Герцогиня
Шрифт:
Пока я распинался, пытаясь уговорить Орру в искренности кузнеца и уговаривая, что замужество это нормальное состояние для девушки, она сидела с непроницаемым лицом, никак не реагируя на мои слова. Мда-а-а… Почти невозможно убедить, кого бы то ни было в том, во что сам не веришь. Поняв, что уже выдохся, я заткнулся и хмуро хлебал свой чай. Боковым зрением заметил движение и, повернувшись, увидел старого герцога. Заметив мой взгляд, он покрутил пальцем у виска, показывая, что он думает о моих методах убеждения.
— Девочка моя, ТЫ БЫ ПОШЛА, там тебя Яджина спрашивала, а мы здесь с девушкой посидим, побеседуем о жизни, — с ударением, сообщил Бертран, и, дождавшись, пока я вытряхнулся из кресла, уселся в него сам.
Я с удовольствием исчез за дверью. Мне действительно не хватало веры в то, что говорил, да и выгляжу слишком молодо, для таких разговоров и советов на эту тему. Герцог — человек в возрасте, а значит, и его рекомендации будут восприниматься весомее.
Не знаю, что уж он вещал и как аргументировал, но уже ближе к вечеру, я заметил, как Орра помогала Вакуле прибраться в кузнице, а потом участвовала в ковке какой-то железяки.
Мне было очень интересно, как и что он говорил Орре, чтобы она проявила внимание к парню. Вечером, когда мы сидели с Бертраном на веранде, я постарался выпытать эту информацию. Как оказалось, девушка еще не дала согласие, но обещала пообщаться поближе с кузнецом, а там уже принимать окончательное решение.
В процессе разговора, мне вспомнилась наша эпопея с ползанием по кустам и пришла на ум идея, попробовать сочинить на тему свидания песенку. Старый герцог с воодушевлением воспринял мое предложение и мы, потребовав письменные принадлежности, приступили к сочинению.
История наша проста и банальна, — поспешил предложить герцог.
— Э-э-э… А может:
Все начиналось очень банально, Кончилось это довольно печально. Намеренья были чисты и невинны, Последствия стали вполне очевидны. —Выдал целый куплет я.
— Не слишком ли печальное начало? Мы ведь сочиняем не печальную трагедию, — задумчиво произнес Бертран, тихо повторив несколько раз мой куплет.
Добрым намереньем вымощен ад Мы за влюбленными двинулись в сад. —Быстро выдал я и вопросительно посмотрел на герцога.
Где-то чуть слышно птицы поют, Комары настырно нашу кровь сосут. —Тут же добавил Бертран.
Ползешь ты вперед, раздвигая малину, —начал я, но тут же поправился:
Ползешь, раздвигая стебли малины, А я продираюсь сквозь ветки жасмина. Мы оба хотим все увидеть поближе, Но ночь опускается ниже и ниже.Герцог задумался на пару минут и продекламировал:
Узнать надо нам, что же там происходит, Но скрытно следить у нас вряд ли выходит. Ты под кустом, я — напротив, в засаде, Комары нас кусают спереди и сзади. —Я сразу же предложил пришедшие на ум строчки.
— Э-э-м-м… как-то мы выглядим несколько м-м-м… специфически, — засомневался Бертран.
Видя его нерешительность, я поспешил предложить:
Ползу я вперед, раздвигая малину, Потом продираюсь сквозь ветки жасмина. Влюбленных хочу увидать я поближе, Но Ночь опускается ниже и ниже. Узнать очень надо, что там происходит, Но скрытно следить у меня не выходит. Я под кустом, лежу тихо в засаде, Комары заедают и спереди, и сзади.Подумав какое-то время над моим предложением, старый герцог записал оба варианта, сделав пометку, что первый — предпочтительнее, и почти сразу же предложил пару строчек:
Шепот влюбленных все тише и тише, Ветер тихонечко ветки колышет.— Гм-м-м… по-моему, здесь явное преувеличение. Шепотом, а тем более влюбленным, там и не пахло, — скептически сощурился я.
— Мы же не хроники пишем, а литературное произведение, стихи, так сказать, — усмехнулся Бертран.
— Не хроники, так не хроники, — засмеялся я, а герцог тут же добавил художественности:
Женские изгибы озаряет лунный свет, К ней сквозь ночь стремится мужской силуэт, —или:
«В зарослях кленовых мужской силуэт». В сраженьях наш юноша был очень смел, Пред взором любимой он вдруг оробел.— Опять литературная обработка ситуации? Хотя конечно по поводу оробел — сущая правда. Особенно интересно звучит по поводу изгибов женских… — захихикал я и добавил:
Луну он готов ей в подарок достать. Хочет сказать он про походку и стать, Но стоит лишь прямо в глаза ей взглянуть, Язык пристал к нёбу, слюну не сглотнуть.Почесав затылок, эстафету подхватил Бертран:
А девушка ждет, нежно взором ласкает, В душе что творится, она понимает. Двигаясь плавно, платьем шурша, Девушка речи ведет не спеша.— Да-а-а уж… Орра если приласкает, так приласкает. — Затем, представив Орру в платье, пытающуюся изобразить нежный взор и говорящую эти слова, я неприлично заржал.
Герцог, не обращая на мой смех внимания, продолжил:
Она говорит: «что же, сударь, вам надо? Я вам помочь буду искренне рада». Листва шелестит, ветер ветки качает. Герцог фраз сказанных не разбирает. —Хотя можно и по-другому:
Влюбленных слова герцог не разбирает.— Главное ей это творение не зачитывать, а то еще не так поймет, — вскочив, я прошелся в задумчивости несколько кругов по веранде и медленно продекламировал пришедшие на ум строчки:
Юноша шепчет: «как лик твой прекрасен!» Герцогу слышится: «климат опасен». Он уж устал комарье разгонять. «Климат при чем тут?!» — ему не понять. Юноша шепчет, глядя в глаза: «Гибок твой стан как молодая лоза!»— А если — гибка ты, как молодая лоза? — предложил герцог.