделся мне?
— Анна, душенька! Что с тобой?!
Это были последние услышанные слова перед тем, как она снова потеряла сознание.
И пришла в себя нескоро, как оказалось. Открыла глаза и увидела, что лежит в своей комнате в имении, за окном темно, но свечи освещают знакомую обстановку. Пахло лекарствами. С трудом повернулась вбок и увидела мужчину, который, сидя на стуле, положил голову на кровать рядом с ее рукой. Это был Немировский. И он спал.