Чтение онлайн

Возможно, Дамблдор планировал взять с них больше, чем ингредиенты и растения. Сейчас уже невозможно об этом узнать. Скандал разорвал все связи старика с магической Италией. И вообще ему лучше забыть о знакомых в Европе.

А Крейг? Дамблдор так оплачивал услуги своего целителя? — попыталась пошутить Гермиона и, к своему удивлению, попала в точку.

Вальдфогель считался лучшим практиком в области излечения человеческих тел от недугов магических и обыкновенных, а Дамблдор был его пациентом последние тридцать лет, — спокойно ответил Люциус. — И, судя по частоте визитов, на оплату старик никогда не скупился. Хотя такие траты ему не по карману.

Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор с начала шестидесятых годов двадцатого века находился под пристальным вниманием британских магов. Причем следили за ним не только чистокровные «оппозиционеры», но и нейтрально настроенные маги и даже союзники. Всеобъемлющая власть и вездесущесть победителя Гриневальда нравились далеко не всем и найденная оплошность или проступок могли бы стать и оружием и защитой в умелых раках. Конечно, расписать в мелочах жизнь этого волшебника никто бы не смог, но о доходах его было известно многое. По словам Люциуса получаемого директором Хогвартса жалованья и прибыли от пятипроцентной доли в кондитерском магазине «Сладкое королевство» едва ли хватало на яркие мантии с золотым шитьём.

Откуда Дамблдор берёт средства на оплату многочисленных личных «прихотей» вроде личных портключей в Европу и Гренландию, чудодейственных лечебных зелий, нескольких недель «отдыха» в клинике Вальдфогеля в Вене долгое время было непонятно. Попечители, которых в своё время возглавлял Люциус, сумели обрезать директору доступ к школьным богатствам. Но, как выяснилось, под богатствами подразумевались лишь вещи. Никто и предположить не мог, что Дамблдор… станет торговать студентами. И не просто торговать, а расплачиваться за услуги, как будто это неразумный скот, а он владелец и пастух.

Австрийцы патологически не болтливы, — вздохнул лорд Малфой. — Но из дошедших до нас сведений известно, что у Вальдфогеля периодически появлялись… ученицы и помощницы. Юные и хорошенькие ведьмы с неистребимым британским акцентом. Крейг была далеко не первым платежом. Но только ей удалось довести мэтра Вальдфогеля до инфаркта. Талантливая особа.

Конечно, возмущение действиями Дамблдора не продлилось долго. Без должной подпитки волшебники могли гневаться на великого старика не более двух недель. Но и этого срока хватило Совету Попечителей, чтобы организовать совершенно законную проверку всех студентов школы на предмет необычных способностей и умений.

Последовательно и с особым тщанием проверялись доступные для изучения родословные, исследовались предоставленные маггловскими семьями фотоальбомы и семейные архивы, студенты всех курсов и факультетов в обязательном порядке проходили тесты и обследования, а магглорожденные и полукровки с неустановленным родителем-магом ещё и отправлялись на анализ крови.

Инициированные Попечителями Хогвартса мероприятия были довольно дорогостоящими, но это оказался как раз такой случай, когда лучше заплатить один раз и успокоиться, чем потом мучиться от сомнений долгие годы. Тем более что в благотворительном фонде Хогвартса хватало средств на десяток таких проверок.

И, самое интересное, исследования постепенно начали приносить довольно-таки занятные результаты. Правда, совсем не те, которых ожидали Попечители. Некоторые магглорожденные маги сменили статус крови, приобрели родственников-волшебников и новую фамилию. Проблем, как водится, им из-за этого тоже светило немало. В том числе и с собственными родителями-простецами. Не каждый отец спокойно примет известие о том, что на самом деле отцом не является.

Семейство Эйвери, от которого к началу двадцать первого века остались лишь престарелые родители казненного в Азкабане Ромуальда, обзавелось наследником двенадцати лет от роду. Полукровка, студент Хаффлпафа, зачатый явно не в большой любви, со способностями более чем средними, но всё же родной внук. К счастью, в Министерстве Магии ещё не настолько сошли с ума, чтобы препятствовать чистокровным магам в опекунстве над осиротевшим родственником. О Ромуальде Эйвери, подвергнутом Поцелую дементора за излишнюю преданность идеям Волдеморта, чиновники были готовы забыть за определённую сумму.

Естественно, проверка не обошлась и без разнокалиберных скандалов. Например, несколько студентов едва не отправились на пятилетнее проживание в тюрьму для волшебников Азкабан. Оказалось, что подростки довольно успешно практиковали анимагию, подчинили своей воле звериный образ, регулярно «выгуливались» на территории школы, а зарегистрироваться в Министерстве Магии в специальном реестре не посчитали нужным. К счастью, Дамблдор оправдал ожидания окружающих и сумел отбить своих подопечных. Всё наказание для талантливых юных магов свелось к уплате штрафа и принудительной регистрации. По этому факту «Ежедневный пророк» немедленно разразился пространной статьёй, превозносящей благодушие директора Хогвартса и действующего Главы Визенгамота.

А вот то, что в крови некоторых студентов обнаружили следы разнообразных ядов, вредоносных зелий и любовных эликсиров, каким-то образом сумели замолчать. Гермиона подозревала, что в сокрытии поучаствовали и родители школьников, среди которых было немало чистокровных. Кому нужен лишний шум вокруг своей фамилии? Правда, Попечители, к их чести, предприняли всё, чтобы свести последствия к минимуму и не допустить в будущем подобного… хм… инцидента.

Все пострадавшие от воздействия зелий студенты были отправлены в частные покои клиники святого Мунго, под неусыпный надзор целителей и специалистов по отравлениям. А в Хогвартсе, наверное, впервые с лет основания был проведён тотальный обыск. Приглашенные Попечителями частнопрактикующие Разрушители Заклятий и Артефакторы, проверили замок от самых глубоких подземелий до шпиля Астрономической башни. Они не обошли вниманием ни заброшенные классы, ни личные комнаты преподавателей, ни общежития студентов. Итоги были… впечатляющими.

Несколько лабораторий для зельеварения — все в рабочем состоянии и заставленные всякой дрянью. В одной готовых зелий нашли столько, что хватит всю маггловскую Британию четыре раза влюбить, обесплодить и отравить! А склады с алкоголем? Эти Разрушители раскопали даже «слизеринский» погреб. А там чар слоев двадцать — ещё наши деды накладывали, — рассказывала «союзникам» Милисент Булстроуд, осведомлённая о том, что происходит в школе. — На самом верху Западной башни нашли склад каких-то трав, коры и что-то вроде… дров. С травами понятно — контрабанда из школьных теплиц, но зачем дерево прятать? А на пятом этаже, где у нас до четвертого курса проводили арифматику, нашли тайник с маггловской дурью. Много-много белого порошка и несколько фунтов каких-то белых пилюль.

Попечители рвались допросить всех студентов с помощью Веритасерума, но директору и учителям удалось убедить магов, что это, во-первых, незаконно и вредно для здоровья детей и подростков, а, во-вторых, займёт очень много времени. Убедили — проверка закончилась чисткой замка и запечатыванием всех неиспользуемых помещений, включая тайные проходы и подземные ходы. Новым Мародёрам или шутникам, подобным близнецам Уизли, в Хогвартсе негде будет развернуться.

Обсуждение первых статей законопроекта «О магическом образовании» затянулось. Почтенные волшебники никак не могли определиться насчет категорий полукровок, которым будет позволено получать образование наравне с человеческими детьми. Но прежде чем допускать детей со смешанной кровью до школ и волшебных палочек требовалось признать их равенство людям по всем параметрам.

Что же всё-таки означает словосочетание «приемлемое для людей»? Отличается ли магия существ от человеческого чародейства? И если да, то насколько эти различия проявляются в полукровках? Насколько сильно потребуется изменить стандартную школьную программу ради пары дюжин студентов? Выяснение ответа на эти и ещё десяток самых разнообразных вопросов потребует немало времени. По самым скромным оценкам, озвученным в кабинете закрытого на ремонт ресторана, — не менее полугода на одно только исследование проблемы и ещё столько же на дебаты.