Герцогиня поневоле, или Проклятие Зверя
Шрифт:
– Я чувствовала, что что-то не так, но никак не могла понять, что. Думала, это и правда из-за долгой болезни и от переживаний.
– Ты мне нравишься, Зарина. Правда. Мне жаль, что твоей леди Найрин нет, я не могу ничего вернуть, хоть и сама хотела бы. В моём мире я тоже потеряла мужа, правда, не так – он просто ушел. Но все равно там было гораздо, непередаваемо спокойней. И я не знаю, смогу ли когда вернуться.
– В голове не укладывается, ваша светлость… Ой.
– Говори, как тебе удобнее. Я в целом уже привыкла. Да и не хотелось бы выдавать эту тайну всем вокруг. Я уже поняла, чем это может грозить.
– Я унесу вашу тайну с собой в могилу, – пообещала она. – Но что же теперь делать?
Я снова перевернулась, оперлась локтями о камни и сосредоточенно посмотрела перед собой.
– Я получила проклятие моего мужа в наследство, слышу голос этой твари и его Зов. Возле замка ходят разбойники, которые готовят нападение. Один из них желает моей смерти и ненавидит – не знаю за что. У меня мало поддержки от местных жителей и никаких знаний о вашем мире. И есть всего два человека, которые верят мне и готовы помочь. Мне остается продолжать играть роль леди Найрин, защищать себя и всех, кто мне доверяет, и надеяться не помереть в скалах, как несчастный герцог.
– Звучит почти как план, – невесело хмыкнула Зарина.
Ну вот. Теперь в моей маленькой армии уже два человека. Живем!
Самурайская мудрость.
Даже если меч пригодился один раз в жизни, носить его нужно всегда.
Теперь со спокойной совестью я могла расспрашивать их обоих обо всем. Как устроен мир, что за чехарда произошла с правителями, кто такая всепрощающая Мать, есть ли другие боги, как вышло, что женщины тоже сражаются на турнире.
Узнала больше про короля-мятежника, Эмре Кровавого, которого недавно удалось свергнуть. Правда, именно при его правлении муж леди Найрин и получил свой титул герцога и власть. Но что теперь? Не отбирать же всё обратно!
– А ты знаешь что-то о прежних владельцах замка? – спросила я у Зарины, пока мы ходили по замковой стене.
– Немного знаю. Мне тогда было восемь лет, мы жили недалеко от замка, моя семья и сейчас там. Несмотря на порой ходящие слухи про его связь с темными силами, герцога Тэмхаса любили у нас, он был из рода, который правил здесь не одну сотню лет. Что немного удивительно, редко кто так долго продолжает династию. У него была красивая жена и сын тринадцати лет, юного герцога любили при дворе. Ну, вот, так и вышло, что он стал последним в своем роде.
– А новый герцог. Ну, “мой” покойный муж. Его как, любили?
Зарина поджала губы, будто что-то рвалось, но она сдерживала себя по привычке. Но потом, вспомнив, что я ненастоящая герцогиня, девушка поделилась:
– Если честно, нет. Разве что можно назвать любовью страх, который он внушал. Кто-то говорит, герцог Ангарет был суров, но справедлив. А я думаю, он просто выбрал путь крови и устрашений и уже не мог вести себя иначе. Назвал себя орудием против скверны, говорил, что очистил земли от колдовства.
– Звучит не очень. Но леди Найрин его любила.
– У нее здесь больше не было никого близкого, разве что я и Эльд.
– Как и сейчас, – я усмехнулась. – А кто знал о его проклятии?
– Только догадки. Довольно странные, ну… что герцог Ангарет получил проклятие, когда собственноручно убил предыдущего владельца замка.
– Вот как. Не думала, что оно так передается, прямо как вирус. И все эти годы он так… мучился, как я сейчас? И скрывал?
– Мне точно неизвестно, – пожала Зарина плечами, – я с ним не так часто виделась. Всего год в замке провела, когда меня отобрали, чтобы служить вам.
Про разбойников чего-то конкретного выведать так и не удалось. Хотят под шумок ограбить замок и окрестности – что ж, пусть попробуют. Из-за моего предупреждения Эльд несколько дней занимался только проверкой всех подступов к стоящему на холме Нейшвилю, проверил подходы к замку, выставил дополнительную охрану.
По его плану они по очереди с Зариной дежурили возле меня ночью. Но то, что случилось однажды, я повторять не хотела. Хотя после того, как Эльд узнал правду, он не перестал оказываться рядом, искать шанс побыть вместе, пусть кое-где молча, ничего не говоря. Его любовь к леди Найрин, нерастраченная и огромная, теперь доставалась мне, как той, которая очень похожа. Но это было как-то… неправильно, что ли?
Однако когда я в одну из ночей проснулась с криком от нового кошмара, то не отказалась от крепких объятий стража и сидела, успокаиваясь и слушая его сердце.
Проклятие истощало мои силы и сводило с ума. Каждую ночь, когда слышала голос, готова была покончить с этим навсегда: как угодно, любым способом. Любым.
Несмотря на мимолетное чувство свободы после признания, каждый вечер я с ужасом ждала наступления темноты. И становилось всё хуже.
– Я здесь, – тихо говорил Эльд, и я приходила в себя.
...А потом мы снова тренировались – я научилась получать от каждой тренировки холодное удовольствие. Мышцы, привыкшие к нагрузке, ждали новых испытаний. Я приказала принести большое зеркало в свою комнату и с каждым днем наблюдала, будто всё больше кажусь себе собой, Полиной.
Этим вечером я стояла на крыше замка и смотрела на окрестности, убегающие крыши домов ближайших деревень, невысокие горы, за которыми зеленым морем тянулись леса. Сколько я уже здесь? Месяц? Или больше?..
Всего два дня я не слышала отголоски Зова, выворачивающего ночами наизнанку, зато начала жить в ожидании другого страха – новой встречи с зеленоглазым разбойником.
В мыслях прозвучало так романтично, что я невольно рассмеялась. Со мной рядом крепкий и надежный мужчина, готовый отдать за меня жизнь, а я смотрю в сторону, где бродит опасный смутьян. Ну, конечно, как у Пушкина:
Чем меньше женщину мы любим, Тем легче нравимся мы ей… Однако большинство забыло о продолжении этих строк: ...Так точно думал мой Евгений... Он в первой юности своей Был жертвой бурных заблуждений И необузданных страстей.