Чтение онлайн

Фратти и Сараттини отправляются в Чили, где в среде осевших боевиков «Национально-Освободительного Действия» уже процветают самокритичные настроения, благоприятствующие развитию новой идеологической линии.

Во время многочисленных дискуссий, Фратти был избран делегатом для переговоров с национальным руководством Бразилии. Кроме того, именно он составляет документ «Необходимая самокритика», который становится отправной точкой истории «Ленинской Тенденции ALN» (Tend^encia Leninista da ALN – TL/ALN). В послании, датированном августом 1971 года, критикуются нынешние позиции организации, изолированной от масс вследствие слепого милитаризма, и выстроившей структуру, неадекватную поставленным задачам.

Отклонившаяся от правильной линии организация забыла, что «революция является продуктом деятельности масс». Это отклонение связано с двумя факторами: «присоединением к организации мелкобуржуазных элементов, особенно, студентов, проникнутых радикальным духом» и «влиянием на эти элементы фокистских тезисов Реже Дебре».

Первый фактор привёл к усилению городских вооружённых акций, никак не связанных с массами, в то время как второй содействовал отказу от работы в массовом движении и игнорированию необходимости создания революционной партии (Мобильной Партизанской Колонны).

Осуждая ультрарадикальные позиции ALN, зарубежные диссиденты подняли руку на самого революционного пророка Маригеллу, который, по их словам, «рассматривал экспроприации банков как критерий политического воспитания кадров», что привело к «включению в организацию множества мелкобуржуазных радикалов, в ущерб справедливому ленинскому тезису о необходимости привлечения в революционную партию рабочих и крестьян».

Продолжая свою критику, TL заявляет, что внутри организации построен «настоящий культ городского партизана», а концепция «свободной тактики» привела к гибельному спонтанеизму и отказу боевиков от исполнения приказов собственных же координаторов.

Для исправления «левацкого уклона» и коррекции политической линии ALN, диссиденты предложили план, состоявший из пяти пунктов:

1) Разработка широкой программы, объединяющей все базовые социальные слои и классы в общей стратегии национально-освободительной и демократической революции;

2) Организация единого фронта нового типа, охватывающего не только политические организации и партии, но и другие силы, заинтересованные в революции, главным образом, рабоче-крестьянские;

3) Необходимость создания «революционной марксистской партии», возглавляющей революционный процесс, так как отсутствие оной не позволяет направлять и развивать «высшую стадию классовой борьбы – вооружённую борьбу». Для этого диссиденты предложили созвать конгресс, который бы не только определил структуру и политическую линию, но и организовал военно-политическую школу для подготовки профессиональных революционных кадров;

4) Формирование «Революционной армии народа» (Ex'ercito Revolucion'ario do Povo), способной переломить хребет установленной в Бразилии системы военно-бюрократической диктатуры. Диссиденты не отвергали априори необходимые для создания такой армии формулы «очага» или «мобильной колонны», или же стратегии «осаждения города деревней» и «всеобщего городского восстания». Вообще не касаясь темы непосредственного строительства ERP, «Ленинская Тенденция» предложила трансформировать «Тактические Вооружённые Группы» в «Отряды вооружённой пропаганды» (Destacamentos de propaganda armada – DPA), являющиеся главным инструментом активной политики как в городе, так и в деревне. DPA, в отличие от GTA, не будут иметь тактической автономии, но будут действовать исключительно под руководством военно-политического комиссара. Подчёркивалось, что не все члены такого отряда должны быть марксистами: достаточно лишь принятия национально-освободительной и демократической программы ALN;

5) Необходимость развития внешней политики, и в частности, установления связей с мировой социалистической системой. Игнорируя советско-китайский конфликт, «Ленинская Тенденция» призывает крепить отношения не только с Кубой, но и с другими странами, поддерживавшими вооружённую борьбу в Третьем Мире. Кроме того, рекомендовалось наладить контакты с прогрессивными организациями капиталистического мира, и, прежде всего, с революционными группами в Латинской Америке, дабы вписать движение в Бразилии в «континентальный революционный процесс».

Документ, синтезировавший в себе позиции зарубежных боевиков, начавших сомневаться в истинности путей, указанны Маригеллой, подвергся ироничному издевательству со стороны национального руководства ALN в Бразилии.

Отметим, что TL/ALN отнюдь не выступала с фракционистских, раскольнических позиций: на самом деле, было предложено с помощью всеобщего конгресса реформировать вооружённую организацию в сражающуюся марксистскую партию. Отвергая «авангардистский милитаризм» ALN, заинтересованный «исключительно в подготовке комбатантов, а не политических солдат», диссиденты предсказывали скорую смерть организации в случае продолжения следования воинственной линии.

Действия бразильских революционеров вызывали опасения у крупных предпринимателей, боявшихся, что эскалация насилия может дестабилизировать находившуюся на подъёме экономику. Кроме того, коммерсанты боялись похищений.

Значительное присутствие представителей коммерческих кругов Сан-Паулу на торжествах и церемониях, проводимых военным правительством, публично демонстрировало поддержку бизнесменами работы, направленной на борьбу против городской герильи, весьма беспокоящей общество.

55-летний Эннинг Альберт Бойлессен являлся датским предпринимателем, принявшим в 1959 году бразильское гражданство. Постепенно, с помощью связей в верхах бразильского политического и коммерческого сообщества, он поднимается по карьерной лестнице топливной корпорации «Grupo Ultra», становясь, в конечном итоге, председателем совета директоров.

С воодушевлением приняв военный переворот 1964 года, предотвративший, по его мнению, установление в стране «левого синдикализма», он не раз оказывал моральную (по крайней мере) поддержку правительству, позволяя себе даже публичные высказывания против действий революционных группировок.

Любитель искусства и крупный меценат культурно-просветительских сообществ, Бойлессена так же волновали и социальные проблемы страны.

Именно на его деньги был создан «Интеграционный центр Школа-Работа», готовящий квалифицированные рабочие кадры.

Однако, для «Народного Революционного Авангарда» Бойлессен являлся «агентом ЦРУ» и покровителем репрессивных структур, финансирующим специальные отделы по борьбе с «подрывными элементами». Не в силах осознать изменение общественных настроений и гибельность своей стратегии борьбы, революционные группы не верили, что государство самостоятельно расправляется с вооружённым подпольем. Они были склонны доверять различным слухам, повествующим о прямой поддержке органов охраны правопорядка крупными бизнесменами и североамериканскими спецслужбами.

Итак, в ходе очередного обсуждения будущих акций единого революционного фронта, Карлус Ламарка, командир «Народного Революционного Авангарда» передаёт через Эрберта Эустакиу де Карвалью представителю «Революционного Движения Тирадентис» Андре Камаргу Герра листок с тремя именами:

Эннинг Альберт Бойлессен – директор «Grupo Ultra»

Пери Ижель – президент «Grupo Ultra»

Себастьян Камаргу – президент строительной компании «Camargo Correia».

Причём напротив имени Бойлессена Ламарка поставил крестик, указав его как основного кандидата на ликвидацию.