Чтение онлайн

Лейбористское правительство пошло значительно дальше консерваторов в наступлении на рабочий класс. Была провозглашена «политика доходов», т. е. политика ограничения потребления. Правительство выступило против стачек и локаутов, аргументируя это тем, что они «подрывают конкурентоспособность и развитие всех потенциальных возможностей экономики». Вместо стачек - испытанного средства борьбы рабочего класса против предпринимателей - лейбористская верхушка предлагала наладить сотрудничество тред-юнионов, предпринимателей и правительства на основе следующего принципа: зарплата и прибыли не должны расти быстрее, чем растет вся экономика страны. Такая постановка вопроса молчаливо предполагала, что сложившееся в то время распределение доходов между предпринимателями и рабочими - справедливо, и рабочий класс может претендовать на улучшение условий жизни лишь в связи с ростом производства. Кроме того, хотя формально говорилось об ограничении зарплаты и прибылей, на деле контролю подвергалась только зарплата; прибыли и цены на товары практически контролировались весьма слабо.

Правые лидеры профсоюзов согласились принять «политику доходов», по массы и левые силы в профсоюзах сразу усмотрели в этой политике посягательство на права рабочего класса, на его уровень жизни, на давно завоеванное право на стачку.

В этих условиях английские коммунисты, представляя самые передовые и классово зрелые элементы рабочего класса, усилили свое воздействие на массы. КПВ на протяжении современного периода истории Англии систематически разрабатывала программные требования для всех левых сил, стараясь объединить их для совместной борьбы против империалистической внешней политики обеих правящих партий и за прогрессивную внутреннюю политику. Подчеркивая в многочисленных документах, что «в конечном счете единственным ответом на все проблемы Англии» является социализм, компартия в то же время выдвигала такие требования, которые могли объединить все левые силы: резкое сокращение военных расходов, отказ от империалистической политики «к востоку от Суэца», широкое сотрудничество с Советским Союзом и другими странами социализма, отмена «политики доходов», усиление государственного контроля над монополиями, повышение зарплаты, особенно низкооплачиваемым рабочим, защита профсоюзных прав.

Справившись с особыми трудностями, возникшими в 1957-1958 гг. в связи с антикоммунистическим походом реакции и появлением ревизионистских шатаний у некоторой части партийной интеллигенции, КПВ в 1958 г. уточнила и приняла программу «Путь Британии к социализму». На XXX съезде партии в 1967 г. эта программа под названием «Британский путь к социализму» была уточнена в соответствии с теми изменениями, которые произошли в мире за истекшее десятилетие.

В 1966 г. (с 25 апреля) коммунистическая ежедневная газета «Дейли уоркер» была переименована в «Морнинг стар» («Утренняя звезда») и увеличена в объеме. Это дало возможность публиковать больше материалов по вопросам профсоюзной работы, а также по проблемам искусства, литературы, спорта.

Повседневная разъяснительная работа коммунистов, их дискуссии с другими левыми течениями в рабочем движении, выдвижение компартией четкой программы действий плодотворно сказывались на расстановке сил в рабочем движении. Многие лозунги и требования, впервые выдвинутые КПВ, подхватывались движением сторонников мира, левыми лейбористами и левыми группами в тред-юнионах.

Во второй половине 60-х годов рабочий класс сумел нанести поражение промонополистической политике правительства в ее главном звене - «политике доходов». Установленная правительством норма повышения зарплаты не должна была превышать 3,5% в год, что было значительно ниже роста цен. Поскольку руководство БКТ и большинства союзов склонно было поддержать курс Вильсона, массы ответили на новое наступление буржуазии, проводимое при поддержке «своего» правительства, волной «диких», т. е. не санкционированных руководством, стачек. Нередко лидеры в ходе стачки соглашались признать ее «законной»; вместе с тем давление снизу вынуждало их объявлять и «официальные» стачки.

С 16 мая по 1 июля 1966 г. бастовали моряки, потребовавшие повысить зарплату на 17%. Это настолько противоречило «политике доходов», что Вильсон решил вмешаться самым энергичным образом, чтобы продемонстрировать решимость правительства сломить сопротивление официально объявленному курсу. Было введено чрезвычайное положение, на моряков обрушились обвинения в нелояльности, буржуазная пресса и лидеры БКТ заговорили о «коммунистическом заговоре». И тем не менее стачка закончилась компромиссом, означавшим, по существу, принципиальную победу рабочих: зарплата была повышена на 5%, т. е. правительственная «норма» была превзойдена.

Атмосфера острой конфронтации между правительством, буржуазией, правыми тред-юнионистскими лидерами - с одной стороны, и массами, шоп-стюардами, КПВ, левыми лейбористами - с другой, привела к размежеванию и в верхах лейбористской партии. Казалось бы, после мартовских выборов 1966 г., обладая абсолютным большинством в парламенте, Вильсон мог не бояться срыва своей экономической политики, тем более, что ее поддерживали и монополии, и консервативная партия. Однако более 150 членов лейбористской фракции осудили тактику правительства во время стачки. Через несколько дней после ее окончания член правительства Ф. Казенс подал в отставку. Конфликт усилился в связи с тем, что Вильсон решил ввести еще более жесткие меры - не ограничение роста зарплаты, а ее «замораживание», причем уже не по добровольному соглашению между БКТ, монополиями и правительством, а по закону. В законопроекте «О ценах и доходах» речь шла и о замораживании цен, но правительство не решилось принять жесткие меры по отношению к промышленникам и торговцам, так что цены продолжали расти. Стачки же фактически запрещались: правительственные органы должны были решать, справедливо ли требование рабочих и может ли им быть разрешена стачка. Казенс назвал билль «в корне порочным». «Это неправильный подход, - писал он в заявлении об отставке, - противоречащий философии, на которой зиждется наша партия».

Вернувшись на свой пост секретаря самого массового профсоюза страны, Казенс повел борьбу против законопроекта и вообще против антинародной политики правительства. Он стал теперь центром притяжения левых сил в профсоюзном движении и в лейбористской партии. Стоит лишь ознакомиться с программой действий, которую он предложил, чтобы убедиться, что она во многом совпадала с конкретными требованиями, которые давно отстаивали коммунисты. Вместе с группой левых лейбористских членов парламента (54 человека) он внес в парламент предложение: «ввести систему строгого контроля над импортом; усилить контроль над заграничными капиталовложениями, решительно сократить военные расходы, в частности обязательства Англии «к Востоку от Суэца», и расширить государственный сектор в основных отраслях промышленности».

На конгрессе тред-юнионов 1966 г. правая верхушка добилась одобрения закона о ценах и доходах ничтожным большинством в 344 тыс. голосов. Свыше 4 млн. голосов было подано против. Но это была уже последняя «победа» сторонников Вильсона. В крупнейших профсоюзах нарастало возмущение этой политикой. Весной 1967 г. второй по численности тред-юнион в стране - Объединенный профсоюз машиностроителей, вопреки позиции председателя У. Каррона, потребовал специальной резолюцией отменить закон о ценах и доходах. Внутренняя борьба в этом профсоюзе завершилась победой левых сил, которые добились осенью 1967 г. избрания на пост председателя Хью Скэнлона - представителя прогрессивного направления в тред-юнионах. Таким образом, два крупнейших профсоюза, объединявшие почти 2,5 млн. рабочих заняли позиции на левом крыле профсоюзного и лейбористского движения.

Борьба нарастала. Если в 1967 г. бастовало 734 тыс. рабочих, то в 1968-2258 тыс. Даже в национализированных отраслях, где само правительство принимало решение о размерах зарплаты, оно вынуждено было отступить под натиском бастующих рабочих. Зарплата была повышена на 5-7% некоторым категориям железнодорожников и связистов.

Теперь уже и руководство БКТ вынуждено было изменить отношение к «политике доходов». В 1968 г. происходил 100-й («юбилейный») конгресс тред-юнионов. Здесь резолюция против этой политики прошла подавляющим большинством.

Последняя попытка Вильсона помешать рабочему классу отстаивать свои права путем стачки была предпринята в 1969 г. Билль был назван примирительно - «Вместо раздоров», но содержание его сводилось к «примирению» за счет рабочих. Вводилась сложная процедура предварительного разбирательства претензий рабочих, обязательного тайного голосования членов союза по вопросу - бастовать или нет, наконец, устанавливались большие штрафы за нарушение этих правил.

Около 100 парламентариев-лейбористов высказались против билля. Из 21 члена исполкома лейбористской партии 16 проголосовали против нового ограничения права на стачку. Забастовки продолжались, и рабочие фордовских заводов в Англии добились прибавки зарплаты на 7-10%. Буржуазный журнал «Экономист» оценил этот результат как равносильный «публичным похоронам политики доходов». Под лозунгом провала билля прошли забастовки 1 мая 1969 г. А в июне чрезвычайный конгресс тред-юнионов почти единогласно проголосовал против тех статей билля, которые ограничивали свободу стачек.

В конце 1969 г. правительство Вильсона наконец капитулировало. Рабочий класс отстоял право на стачку, отбил поддержанное правительством наступление монополий; билль «Вместо раздоров» так и не был введен в действие.

В эти же годы правительству пришлось столкнуться с подъемом молодежного, в основном студенческого, движения. Причиной выступлений молодежи было отсутствие политических и гражданских прав, безработица и низкая зарплата, устаревшая система высшего образования, затруднявшая доступ в университеты рабочей молодежи, трудность устройства на работу по окончании высшей школы, полное устранение студентов от участия в управлении университетами. Движение не приобрело в Англии такого размаха, как в США и на континенте Европы, но все же вынудило лейбористское руководство пойти на избирательную реформу - снизить возрастной ценз с 21 до 18 лет. Прогрессивная избирательная реформа несколько ослабила накал борьбы, но справиться с недовольством молодежи правительству так и не удалось.