Чтение онлайн

По контрасту с довольно неподобающим поведением капитана А. граф Б. гораздо более может навлечь на себя подозрение из-за своего мрачного, молчаливого поведения и странного рассеянного взгляда.

Несмотря на то что он лучше обеспечен, чем капитан А., ему недостает настоящей склонности к работе. Его необходимо подстегивать, и за ним нужно постоянно наблюдать, иначе он очень медленно будет выполнять любое задание. При таком характере его полковые обязанности для него будут гораздо более подходящими, а также необходимыми для его карьеры.

Такие обязанности приведут их обоих в ежедневный контакт с вышестоящими офицерами и с другими офицерами полка, и тогда можно будет быстро и легко увидеть, уводят ли их идеи с тропы, предписанной долгом и честью. Они были переведены в Генеральный штаб после первой кампании в Шлезвиг-Голштинии в августе 1848 года, однако не оправдали наших ожиданий. Следовательно, так будет лучше для службы Вашему Величеству, равно как и для личного положения этих офицеров и для карьеры, к которой они должны вернуться в бывшем отделении армии.

Генерал-майор фон дер Марк

(Военный архив, Мюнхен. Архив военного министерства)

Фордерисс, 3 ноября, 1858

(Военному министру)

…У меня нет намерений вызывать старые политические аберрации или подвергать наказанию тех, кто в этом замешан, но, тем не менее, я собираюсь учредить некоторого рода политическую инквизицию. Однако с целью получить впечатление о политической благонадежности моей армии, основанной на фактах, которые Вам уже известны, я желаю, чтобы вы предоставили мне строго конфиденциально и собственноручно точную информацию о нынешнем политическом отношении этих офицеров (такие, как майор граф Б., затем лейтенант фон Б., после его отставки, и некоторые другие), которые проявили определенную нестабильность в своем политическом отношении в годы революции 1848—1849 годов.

Ваш король и доброжелатель

Макс

(Военный архив, Мюнхен. Архив военного министерства)

Мюнхен, 5 ноября 1859

ТЕМА: ПОЛИТИЧЕСКИЕ ВЗГЛЯДЫ НЕКОТОРЫХ ОФИЦЕРОВ

…Опираясь на дела военного министерства, а также на информацию, полученную строго конфиденциально, и также на собственные суждения, нижеподписавшийся, повинуясь приказу Вашего Величества, имеет честь сообщить, что те, кто в те дни вел себя неблагонадежно, составляли крайне малую пропорцию среди офицерского корпуса Вашего Величества, и что большинство из них с тех пор оставили армию.

Другие тем временем получили повышение по службе, и этот факт показывает, что они должны были предоставить достаточно доказательств своей благонадежности во всех отношениях, иначе было бы невозможно рекомендовать их Вашему Величеству для повышения. Среди них майоры Макс граф Б. и Макс А. из ставки генерал-квартирмейстера, капитан Иоганн Ф. из первого кавалерийского полка «Царь Александр Русский», капитаны Карл Ш. из седьмого пехотного полка «Гогенхаузен» и Фердинанд Л. из первого егерского батальона. Более того, самые последние конфиденциальные личные рапорты насчет этих офицеров не дают ни малейших оснований сомневаться в том, что они оставили свои идеи, которые во многом проистекали из юношеской недостаточной осмотрительности во время, которое весьма отличалось от нынешнего. В частности, майор А. обладает особым чувством привязанности, которое он выказывает по отношению к Вашему Величеству, и полностью лоялен. Что касается майора графа Б., его скрытная натура не позволяет быть полностью уверенным в том, что он окончательно отбросил свои прежние склонности, и на него можно положиться в том плане, что он не возвратится к ним, если подвернется такой случай. В то же время его в целом достойный характер гарантирует, что в отношении своих военных обязанностей на него можно рассчитывать, как на эффективного служащего.

Всегда весьма рискованно говорить, какие политические склонности могут в критическое время проявиться индивидуумами – либо из тщеславия, либо из-за интеллектуального или эмоционального возбуждения. Тем не менее нижеподписавшийся чувствует, что он способен выразить Вашему Величеству твердое убеждение в том, что в настоящее время нет ни малейшего основания сомневаться в лояльности и преданности офицеров армии трону и священной персоне Вашего Величества. Если, вопреки ожиданиям, некоторые отдельные личности среди огромного числа людей, которые формируют офицерский корпус армии Вашего Величества, сойдут с тропы чести и долга, то применения энергичных мер, имеющихся у нас в распоряжении, безусловно, будет достаточно для того, чтобы обезвредить некоторые такие отклонения. Следовательно, Ваше Величество, можете быть полностью уверены в том, что офицеры Вашей армии абсолютно благонадежны.

С глубочайшим уважением

Массенбах

(Военный архив, Мюнхен. Архив военного министерства)

Франкфурт-на-Майне, 18 сентября 1909

На протяжении прошлого года я слушал образовательные курсы, читаемые в разных соединениях. Некоторые из них были отличными, но я не мог избежать впечатления, что во многих случаях эта форма деятельности не получила всего того внимания, которого она заслуживает.

Первостепенной задачей является улучшение обучения для повышения эффективности войск во время войны…

Единственная по-настоящему ценная вещь во всем этом, – это когда инструкции даются самими офицерами. Мой опыт подсказывает, что они могут успешно решать задачу предоставления полезных указаний и расширения кругозора своих воинов. Более того, часто старший и наиболее опытный унтер-офицер в меньшей степени эффективен в этом деле. Рутина может дать устрашающе губительный эффект. Это заставляет меня верить в то, что инструкции, предоставляемые даже самыми младшими офицерами, гораздо более полезны; и я был бы рад, если бы вы дали вашим младшим офицерам знать, что я придерживаюсь именно таких взглядов…

Впрочем, цель этих наставлений состоит в том, чтобы повысить образование солдат, повлиять на их мировоззрение, расширить кругозор, раскрыть им глаза и чувства на окружающий их мир. Нам нужны умные солдаты. В то же время такие наставления должны выполнять и другую задачу, неотделимую от первой: они должны возбуждать и укреплять у мужчины чувство чести, его лояльность короне и патриотизм, внедрять в них на всю оставшуюся жизнь дух долга, чести и самопожертвования во имя отечества.

Это высокая и священная задача, и она ложится даже на молодых офицеров. Я прекрасно знаю, что офицеры часто рассматривают такие наставления как исключительно утомительную работу. Я могу понять это; но если офицеры по-настоящему понимают ценность задачи, которую им предстоит выполнить, то они увидят это в ином свете.

Я не стану скрывать своего убеждения в том, что сегодняшний офицер должен также выполнять и политическую работу – это его обязанность обучать подчиненных быть лояльными подданными, способными твердо противостоять разлагающему влиянию социал-демократии.

Человек, который имеет огромную возможность делать это, – это молодой офицер, ответственный за рекрутов.

Как правило, ум молодого солдата – как кусок воска, из которого можно вылепить впечатления разного рода. Разумеется, многие уже были заражены социал-демократией до того, как их призвали; но они еще молоды, и их болезнь лишь поверхностная, а служба в армии должна быть как целебный источник и вымыть болезнь из всего их организма. Даже человек, проживший несколько лет в бродяжничестве или то сидевший в тюрьме, то выходивший из нее, человек, который едва ли может вспомнить, когда он в последний раз слышал доброе слово от приличного человека, – даже такого сорта человек будет восприимчивым, если с ним говорить серьезно, но по-доброму. Так, как с ним, возможно, не говорили с самого детства.

Жизненно важно, чтобы офицеры завоевали доверие своих солдат. Солдат должен быть уверен, что офицер – его лучший друг, и все, что он говорит, – правдиво и справедливо.

Здесь я должен сделать отступление. Как только офицер по-настоящему завоюет доверие своих людей, я считаю совершенно невозможным для офицеров совершать правонарушения, систематически плохо обращаясь со своими подчиненными. Если такое случится, любой рекрут, который чувствует, что его запугали и дурно с ним обращаются, обязательно пойдет к своему лейтенанту и расскажет ему о своих неприятностях. Военный артикул, который рассматривает случаи постоянного издевательства, возможно, не предполагает, что офицер может допускать преступное бездействие и не контролировать ситуацию, но, со своей стороны, я не мог бы оправдать его. Он не сделал то, что должен был сделать, потому что он не завоевал доверие подчиненных.