Чтение онлайн

Жизнь парфюмеров не претерпела особых изменений с эпохи Марии-Антуанетты. Индустриальное производство взорвет эту отрасль только в шестидесятых годах XIX века, к концу периода Второй империи. Поэтому на тот момент ассортимент продукции оставался прежним. Лишь ольфакторная мода потрепала некоторые привычки Старого режима. Герлену предстояло многое сделать. Введение Наполеоном Кодекса в 1806 году заставило многих во Франции более серьезно отнестись к тому, что ранее считалось «парфюмерным шарлатанством». Подобная строгость, однако, не огорчала молодого коммивояжера.

В 1826 году Пьер-Франсуа-Паскаль почувствовал: настал момент, чтобы пуститься в авантюру. Последние шесть лет он учился ремеслу, собирал информацию по всем уголкам Франции, не считая пограничных районов, встречался с клиентами, осваивал все аспекты профессии, с самыми видными деятелями которой уже успел познакомиться. В том же году он приступил к осуществлению своего плана.

По крайней мере, так он сам объявил в рекламе, и такие надписи появились на флаконах. И зачем ему врать?

Лондон открыл Пьер-Франсуа-Паскалю не только английский рынок, но и местную продукцию, известную по всей Европе. В то время именно Англия считалась страной ведущих парфюмеров. Герлен решил побороться за этот титул.

Любопытство побуждало его интересоваться медициной и химией; полученные знания он намеревался применить в будущем. Дотошный, изобретательный, неизменно уверенный в своих силах, Герлен нанимался на английские фабрики в качестве простого рабочего, чтобы на практике удостовериться в качестве английского мыловарения, считавшегося лучшим в мире.

Свежий ли глоток этого английского опыта заставил Жан-Батиста Бриара искать новой встречи с ним – по возвращении Герлена в Париж в 1827 году? Или тот факт, что ученик превзошел учителя? Герлен обосновался в доме 10 по рю Борепэр на северо-востоке Парижа, и Бриар несколько раз стучался к нему в двери. Безуспешно [10] . Звезда Дома Бриар действительно приближалась к закату. Трудно, очень трудно стало продавать драгоценные духи и качественную косметику в окружении картофельного крахмала, каштановой пасты, манной крупы, да еще и цикория… Времена изменились, и роман парфюмерии и бакалеи приближался к концу. Клиенты сторонились обыденности, и Пьер-Франсуа-Паскалем Герленом Бриар, вероятно, теперь воспринимался как анахронизм. Молодой парфюмер оказался глух к нему, но извлек, тем не менее, немало уроков на будущее, а также взял на вооружение несколько продуктов из каталога Бриара, например «настоящий медвежий жир», который он сам и отыскал, путешествуя по Москве, утопавшей в снежных сугробах.

Был еще один конкурент, вызывавший опасения у Пьер-Франсуа-Паскаля. В том же 1826 году Жан-Батист-Августин Желле выкупил парфюмерный дом, основанный при Старом режиме Жан-Луи Фаржоном, придворным парфюмером Марии-Антуанетты. Как и Герлен, Желле не относился к потомственным парфюмерам; он родился в Абвиле в семье простого курьера. Однако, надо заметить, что работать он стал по готовым унаследованным формулам, в то время как Герлен начинал с нуля.

Желле известен тем, что основал Дом Gell'e Fr`eres. Здесь одними из первых начали использовать пар для производства товаров, в особенности туалетного мыла. Здание находилось в районе Ля-Шапель, вместе со складом кёльнской воды в доме 8 по рю Жессен.

Со своей стороны, Пьер-Франсуа-Паскаль хотел придумать новый образ для своей парфюмерии, отдавая должное традиции и модернизму, а еще придать научности своим продуктам, чтобы отличаться от «парфюмерных шарлатанов». В 1828 году Дом Бриар объявил о банкротстве, а Пьер-Франсуа-Паскаль стал парижским парфюмером. Его родители, поначалу выказывавшие некоторое беспокойство, финансово поддержали его [11] .

Условия работы парфюмера немного напоминали работу аптекаря. Самые удачливые мастера имели свой дом. Другим приходилось довольствоваться небольшим помещением, где продукты изготавливались небольшими партиями. Они продавали свои парфюмы под чужим именем, но создавали особенные формулы по заказу клиентуры из высшего общества. Герлен открыл свой первый магазин в отеле Meurice [12] , рядом с рестораном на первом этаже. Позже, в 1835 году, он также вместе с отелем переедет с улицы Сен-Оноре на улицу Риволи, дом 42 (ныне дом 228). И в этом выборе нет ничего случайного, ведь Meurice был излюбленным заведением англичан в столице. Их гиды всегда рекомендовали его как «самое удобное и адаптированное под привычки британцев место в Париже».

К нему постоянно заходили денди, чтобы купить знаменитый отбеливающий лосьон Lotion de Gowland, привезенный им из Англии.

Гауленд – это имя первого врача при дворе Георга III, тогда еще принца Уэльского. С 1755 года рецепт лосьона передавался из поколения в поколение. Однако теперь именно Дом Guerlain изготавливал лосьон в своих мастерских и распространял по всей Франции.

Дамы называли его «холодным розовым кремом», или «амброзией», полагая, что он защищает кожу от природных факторов. С момента открытия Дома Пьер-Франсуа-Паскаль предлагал своим клиентам большой выбор душистой туалетной воды. Он выпустил Eau de Campan как оммаж [13] старой горничной королевы Марии-Антуанетты. Не стоит забывать, что шел 1828 год, разгар Реставрации, поэтому считалось хорошим тоном воспевать величие династии Бурбонов. Именно так Герлен и поступил, назвав свой состав в честь старой женщины, готовившей туалетную воду для несчастной королевы. Кроме того, данная вода была «специально зарезервирована для дам». Она укрепляла эпидермис и освежала кожу. Пьер-Франсуа-Паскаль любил нахваливать этот продукт, однако не перебарщивал с комплиментами. Он говорил, что вода «помогает сохранить свежесть молодости и здоровье».

Однако и господа не были обойдены его вниманием. Им Герлен рекомендовал Ox'eol'e balsamique, туалетный уксус после бритья. Пах он смолами и ванилью. Но имелось и множество других вариантов, включая лавр и камфарное дерево, а также разнообразные цветочные ароматы: цитрон, бузина, роза, лаванда, фиалка и гелиотроп.

Пьер-Франсуа-Паскаль заботился о своих клиентах и уже тогда персонализировал их ароматы: так появилась Eau de Monsieur RW или Eau de Don Fernando. Он не забывал ни про спиртовые настойки, ни про спиритуальные духи, ни про цветочные экстракты. Термин «спиритуальный» использовался для обозначения запаха растений как духовного целого, обитающего в ароматной флоре. Постепенно улица Риволи начала приобретать популярность. Бутик Герлена никогда не пустовал. Его ценили не только за парфюмы и косметические средства, но и за освежающие составы для столовых и кабинетов. Их разнообразию Герлен был обязан каталогу Бриара.

Квартал переживал свой расцвет и был готов к притоку клиентов. От улицы Риволи до площади Согласия возвели однотипные фасады, спроектированные архитекторами Персье и Фонтеном по приказу Наполеона. Само место было очень престижным и притягивало людей как магнит. Даже старый отель Noailles, принадлежавший эксцентричному лорду Эгертону, любителю поохотиться на зайцев, куропаток и кабанов, подвергся реновации под фанфары новой безупречной улицы Риволи. С этого момента она стала излюбленным местом встреч для всех богатых иностранцев. Привлеченные прекрасным видом, открывающимся на дворец Тюильри и его сады, они взяли за привычку останавливаться в отелях, начинавшихся с дома номер 2, где находилось бюро общественного транспорта на Версаль, и заканчивавшихся ближе к рю Сен-Флорентен.

Качество продукции Герлена было настолько высоким, что другой знаменитый англичанин, лорд Сеймур (более известный под именем милорд Арсуиль), большой ценитель высокого искусства, стал ему покровительствовать и привлек других известных личностей, например маркиза де Жирардена. Магазин только открылся, а слухи уже привели сюда цвет британского и парижского бомонда. В определенные часы толпа была просто огромной; после полудня кабриолеты и тильбюри [14] без устали подъезжали к садам Тюильри. Какое же это было восхитительное зрелище! И сколь прекрасны были молодые пары, гулявшие там. Они превращали сад в настоящий салон, «самый большой и богатый в мире».