Чтение онлайн

— Митя, в Красном уже французы?

— Да. Сколько еще здесь продержимся, неизвестно, скоро и Смоленск, наверно, надо будет оставить. Слишком неравные силы.

— Но вы побеждаете не числом, а умением. Как Суворов учил. Ты спи. Все-таки ты пострадал, вижу синяки на спине. И ссадины на шее, на руках.

— Все заживет. В таком бою не знаю, как, каким чудом остался жив. Пришлось и в штыковые атаки ходить. Потерял почти сотню офицеров. А солдат молодых — не сосчитать. Но держались молодцами, все делали как надо. Как научены были.

Постепенно говорил все тише и тише. И заснул.

Саша не спала. После встречи с родным братом было о чем подумать. Горько было осознать, что ее как марионетку используют в каком-то диком эксперименте. Авантюрным характером, как у Авроры, она не обладала, о чем можно было и сожалеть. Глядя на спящего Дмитрия, печально вздыхала. Если бы в самом начале она захотела остаться здесь, где нашла своего мужчину! Сейчас было бы легче принять решение, которое она высказала в разговоре с Виктором. От того, что она все время ощущала себя временной в этом мире, она собственноручно лишила себя счастья быть с любимым мужчиной.

Ранним утром они предались ласкам. Во второй раз Саша испытывала сильное желание физической близости с Дмитрием. Чувствовалось, что он отдохнул. И потому в нем силы обнаружились, чтобы довести ее до экстаза. Молчаливо наблюдал за ее изумлением на лице, целовал. И очень быстро удовлетворил свое желание.

— Митя, мужчины такое же удовольствие получают, как и женщины? Такое, какое я испытала только что?

— Не знаю… я впервые лежу с женщиной, которая меня хочет не меньше, чем я ее.

— Да, опыт у тебя хоть и большой, но не всегда ты мог взаимное удовольствие испытывать.

— Анна, тебе не совестно о таких вещах говорить! Лучше бы ты была скромна и стыдлива!

— Ты, видно, считаешь, что женщина не должна быть равной с мужчиной в постели.

Дмитрия чуть удар не хватил, так расширились его глаза от этих слов Саши.

— Твои речи меня поражают. Лучше я буду одеваться… снова ведь скажу то же самое, что и всегда говорю. Когда удивляюсь тебе…

— Что я не такая, как все… Что с другой планеты?..

— Мне действительно надо поторопиться, — вздохнул он, поцеловал ее в губы и прижал лицо к ее груди. Такие у него были ласки. — А вот что ты будешь делать? Хотел Петра попросить отвезти тебя подальше от города, но у него много работы.

— Я пойду за лошадьми поухаживаю. А может, тебе моя помощь понадобится? Я любую посильную работу могу выполнять.

— Нет, скоро здесь такая пора начнется… горячая…

Дмитрий нашел умывальный кувшин с водой и озирался. Саша вскочила, стала тоже искать фарфоровый тазик. Отыскала и подала Дмитрию.

— Женщинам надобно будет сидеть в подвалах.

— Ничего, посижу. А когда станет тише, буду с тобой. Ухаживать за тобой буду.

Умылись над тазиком, поливая друг другу водой из кувшина. Когда уже и Саша была одета в свой мужской костюм и причесывалась перед зеркалом, Дмитрий пожелал увидеть Петра, чтобы он накормил их завтраком. Снаружи раздались громкие голоса. Он обрадованно открыл дверь и застыл на месте.

Саша видела, что кто-то хочет войти в дверь, но его не впускают. Наконец, отодвинув в сторону генерала, в комнату ворвалась хорошо одетая, красивая молодая женщина. За ней вошел огорченный Петр, держа в одной руке поднос с тарелками и кружками. Молодая женщина была Нина, невеста генерала.

Немая сцена выглядела драматично, а после нее главных действующих лиц переполняли самые разнообразные чувства. Нина окидывала подозрительным взором комнату, генерал старался остаться невозмутимым, глядя на свою невесту, а Саша во все глаза смотрела на нее и осознавала сильную вину перед ней. Только Петр неподвижно застыл с подносом в руке, другой прикрыв дверь.

Первой разрядила обстановку Нина.

— Что делает молодой человек в твоей комнате ранним утром, Дмитрий?

Вопрос был очень уместный. Но генерал не стал на него отвечать, а задал тоже вполне резонный вопрос:

— Наверно, Нина, следует поздороваться со мной? Ты приехала столь неожиданно.

Пока невеста переводила взгляд с генерала на Сашу и наоборот. Немировский стал отдавать приказы:

— Петр, спасибо за завтрак. Можешь оставить и идти. План действий тебе известен. Александр, ты тоже можешь идти. За лошадьми присматривать не надо, поступай в распоряжение Петра.

Саша и Петр поклонились и друг за другом вышли из комнаты. Настроение у обоих было скверное, особенно у Саши.

Петр сочувственно заметил:

— Хорошо, что эдак распорядился генерал. Пусть там сами, без нас разбираются. А ты, голубчик, иди за мной, завтракать пора.

Саша поплелась за ним в комнаты для слуг на первом этаже. Петр разделил по-братски свой завтрак, но Саша отказалась от булки с маслом и с удовольствием съела остывшую кашу, запив сладким чаем.

— Петр, ты когда догадался, что я не мужчина?

— Трудно что ли было-то? Сразу и догадался. Генерал смотрел так особливо… Давненько такого генерала не видывал, сурьезного такого, волнительного…

Саша грустно посмеялась над его словами.

— Хорошо же ты знаешь его! А Нину раньше видел?

— Как не видел госпожу! Такую не забудешь! Так все время норовит уколоть тебя. То не так делаю, и другое не так…

— Как думаешь, она приехала, потому что ей сообщили, что генерал не один? Ты ведь вчера меня подругой его объявил.

— Ну, больно Дмитрий Алексеич хотел, чтоб его ты встретила.

— А ты молодец, догадался где-то косынку найти…

Помолчали. Саша спросила, может ли она остаться с ним и помогать. Петр отвечал:

— Ох, не женское это дело! Похоронной команде помогать. Ты лучше вот чем займись: в госпиталь иди. Там тебе дадут одёжу санитара или сестрички, рук не хватает там, говаривали. А я тебя потом найду и в подвал сведу. Команда была готовиться к бою. Снаряды, шальные пули будут гулять там и сям. Но надёжа вся на крепостные стены.

Так и сделала: нашла дорогу в госпиталь, где огромные помещения заполнили койки с ранеными в два ряда. Отдельно двери вели к помещениям с тяжелоранеными и ранеными офицерами. Саше выделили серое холщовое платье с белым передником, белую косынку. Помощи особой сестрички и доктора от нее не получили, но зато она умела успокаивать, утешать, отвлекать разговорами.