Чтение онлайн

— подразделения из 190-го легкого танкового батальона;

— 557-ю итальянскую группу (дивизион) средних САУ типа «75/18»;

— 136-ю итальянскую группу (дивизион) легких противотанковых САУ типа «47/32»;

— боевые корабли «R-12» и «R-13».

К 15 ноября в Бизерту прибыло 3500 солдат (из них 2300 итальянцев), 20 средних и 10 легких танков и самоходок (в каждую из итальянских групп входило 18 линейных САУ и 2–4 командирских танка. — Примеч. авт.) и около 60 орудий.

Хотя в общей сложности эту группировку нельзя было назвать многочисленной, однако она имела хорошую поддержку с воздуха — до 100 самолетов, находящихся на аэродроме в Эль-Ауне [35] .

На территорию Туниса вскоре должны были прибыть новые соединения и части — фюрер хотел сформировать для действий на территории Туниса армейский корпус, руководство которым он первоначально планировал передать генералу Нерингу, возглавлявшему ранее войска в Африканском корпусе. Последний был немало удивлен таким поворотом событий, как и предполагаемым соединением с группировкой Роммеля.

Генерал Вальтер Неринг — опытный специалист по пустыне, еще не до конца оправившийся от раны, должен был создать оборонительный рубеж у Мерса-Эль-Бреги. Но обстановка изменилась, и его послали в Тунис. Неринг принял там командование как командир 90-го корпуса. Но это был «король без королевства». Общие силы немцев в Тунисе соответствовали армейской бригаде. Кроме 5-го полка Коха, Неринг получил парашютный инженерно-саперный батальон Витцига, роту танковой разведки лейтенанта Геммерлейна и батарею 88-мм зенитных орудий из 20-й дивизии ПВО.

Штаб 90-го корпуса состоял из двух человек: генерала и адъютанта! Начштаба полковник Помтов из 3-й танковой дивизии, действовавшей на Кавказе (там он являлся начальником оперативного отдела. — Примеч. авт.), не мог долететь до Африки из-за нелетной погоды. Немцам приходилось импровизировать.

Последующие несколько суток прошли в ожидании начала сражения между силами англо-американских союзников и итало-германскими войсками. Французы пока являлись сторонними наблюдателями разгорающегося конфликта, точнее сказать — находились в ожидании войск антигитлеровской коалиции, которые должны были прибыть из Алжира. А в это время в 100 км к западу от французских владений Роммель пытался спасти свою армию, отходя к Тунису.

В то время как союзники высаживались в Марокко и Алжире, победоносная танковая армия «Африка» бежала из Египта в Ливию. Роммель сумел сохранить немецкие дивизии (90-ю и 164-ю пехотные, 15-ю и 21-ю танковые), а также с большой натяжкой итальянские соединения (танковые 132-ю «Ариэте» и 133-ю «Литторио», моторизованные 101-ю «Триесте» и 102-ю «Тренто»). Южную итальянскую группировку в составе четырех дивизий — трех пехотных («Болонья», «Павиа» и «Брешиа») и одной парашютной («Фольгоре») — пришлось бросить на произвол судьбы, и итальянцы сложили оружие. В подобной ситуации оказалась и немецкая парашютная бригада «Рамке», но она после целой серии приключений вышла из окружения (600 солдат бригады совершили 300-километровый марш по пустыне, используя захваченный у врага автотранспорт и заправляясь трофейным бензином; в районе Фука десантники вышли к своим; затем бригада успешно вела оборонительные бои в Тунисе. — Примеч. авт.).

Можно со всей уверенностью сказать, что уцелел только «костяк» вышеперечисленных соединений, оружие также было сильно изношено.

Согласно официальному докладу танковой армии «Африка», в битве при Эль-Аламейне она понесла следующие потери. Германские войска: 1100 — убитыми, 3900 — ранеными, 7900 — взято в плен. Итальянские войска: 1200 — убитыми, 1600 — ранеными, 20 000 — взято в плен. Итого 36 тысяч человек.

Несмотря на то что некоторые авторы по своему значению сопоставляют сражение под Эль-Аламейном и Сталинградскую битву, потери немцев и их союзников на советско-германском фронте были несравнимо выше. Однако и в Африке германо-итальянские силы были полностью дезорганизованы, а танки потеряны. На 9 ноября 1942 года в составе так называемого Соллумского фронта находилось около 2 тыс. немецких солдат, столько же итальянцев, 15 противотанковых пушек, около 40 немецких орудий и столько же итальянских артсистем.

Королевские военно-воздушные силы установили местонахождение штаба Роммеля путем радиоперехвата и начали ковровые бомбардировки. Роммелю со своими спутниками пришлось искать убежища в «лисьих норах».

Дальше и дальше… под вой бомб, по запруженным дорогам, через минные поля, у которых скапливалась техника.

Армия фельдмаршала бежала. «Солдаты Роммеля вскоре вновь ступили на ливийскую землю, прощаясь с египетскими прибрежными равнинами, по которым четыре месяца назад они мчались в восточном направлении к дельте Нила в трофейных английских грузовиках, заправленных британским горючим, закусывая трофейными продуктами и покуривая трофейные сигареты. Тобрук остался позади. Саперы вновь шли в арьергарде танковой армии. Они взорвали дорогу в районе Дерны, заложили мины в итальянских колониальных зданиях, сделав путь через Киренаику практически непроходимым. Солдаты отрядов подрывников суетились у дороги, остальные спешили дальше, ворча себе под нос, — ветераны Тобрука, Сиди-Резега и Эль-Аламейна. „Фольксвагены“, мотоциклы, самоходные орудия, горстка танков и совсем мало восьмидесятивосьмимиллиметровок. Можно перекурить… Проходили колонны, за ними шли другие.

— Кто за вами?

— Никого, только томми (название британских солдат. — Примеч. авт.).

— Тогда пошли, — приказал саперный офицер. Вместе с арабскими дорожными рабочими под командой итальянского сержанта саперы взрывали дороги. Затем делались обычные дела: смерть укладывалась в шахматном порядке. Но саперы Роммеля изобретали новые трюки. Несколько дней ими командовал генерал Буловиус — прежний командующий инженерно-саперными войсками армии, полковник Гекер, свалился с желтухой и дизентерией.

В новых ловушках проявлялась адская изобретательность. Первый пояс выглядел обычно — обыкновенные мины, закопанные на дороге. Хорошо видимые углубления, расставленные в шахматном порядке. И то же самое в пяти метрах впереди, и снова дальше в пяти метрах. Но в углублении лежали только кучи жестянок или немецкая „Т-мина“ без взрывателя.

Подъезжала английская передовая часть, и экипаж головной машины разведки замечал углубления. Остановка. Миноискатели! Британские саперы с похожими на метлы наиновейшими миноискателями принимались за работу. Они обшаривали дорогу, и сигнал предупреждал их о присутствии металла. Осторожно специалисты проходили лунку за лункой, не находя в них ничего, кроме жестянок. После четвертого ряда траление начинало казаться пустой тратой времени. Британцы влезали в свои машины и ехали дальше. Через двадцать метров они нарывались на настоящие мины. Взрывы, крики, потери.

После этого колонна останавливалась уже перед каждой ямкой на своем пути. Вновь начинали проверять и снова, находя лишь муляжи, останавливали казавшуюся ненужной работу. Опять то же самое — настоящие мины и смерть. Каирское радио сообщало: „На своем пути 8-я армия почти не встречает сопротивления, но сталкивается с огромными трудностями, вызванными действиями немецких саперов“» [36] .

На случай, если войска Монтгомери все-таки нагонят бегущую германо-итальянскую армию, Роммелем была создана свободная мобильная боевая группа, которая должна была прикрывать основную малобоеспособную массу армии с ее штабами, тылами и обозами.

Структура боевой группы была следующей: 3 тыс. немецких солдат, 500 итальянских стрелков, 11 немецких танков, 10 итальянских танков, 20 противотанковых орудий, 24 зенитных орудия и 25 полевых артсистем.

Таким образом, от всемогущей в прошлом танковой армии «Африка» осталась лишь «тень» с 21 танком в составе. 11 ноября Роммель издал приказ о возможности полной эвакуации войск с континента, так как в этот день знаменитая 7-я британская дивизия «Крысы пустыни» фактически догнала отступающие войска стран Оси и нанесла внезапный удар по одному из батальонов итальянской дивизии «Пистойя», а затем атаковала позиции германских батарей на перевале Оль-Файа. Фельдмаршал опасался, что пути отхода для его армии будут отрезаны.