Чтение онлайн

В Англии заговорили о войне; причем воинственную позицию Чемберлена поддержали не только консерваторы, но и влиятельная группа в либеральной партии - либералы-империалисты. Массовая пресса взяла вызывающий тон и раздувала антифранцузские настроения. В Берлине потирали руки: англо-французская война сковала бы силы обеих держав, и Германия оказалась бы в выгодном положении третьего смеющегося. Но именно этого не могла допустить Франция. Она заняла примирительную позицию, согласилась на эвакуацию отряда Маршала, выторговав согласие Англии на переговоры о размежевании владений в Африке.

Теперь уже вплотную встал вопрос о создании непрерывной линии английских владений от Каира до Кейптауна. На пути лежала лишь Германская Восточная Африка. Кроме того, все еще независимыми были Трансвааль и Оранжевая республика, окруженные Капской колонией с юга, Бечуаналендом с запада и Родезией с севера. После урегулирования фашодского инцидента Чемберлен, Родс и стоящие за ними мощные финансовые группировки сочли момент для захвата бурских республик вполне подходящим. Английское правительство спровоцировало конфликт по вопросу о положении уитлендеров, которых будто бы угнетало правительство Трансвааля. В то время как дипломатия предъявляла Трансваалю одно провокационное требование за другим, буржуазная пресса усиленно раздувала военный психоз.

Конечно, джингоисгская пропаганда оказала влияние на часть рабочего класса, не говоря уже о мелкой буржуазии. Но передовые рабочие не поддались националистическому угару. Собравшийся в 1899 г. конгресс тред-юнионов вынужден был учесть настроения масс и высказался в пользу мирного разрешения конфликта, «так как война означала бы величайшие страдания... трудящихся обеих стран». Один из тред-юнионистских лидеров заявил, что дело не в уитлендерах, а в том, что капиталисты «почуяли запах золота в Трансваале».

Англо-бурская война (1899-1902) требовала от Англии колоссального напряжения. Буры героически защищались: когда были заняты столицы обеих республик, они прибегли к партизанской войне. Около 250 тыс. солдат английское командование вынуждено было перебросить в Южную Африку. Чтобы справиться с партизанским движением, захватчики сгоняли население, включая женщин, детей и стариков, в специальные лагери, где многие погибали от голода и болезней. Положение англичан было бы еще более трудным, если бы буры решились вооружить коренное африканское население - действительных хозяев страны. Но буры, ведя справедливую войну против английских захватчиков, сами были угнетателями местного населения; они боялись африканцев не меньше, чем англичане.

Несмотря на мужественное сопротивление буров, на осуждение прогрессивных сил всего мира и «пробурскую» оппозицию в Англии, английский империализм в конечном счете добился победы и аннексировал бурские республики. Они были включены в состав Британской империи, хотя и сохраняли автономию во внутренней политике. Тот факт, что могущественная империя одолела маленький народ лишь ценой более чем двухлетней войны, нанес серьезный ущерб ее престижу.

Утратив промышленное первенство, Англия не могла больше придерживаться традиционной политики «блестящей изоляции», т. е. отказа от долговременных союзов с другими странами.

В 1902 г. английской дипломатии удалось заключить союзный договор с Японией. Теперь в борьбе против американской и германской экспансии на Тихом океане и на Дальнем Востоке Англия приобрела сильного союзника. Но главное острие англо-японского союза было направлено против России, которую в английских правящих кругах рассматривали как опасного соперника в борьбе за колониальные позиции на Дальнем Востоке. Этот договор и финансовая помощь английских банков сыграли решающую роль в подготовке Японии к нападению на Россию в 1904 г.

Союз с Японией, однако, не разрешал главной проблемы, о которой все больше задумывались и в кабинетах Сити, и в адмиралтействе, и в политических кругах Англии. Ей нужен был союзник на случай войны с Германией, вероятность которой все больше вырисовывалась. Естественно было искать его прежде всего в лице Франции, которая, конечно, и сама была заинтересована в союзнике против Германии: опасность новой агрессии с Востока постоянно висела над Францией со времен франко-прусской войны.

В 1904 г. после длительной подготовки, дипломатического зондажа и переговоров был заключен договор, получивший название Антанты. Формально в нем не было речи о Германии. Просто две державы полюбовно разрешили свои колониальные споры за счет народов Африки и Азии. Франция отказывалась от своих старых претензий на участие в контроле над Египтом и не возражала против превращения «временной» английской оккупации в полную аннексию. Англия взамен соглашалась на захват Францией большей части Марокко. Были разделены также сферы влияния в Сиаме. Урегулирование колониальных противоречий между Англией и Францией открывало пути к военному союзу против Германии. Поскольку Франция уже с 1893 г. состояла в союзе с Россией, договор 1904 г. открывал перспективы для превращения Антанты в союз трех держав. Действительно, в 1907 г. было заключено англо-русское соглашение, регулирующее отношения между двумя державами на Среднем Востоке.

Для английского рабочего класса, который жил в атмосфере поисков новых, более эффективных методов борьбы, огромное значение имел революционный пример, показанный русскими рабочими в бурные годы первой русской революции. По всей стране прокатилась волна митингов, на которых произносились пламенные слова солидарности с русской революцией и проводился сбор средств по обычаю английских рабочих - «шапка по кругу».

Благодаря левым элементам рабочих и социалистических организаций реформистским вождям не удалось полностью преградить дорогу влиянию «русских методов» на массы трудящихся в Англии. Бурные митинги и демонстрации безработных, активные выступления против дипломатического сближения Англии с царской Россией, сопровождавшиеся ожесточенными схватками с полицией, бунт военных моряков в Портсмуте (1906), в котором нетрудно усмотреть прямое влияние героического «Потемкина» - таковы были лишь первые и самые непосредственные проявления активизации английского рабочего класса в годы первой русской революции. Но и этих симптомов было достаточно, чтобы опытные политики из буржуазного лагеря поставили верный диагноз: назревает новый подъем рабочего движения, а значит, нужны энергичные меры для предотвращения серьезных социальных потрясений. Такой мерой и стала досрочная отставка консервативного правительства в декабре 1905 г.

Буржуазии нужны были более гибкие и менее скомпрометированные политические деятели, которые могли бы открыть перед рабочим классом перспективу серьезных уступок.

В декабре 1905 г., еще до парламентских выборов, власть перешла в руки либерального кабинета. Лидер партии Г. Кэмпбелл-Баннерман включил в состав своего правительства как либералов-империалистов - Э. Грея, Г. Асквита и Р. Холдена, которые получили соответственно портфели министра иностранных дел, канцлера казначейства (министра финансов) и военного министра, так и радикалов - Д. Ллойд-Джорджа, У. Черчилля, Г. Сэмюэля. Портфель министра торговли и промышленности, т. е. того ведомства, которое наиболее непосредственно связано с проблемами рабочего движения, получил Ллойд-Джордж.

Парламентские выборы 1906 г. принесли жестокое поражение консерваторам. Вместе с юнионистами они получили всего 157 мандатов, ирландская фракция - 83, а либеральная партия -401 мандат. Уже в этом абсолютном и прочном большинстве либералов, выступивших на выборах с обещанием широких социальных реформ, сказался тот решительный сдвиг влево, который произошел в настроении широких слоев избирателей. Еще более показательным был успех лейбористской партии, которой удалось получить 29 мест и стать третьей партией английского парламента.