Чтение онлайн

Экипажи стоящих в порту советских судов проснулись в это утро не от шума природного явления. Сезон дождей обычно сопровождался сильными грозами и почти непрекращающимися молниями. Но взрывы и зарево, что разбудили моряков, в этот раз очень сильно отличались от звука и света природного происхождения. Это легкие штурмовики A-4C Skyhawk избавлялись от бомбовой нагрузки. Экипажи Skyhawks любили свои самолеты за прочность и манёвренность. Погода и заранее начатое глушение вражеских станций помогли им дойти до порта незамеченными, но туман и те же помехи опять же не дали ударить точно.

Советские моряки теплохода «Зея» выбежали на верхнюю палубу и, навалившись на борт, вглядывались в серую мглу. Над ними очень низко пролетали самолёты, и почти рядом с бортом, безобидно булькая, ложились снаряды. Было непонятно, кому они предназначались, ведь кругом стояли мирные морские суда. Неожиданно на окраине порта раздался сильный взрыв. Зарево от него в один момент осветило весь город. Видимо, это взорвалось недавно наполненное нефтехранилище. Через несколько секунд тёплая взрывная волна, дошедшая до теплохода, легонько оттолкнув всех от борта. Гул авиационных моторов, взрывы, стрельба, булькающие по воде снаряды: всё это создавало чувство какой-то нереальности.

Внезапно бабахнуло совсем рядом. Над одним из стоящих у причала судов вспыхнуло пламя.

— «Партизанская Искра» горит!

— Смотри, и дальше в наших попали.

Какой-то крепкий матрос замахал кулаком в сторону пролетающих чужих самолетов.

— У сволочи!

— Всем срочно убраться с палубы!

Старпом и боцман крепким словом и пинками загнали всех любопытных внутрь судна. На палубе уже валялись осколки, несколько иллюминаторов было разбито. Боцман оглядел свое хозяйство и крепко выругался. Во время налёта к борту советского теплохода под шумок пришвартовалось китайское судёнышко, вооружённое крупнокалиберным пулемётом времён Великой Отечественной войны, и открыло стрельбу по пролетающему на малой высоте самолёту. Было отчетливо видно, как на нем отлетают детали фюзеляжа.

Это сильно смахивало на провокацию. Тут же по судовой радиосвязи раздалась команда капитана: «отрубить швартовы китайца!». Что было немедленно сделано боцманом. Но перед этим опытный зенитчик сумел достать из ДШК один из штурмовиков. Тот резко клюнул носом и тут же зарылся в воду. Никто из экипажа не выжил. Китайское судёнышко стало быстро относить течением от борта «торгаша». Но выстрелы были замечены американцами. Советские моряки знали, что подобные выходки те обычно не прощают. Не прошло и минуты, как с левого и правого борта теплохода раздались два мощных взрыва. Морякам показалось, что теплоход на метр подбросило над водой. Поднялся огромный столб воды с илом. Их спасло то, что бомбы взорвались на дне реки, погасив ударную силу многочисленных осколков, которыми в итоге оказалась усыпана вся палуба.

По внешней связи с советских теплоходов пошли вызовы:

— «Зея» ответьте, сколько убитых и раненых?

— «Зея», вам нужная помощь?

Радист от шока не мог ещё прийти в себя, потому что он был в радиорубке и видел, как с самолёта совсем рядом падали и взрывались бомбы. Он уже успел попрощаться с жизнью, но судно и не думало тонуть. Позже он стал отвечать, что у них на борту нет ни убитых, ни раненых. Но к «Зее» уже на полном ходу спешили санитарный и пожарный катера. Над акваторией стелились остатки тумана и черный дым. На берегу разгоралось яркое зарево. Похоже, что задели не только нефтехранилище. Слышались многочисленные сирены и рев моторов. На палубу подошедших катеров с «Зеи» начали прыгать матросы срочно сформированных аварийных команд, спеша на помощь настоящим пострадавшим.

Капитан советского теплохода «Зея» подошел к окну рубки, осторожно трогая большую дырку в стекле. Осколок, пробивший его, застрял в переборке. А ведь чуть в сторону и ему была бы хана. Холодный пот стекал по спине опытного «морского волка».

— Командир, надо сообщить нашим.

— Воздух!

Капитан выскочил наружу и посмотрел вверх. Их сейчас атаковали уже другие самолеты. Небо расчистилось от облаков и в данный момент было расписано белыми полосками. Капитан знал, что это следы от едва видимых бомбардировщиков. Не прошло и минуты, как раздался страшный нарастающий гул от пикирующих самолётов. Послышался режущий противный звук. Оказывается, на самом деле его издают пикирующие самолёты, потому что бомбы сбрасывались с небольшой высоты и те, практически сразу же взрывались, попадая в цель. Американские лётчики бросали бомбы со снайперской точностью. Но их уже ждали.

Моряки настороженно наблюдали, как ракеты, поднявшиеся откуда-то из глубины джунглей, тут же начинали упорно преследовать американцев. Зрелище стояло неописуемое. Самолёты, управляемые асами, выписывая сложные фигуры, уходили от зенитных ракет. Но бывало, что ракета достигала цели, и тогда все видели многочисленные фрагменты сбитого самолёта, падающие как в замедленной съёмке на рисовые поля или в реку, где на рейде стояли многочисленные суда.

— Третий!

— Истребители!

Юркие машины вынырнули из высоченных облаков откуда-то с севера. Им навстречу выскочили новые американцы. Бой произошел очень быстро, но несколько горящих машин уже падали вниз. Катапультировались немногие. Высоты не хватало. Внезапно все стихло. И эта скоротечность пугала еще больше. Людские жизни и техника на миллионы долларов сгорали буквально за мгновение.

— Китайцы дали американцам жару!

Старпом был здесь не в первый раз. Капитан «Зеи» поинтересовался:

— Почему они?

— С севера шли. Кто-то из разведчиков их предупредил. Но хитро сегодня. Сначала с моря ударили, затем сверху. Все, капитан, тучи прут, больше их можно не ждать. Будем телеграфировать в пароходство?

— Я сам.

Капитан вытер платком лоб и оглядел рейд. Вот тебе, и настоящая война! А ведь бомбили в основном тех, кто стоял у причала. И такое случилось на его памяти в первый раз! Похоже, что два судна повреждено серьезно. Так что непонятно, куда им завтра швартоваться. Придется ждать указание и снова с опаской поглядывать на небо.

7 утра по московскому времени. Дача в Заречье

— Почему так поздно сообщили? Ну и что, что у нас было два часа ночи! — я был крайне зол, но понимал Огаркова.

— Леонид Ильич, мы подумали, что соберем за это время больше информации. В ситуацию вмешены Китай и Вьетнам, с нами они делятся неохотно.

— Сколько было в Вашингтоне?

— Семь вечера. Сейчас у них полночь.

— Плохо, товарищ генерал!

Вздохнул с горечью. Вот и пошла волна событий, которых в моем мире не было. И уже не первая. Так что сейчас и все ошибки мои. Американцы успели проработать ситуацию. Так что мы крепко отстаем.

— Что делать будем, Леонид Ильич? Это ведь пересечение «Красной линии».

— Снимать штаны и бегать. Собирайте Ситуационный центр!

Положил трубку и учуял свежий запах чая. Охранники подсуетились. Молодцы! Внизу уже слышно, как возится на кухне Витя. Но все равно стервецы, надо было меня поднять! Видимо, пожалели. Вчера отмечали День космонавтики, я после торжественного «Огонька» заехал в Звездный городок. Космонавты встречались в тесном кругу. Хорошо, на ночь таблетку принял. Надо завязывать с алкоголем. У нас праздников, как у барыг фантиков! Но как было душевно! Простые ребята, а двигают историю человечества. Что мы, пыль под ногами! На самом деле глобальные достижения вершат очень немногие.

Но что мне сейчас делать?! Голова побаливает и потому без удивления нахожу на столе несколько таблеток. Запиваю зеленым чаем. Нужно звонить в МИД. Вдруг там уже что-то известно. Американцы решили начать эскалацию или это частный выпад? Джонсон вроде склонялся к разделу влияния, а не конфронтации. Он уже «хромая утка», все неудачи все равно свалят на него. Даже успешный «Лунный проект».

— Андрей, пусть готовят мой самолет к вылету. И набери, пожалуйста, Кузнецова.

10 утра по московскому времени. Ситуационный центр Министерства обороны