Чтение онлайн

Я стояла на плацу и командовала очередной тренировкой. Живот уже заметно округлился (мы с Эдмундом ждали первенца, и счастливый герцог ходил вокруг меня на цыпочках, запрещая поднимать что-либо тяжелее кружки), но я всё равно не могла отказаться от своих обязанностей. Рыцари, привыкшие к моему голосу, выполняли упражнения с чёткостью, которой позавидовал бы любой армейский инструктор двадцать первого века.

— И раз, и два, и три, и четыре! — отсчитывала я, прохаживаясь вдоль строя. — Сэр Бертран, спина прямее! Сэр Эдмунд, не отвлекайтесь на ворон!

— Леди Валери, — пропыхтел сэр Бертран, приседая с камнем в руках, — вы в вашем положении должны бы отдыхать, а не муштровать нас.

— В моём положении полезно двигаться, — возразила я. — Врачи из моего… то есть, мэтр Бонифаций сказал, что умеренная активность помогает при беременности. Так что не надейтесь от меня избавиться!

— Да мы и не надеемся, — хмыкнул Гилберт. — Без вас тут всё развалится.

Капитан, который теперь был не только капитаном, но и счастливым отцом, сиял как начищенная монета. Малыш Эдди рос крепышом, уже пытался переворачиваться и, по словам Изабель, проявлял «недюжинный интерес к мечам». Гилберт уже представлял, как будет учить сына фехтовать, а Изабель — как будет учить его читать. Я подозревала, что в итоге Эдди будет и фехтовать, и читать, и, возможно, печь круассаны — с такими-то крёстными.

После тренировки я отправилась в пекарню. Точнее, в то, что ею стало за последние полгода. Из маленькой комнатки при кухне пекарня превратилась в отдельный флигель с двумя большими печами, просторными столами и целым штатом помощников. Тим, ставший главным пекарем замка, управлялся с этим хозяйством как настоящий мастер. Марта, теперь уже его невеста, работала тут же — помогала с заказами и украшала выпечку. Свадьбу они назначили на следующую весну, и я подозревала, что их свадебный пирог станет главным шедевром Тима.

— Леди Валери! — Тим встретил меня у дверей, перемазанный мукой, но сияющий. — Попробуйте новую партию! Я добавил в тесто корицу и мускатный орех — как вы советовали!

Я попробовала круассан и застонала от удовольствия.

— Тим, это божественно. Ты превзошёл сам себя.

— Это всё вы, — смущённо пробормотал он. — Вы научили меня верить в себя.

— Я только показала дорогу, — я потрепала его по плечу. — Шёл по ней ты сам.

Из пекарни я направилась в замковый сад, где меня ждал герцог. Эдмунд (теперь я называла его по имени, а он меня — Лерой) сидел на скамье под старой яблоней и читал какое-то письмо. Рядом разлёгся Тузик, который за прошедший год вырос ещё больше и теперь занимал столько места, что скамья подозрительно скрипела.

— Доброе утро, — я опустилась рядом, и Тузик тут же положил голову мне на колени. — Что за письмо?

— От короля, — герцог протянул мне свиток. — Прочитай.

Я развернула пергамент. Почерк королевского секретаря я уже узнавала с первого взгляда. В письме говорилось, что его величество, впечатлённый успехами наших тренировочных методов (и особенно тем, как бодро он себя чувствовал после дыхательной гимнастики), просит герцога и герцогиню Эшфорд прибыть в столицу будущей весной — для участия в «Королевской программе оздоровления армии». Король хотел, чтобы я лично обучила королевских рыцарей нашей системе, а заодно — прочитала лекции придворным лекарям.

— Он серьёзно? — я перечитала письмо ещё раз. — Королевская программа оздоровления? Это же… это же огромная честь!

— И огромная работа, — добавил Эдмунд. — Но я знаю, что ты справишься.

— «Герцогиня Эшфорд» — звучит-то как, — я покачала головой. — До сих пор не могу привыкнуть.

Свадьба наша состоялась через месяц после крестин Эдди. Она была скромной, по-домашнему уютной: только свои, только замок, только самые близкие. Отец Бенедикт, который окончательно примирился со мной (и даже, по слухам, начал делать утреннюю зарядку), провёл церемонию с теплотой, которой я от него не ожидала. А на пиру Тим презентовал свадебный торт — пяти ярусов, с марципановыми фигурками жениха и невесты (на этот раз невеста не косила, а жених не был похож на медведя).

— О чём задумалась? — голос мужа вырвал меня из воспоминаний.

— О том, как всё изменилось, — я прислонилась к его плечу. — Помнишь, год назад я была странной леди, которую подозревали в одержимости. А теперь я герцогиня, крёстная мать, главный тренер замка и — скоро — мама.

— А ещё — автор лучших круассанов в королевстве, — добавил он. — Не забывай об этом.

— И автор лучших круассанов, — согласилась я. — Знаешь, иногда я думаю: что, если бы я не упала тогда в бассейн? Если бы не попала сюда? Моя жизнь была бы совсем другой. Может быть, более спокойной. Более… обычной.

— Ты бы хотела вернуться? — спросил он тихо.

Я посмотрела на сад, на замок, на спящего Тузика, на далёкие башни, за которыми синело сентябрьское небо. Потом перевела взгляд на мужа.

— Ни за что, — сказала я. — Никогда. Здесь мой дом. Здесь моя семья. Здесь ты.

Он улыбнулся — той самой редкой улыбкой, которую я когда-то мечтала увидеть, а теперь видела каждый день.

— Тогда решено, — он взял меня за руку. — Весной едем в столицу. Будем обучать королевскую армию. А потом — вернёмся домой. Потому что наш дом — здесь.

— И пекарню нужно будет оставить на Тима и Марту, — добавила я. — Они справятся. Особенно если мы привезём им из столицы новые рецепты.

— Ты даже в столице думаешь о пекарне, — рассмеялся он.

— Это моя миссия, — я гордо задрала нос. — Популяризация выпечки и здорового образа жизни в отдельно взятом королевстве.

На следующий день мы собрали всех в главном зале. Я объявила о королевском приглашении и о том, что весной мы с герцогом отправляемся в столицу — возможно, на несколько месяцев. Рыцари восприняли новость с энтузиазмом: многие из них должны были сопровождать нас, и перспектива снова увидеть столицу их вдохновляла.

— А кто будет тренировать тех, кто останется? — спросил сэр Бертран.

— Ты, — я кивнула ему. — Ты у нас теперь ветеран-инструктор. Справишься.

Старый рыцарь выпятил грудь.

— Справлюсь, — пообещал он. — И ещё как!

Гилберт и Изабель оставались в замке — как управляющие и хранители очага. Изабель, которая окончательно оправилась после родов, обещала следить за пекарней и за тем, чтобы малый Эдди рос в окружении любви и круассанов.

— А Тузик? — спросил Тим. — Кто будет смотреть за Тузиком?

Тузик, услышав своё имя, поднял голову и гавкнул.

— Тузик едет с нами, — объявила я. — Он — талисман королевства, между прочим. Король лично просил.

Пёс довольно стукнул хвостом по полу.

Вечером, накануне отъезда (хотя до весны было ещё далеко, подготовка началась заранее), мы с Эдмундом стояли на крепостной стене. Той самой, где когда-то он признался мне в любви, а я — в том, кто я на самом деле. Над башнями зажигались первые звёзды, в деревне внизу мерцали огни, и весь мир казался огромным, полным загадок и возможностей.