Чтение онлайн

Меня предупреждали, Прокопенко ушел, значит, в клубе ничего нет. Но мне-то совершенно иную картину обрисовали. Конечно, хороши ложки, тарелки с символикой футбольного клуба. Но для игрока куда важнее подчас, что в самой тарелке, а не ее антураж. В «Роторе» был футболист молодежной сборной. Три месяца болеет и болеет. Что с ним делать-то? Ходит, питается. «Играть-то будешь?» Молчок. «Или тренируешься, или ищи другую команду, иного выбора нет. Врачи говорят – ты здоров».

Между прочим, в самом тренерском штабе трудились очень хорошие, порядочные люди, за исключением, пожалуй, одного-двух «гнилых». Всегда знал, что Володя Файззулин станет приличным тренером. Честный, трудолюбивый, способный парень. Мог положиться еще раньше на Колю Гонтаря, Серегу Никулина в «Динамо». В «Роторе» не сомневался в человеческих и профессиональных качествах Рохуса Шоха. Этим людям доверял, никогда не слышал от них негатива.

Кстати, «Ротор» тогда удачно стартовал в первенстве. Но потом выплаты вообще прекратились. Отчего, почему? Кто-то из футболистов, откровенно говоря, закис. И совсем уж непонятно мне, когда на фоне хронической задолженности приобретается за почти сумасшедшие деньги роскошный автомобиль одному из ведущих игроков. А команда при этом не получает зарплаты. Посыл руководителя клуба следующий: «Кто предан мне, тот и удостоится денег». Как подобные заявления расценивать?

Вопросов много возникало. Например, почему легионерам платили валютой, а российским игрокам рублями? Они живут, выступают в одной команде. Разве позволительно разбивать таким образом коллектив? Одним, можно сказать, нелепым, необдуманным движением, поступком. Ты этот состав собираешь, готовишь, – конечно, люди за разъяснениями шли ко мне, как к главному тренеру, своему наставнику. Тогда наступает период отрезвления: зачем мне это нужно? Я хочу создать интересный, конкурентоспособный коллектив, они, руководители, – не очень-то хотят. Почему больше всех, острее должен переживать Ярцев, а не кто-то еще?

Ко мне футболист обращается за помощью, иду к руководству, пытаясь решить вопросы. Оттуда – ни ответа, ни привета. Игрок это видит, чувствует. Ход мыслей прост: «Н-да, мной ты руководишь, а сам что можешь? Ничего». К великому сожалению, в нашем футболе не редкость, когда тренер вынужден вникать в организационные вопросы. Игрок же в обход наставника не пойдет к президенту. Если все-таки футболисты отважились на такой поступок, значит, тренер в их представлении уже ничто.

Помню, как Горюнов дважды в год продавал за границу Веретенникова. Олег звонил мне, просил: «Георгий Александрович, хочу вернуться…» Он – сугубо домашний человек, лидер клуба. Очень был нужен команде, молодым ребятам, остро нуждавшимся в совете таких игроков, как Олег. Куда там… А какие неплохие мастера со мной были: Виталий Гришин, он до сих пор играет, Сергей Крамаренко стоял, Шемберас начал раскрываться, а с ним и Головской с Гусевым. Алдонин и Павлюченко тоже яркими личностями становились.

Безусловно, переживаю за молодых специалистов. Слежу за работой, например, Кобелева, нелегкий труд на себя взвалил, приняв «Крылья». Считаю самым перспективным из восходящих тренерских звездочек Игоря Колыванова. Успешно ведь трудился с юношеской, молодежной сборными. Но стоило ему в чем-то потерпеть неудачу, как остался без работы. И где он сейчас? Те же Ромащенко с Кечиновым, достаточно успешно начинавшие свой путь в «Томи». Однако стоило им «возникнуть» по каким-то неотложным вопросам, как все – идите, отдыхайте. Простите, но конъюнктурщикам, убежден я, нельзя в нашей профессии трудиться. А их, этих самых конъюнктурщиков, на самом деле полно.

В общем, поработал я в «Роторе» где-то полгода. Психологически давит на тренера ситуация, при которой ты не в состоянии решить многие безотлагательные вещи. Оставаться дальше – бессмысленно. Покинув Волгоград, вернулся в спартаковскую команду ветеранов, родную свою стихию. Бегал кроссы, тренировался. Пару лет ездил со спартаковцами по городам и весям с матчами, общался с простыми людьми, болельщиками. Пока не пригласили возглавить сборную.

Уход из «Ротора» не стал, конечно, трагедией, но и совсем уж бесследно не прошел. Переживал я. Во всяком случае, продолжал следить за ростом тех ребят, с которыми довелось там готовиться к баталиям. Никогда не сомневался, что игроками ведущих клубов станут Женя Алдонин, Рома Павлюченко. У Саши Беркетова тоже талант необыкновенный. Есипова я еще и в сборную приглашал, очень здорово выглядел. Помню, Олегу Романцеву сильно нравился Мишка Мысин, он у меня в шести турах первенства пятерку мячей «отгрузил» соперникам. Беззаветной храбрости парень, мощный, пробивной, сильный. Словом, приятные воспоминания о пребывании в городе на Волге, спору нет, остались.

В 2003 году, перед началом одного из матчей с участием «Спартака», у входа в вип-ложу встречаю президента РФС Вячеслава Ивановича Колоскова. Разговор сначала зашел о молодежной сборной. Поговорили и о перспективах нашей главной команды. Которая к тому времени, проиграв грузинам, почти утратила шансы пробиться в финальную стадию европейского первенства. Вдруг Колосков говорит: «А что, собственно, «молодежка»? Может, поработаешь с основной сборной?» Отвечаю: «Возможно, это подходящее предложение».

Признаюсь, было неожиданно. Потому что я после расставания с «Ротором» в командах мастеров не трудился и даже на тот момент не планировал возобновлять профессиональную работу. Вообще в составе ветеранского клуба числился, я вам уже рассказывал. Пребывал в свободном полете. «Если мы все вместе возьмемся, то шанс есть», – ответил я Колоскову. И все. На этом разговор тогда завершился. Судя по всему, Колосков взял короткую паузу, с кем-то советовался, чтобы окончательно решить. Не обошлось здесь и без поддержки моих друзей, среди них люди государственного значения, при должностях. Так, неоценимую помощь оказал тогдашний руководитель Госдумы России Борис Грызлов. Он дал понять, что сборная без внимания государства не останется.

«Есть ли все-таки шанс и возьмешься ли?» – переспрашивал, в свою очередь, шеф Российского футбольного союза. «Шанс имеется, но при одном условии: если дадите карт-бланш на приглашение тех игроков, которых посчитаю нужным позвать в команду», – говорю открытым текстом. То была не бравада, а суровые реалии.

Колосков, в чем я лично убедился, высокого европейского уровня чиновник. Что бы там о нем ни говорили. Ведь разное сообщалось о нем в прессе: что-то, видимо, на правду похоже, а что-то не очень. Но когда мне довелось пообщаться с рядом людей в европейском и мировом футболе, бросилось в глаза: авторитет Колоскова высок, его уважают.

Во время первых сборов назвал состав, в него вошли и многие, казалось, уже списанные предыдущими наставниками игроки. Некоторых даже, если помните, проводили на «заслуженный отдых». Среди них – Онопко, Мостовой, Аленичев, Гусев, Радимов, Есипов… Из новобранцев Булыкина позвал, Алдонина.

До сих пор иногда спрашивают: зачем Булыкина пригласил? Потому что Димка проводил тогда очень хороший сезон в «Динамо». Всегда ведь в футболе ценились могучие, таранного типа форварды. Сейчас тоже такие нападающие востребованы. Пример? Вот Ибрагимовича брали в «Барселону», чтобы оказать мощное давление на оборону соперников. И получалось зачастую классно! Так что кандидатура Булыкина у меня сразу возникла.

Собственно, состав определился, куда важнее, чтобы они все приехали. Общался, к примеру, с Карпиным. Это был один из последних сезонов Валеры в Испании. Он хотел в клубе поиграть, и все. Карпин честно сказал: «Георгий Александрович, мне будет тяжеловато». И никаких между нами обид по сей день. Мостовой сразу откликнулся.

Форсаж пошел, впереди маячила Ирландия. Если ей проигрывали, все, шансов не оставалось. Хотя бы ничья позволяла дальше бороться. Ведь потом – матчи со Швейцарией и Грузией в Москве.

От начала подготовки к матчу с ирландцами и до ответного «стыкового» поединка в Уэльсе все работали в едином ритме. Могу только благодарить за подобную помощь руководство РФС во главе с Колосковым и Тукмановым. Весь штаб, а в его состав вошли еще Дасаев, Бородюк, Чугайнов, Васильков, Вотоловский, Зинченко, представители вспомогательных служб трудились как часы. Надо было только встретить игроков, проводить, объяснить. Абсолютно никаких накладок.

Для кого-то из мастеров приглашение в сборную явилось приятной неожиданностью. Сама по себе обстановка в преддверии встречи с ирландцами несколько напряженная царила. Это и понятно: слишком велика ответственность за результат. В то же время, что отрадно, в команде находились люди, с которыми работал прежде.