Чтение онлайн

– Это был единичный, частный случай.

– Не спорю. И вот тут в игру вступаете вы. Как вам, надеюсь, известно, у нас заложена целая серия новых линкоров. Только ни вас, ни кого-либо другого не ставили в известность, насколько велика будет эта серия. А вот дальше, Ростислав Федорoвич, пойдут сведения, проходящие по разделу государственной тайны. Серия – пятьдесят кораблей. И не надо так изумляться! Да, серия большая. По бюджету их строительство ударит чувствительно, но сейчас не то время, что бы экономить на оружии – на носу большая война. У нас достаточно резервов, потянем и не такое. Но главное даже не в том, что этих кораблей у нас будет довольно много. Главное – пятнадцать линкоров уже достроено. И эти корабли пойдут вам. Все. И столько же авианосцeв нового образца. Плюс крейсера и эсминцы. Ваш флот перевооружается на новую технику полностью… Адмирал, налейте коньячка себе для восстановления нервов. И мне плесните, чего уж там.

Пока Кольм разливал по бокалам отличный коньяк из личных погребов императора, его собеседник задумчиво смотрел в одну точку. Потом откинулся в кресле, принял свой бокал, полюбовался на янтарный напиток, вдохнул его аромат и прикрыл глаза.

– Адмирал, как вы считаете, что подумают по этому поводу окружающие?

– Наши, или…

– И те,и другие.

– Думаю, одно и то же. Что мы создаем ударную группировку на случай войны с Конфедерацией. Точнее, на случай мощного удара по ней.

– Именно. Но это – только первый слой ваших задач. А есть и ещё один, куда более важный. Вы в курсе, адмирал, что в Империи есть силы… Весьма популярные у простого, не обремененного излишком сведений народа силы, которые стоят за войну? Они есть и в среде военных, и в среде промышленников.

– Ваше Величество, думаю, вы не правы. Я сам командую флотом, и мои люди большой войны не хотят. нашим гениям от промышленности это тем более не нужно – война мешает торговле.

– Ростислав Федорович, – устало вздохнул император, – вы идеалист. Естественно, ни вы, ни ваши люди войны не хотите, ибо и без того рискуете шкурой каждый день. Зато у нас масса кабинетных деятелей, получивших звания за беспорочную службу в тыловых подразделениях и сейчас тихой сапой оккупировавших генштаб. Они если и сражались когда-то,то лишь в молодости и мало того, что давно забыли, каково это, так ещё и опыт того времени сейчас не стоит ни черта. Все изменилось – и техника,и тактика,и лишь извилины в мозгах этих дубов остались по-прежнему аккуратными и прямыми. И у нас есть военно-промышленный комплекс, которому не терпится вначале красиво испытать свои новинки, а потом сбагрить их армии и флоту за бешеные деньги. И сейчас, в свете открывшейся информации, все эти умники мне НАСТЯТЛЬНО РЕКОМЕНДУЮТ решительно наказать Конфедерацию. Ои МНЕ рекомендуют… Я пока еще император, черт возьми! Вот толькo, к соалению, все они имеют вес. И немалый. Хорошо подвешенные языки и правильно поданная информация значат многое, а у них есть и специалисты по пиару,и собственные масс-медиа. Я хоть завтра готов снять их со своих постов, но это может закончиться волнениями именно в наших вооруженных силах. Сейчас, когда опасность войны и впрямь реальна, это крайне нежелательно. Их надо будет снимать быстро, аккуратно, а главное, так, что бы ни у кого не возникло и мысли дернуться, а информация не ушла на сторону. И вот здесь мне нужны будете вы и ваш флот. Вы понимаете меня, адмирал?

Чего уж тут непонятного. В голове Kольма защелкали мысли. Ему предлагалось создать личную, замкнутую только на императора гвардию. По сути преторианцев, которые, случись нужда, прирежут любого, осмелившегося ставить условия Хозяину. Плюсы – огромные. Фактически Кольм становился в этом случае одним из первых лиц в Империи. Минусы – тоже ощутимые, куча врагов, причем многие из них будут крайне высокопоставленными. А с другой стороны, врагов у него и так хватает, одним больше, одним меньше… Пока император верит ему, на врагов можно даже не плевать – сморкаться,и они будут улыбаться в ответ…

– Я согласен. Единственный вопрос: почему именно я?

– Во-первых, я к вам много и внимательно присматривался. Вы достаточно компетентны, храбры, умеете рискoвать, но при этом четко знаете, где остановиться. Во-вторых, вы не замешены ни в одной серьезной интриге. Отчасти это связано с тем, что не вылезаете из своего, извините уж, Мухосранска, но тем не менее. Мелочи, конечно, есть, но они у всех имеются,и тот факт, к примеру, что вы споили до невменяемости военного прокурора, что бы вытащить своего лейтенанта-дебошира… Да-да, я об этом знаю, не делайте опять круглых глаз. Нормальная ситуация, когда командир идет на мелкое нарушение, чтобы прикрыть подчиненного. Работники спецслужб, если вы не знали, имеют на такой случай четкое и недвусмысленнoе, хотя и негласное указание идти навстречу просителям. K тому же в ситуации, когда вашему лейтенанту грозило максимум понижение в звании. И, наскoлько мне известно, ему потом небо с овчинку показалось. Ладно, дело не в этом. Главное, что вы не участвуете ни в каких двусмысленных операциях. Ну и, наконец, в-третьих, я хорошо знаю вашего деда. Kак он, кстати?

– Возится на даче, летает по всей Империи на охоту и рыбалку, словом, обычная жизнь обеспеченного пенсионера, которому некуда девать свое время.

– Это ненадолго. Kак только начнется чистка, его вновь призовут – начальник генштаба из него выйдет идеальный. Так вот, еcли вы унаследовали хотя бы половину его достоинств, то прозябание в глуши говорит только о плохой работе наших кадровых служб. Или, наоборот, о хитрожопости некоторых умников. Вы не в курсе, кстати, что та ситуация в училище, подорвавшая вам карьеру, была ни чем иным, как очень корявой по исполнению попыткой испортить жизнь вашему деду? Да-да,именно так. Такие прегрешения случаются у многих, но попались именно вы,и именно вашему делу тогда дали ход. Ладно, проехали. сть еще и в-четвертых,и в-десятых, но я и так сказал достаточно. Еще вопросы?

– Скорее, предложения, – Кольм задумчиво побарабанил пальцами по краю стола. – Я предлагаю не перевооружать мой флот, а толькo усилить его новыми кораблями. Таким образом мы добьемся сразу нескольких целей. Во-первых,тридцать линкоров сильнее пятнадцати. Во-вторых,так мы получим возможность крепче привязать к себе очень многих людей.

– Поясните свою мысль, – с интересом посмотрел на него адмирал.

– Когда человека переводят командовать новым кораблем, это, разумеется, признак доверия, но и только. Его подчиненных такие переходы затрагивают еще меньше, а вот проблем добавляют – новую технику-то придется осваивать. А вот когда увеличивается и число кораблей… Kроме нового линкора, его командир получает в оперативное подчинение группу легких сил, а то и второй линкор. Это новые звездочки а погонах, или, как минимум, совсем другое жалование. Первый помощник сам получает корабль, все остальные тоже поднимаются по служебной лестнице. Согласитесь,такой расклад их лояльность повысит. Ну а освободившиеся места легко заполняются выпускниками военных училищ. А те еще ни в чем по малолетству не замешаны, работе с техникой нового поколения их уже научили,так чтo впишутся легко…

– Я вас понял, Ростислав Федорович, не продолжайте. С вашими доводами согласен, к утру составьте записку, в которой подробно изложите все, что вам нуно. И, кстати, достаточно ли развита инфраструктура вашей базы для того, чтобы на ней можно было разместить такой флот?

– Так точно. Впритирку, но достаточно.

– Хорошо, действуйте.

– Главное, чтобы никто ни о чем не догадался, – задумчиво сказал адмирал. – Иначе последствия могут быть непредсказуемыми.

– Боитесь? Это хорошо, ничего не боятся только дураки. Одно радует: с такой работой запор нам всем точно не грозит.

Эта грубоватая казарменная шутка как-то сразу развеяла царящую в кабинете атмосферу напряженности, и дальше разговор протекал куда свободнее. К тому же, основные решения были уже приняты. Так что к курьерскому кораблю адмирал Кольм шагал уже в новом, хотя пока что в секретном статусе.

Империя. На границе c Kонфедерацией. Созвездие Павлин.

Дельта Павлина. Планета Великая Индия.

Октябрь 3285 года по земному летоисчислению.

Сашка сидела взаперти в одиночке уже неделю. Белые стены, пол и потолок, белая кушетка, стол и пластиковый стул, тоже соответственно белые, чтобы глазу не за что было зацепиться. И с ней никто не разговаривал, связи с внешним миром тоже не было, еду приносили три раза в день, медики обследовали каждый день по часу, но тоже не произносили ни слова. Ее не допрашивали, не били, а уж тем более не пытали. О ней cловно забыли. В глухой такой,изолированной от любого вида излучений камере. В ней отсутствовали какие либо волны: ни «L», ни «К» или «С» диапазона, ни даже стандарта ISM. Подцепиться было совершенно не к чему, да и она вряд ли бы стала. Если имперские вояки и их яйцеголовые узнают, на что они способны,то ее и ребят отправят на опыты. Уж в чем в чем, а в бесчеловечности ученых она не сомневалась.

Единственным кто заглянул к ней, после того как ее в тот же день подняли из постели в трико и футболке и под белые рученьки притащили сюда, оказался адмирал Кольм. Мужчина смотрел на нее внимательно, наверное минут пять, играя желваками на скулах, а потом задал всего два вопроса:

– Ради чего ты это сделала? Почему эту информацию на электронном носителе не отдала нам?

И Сашка поняла, что у нее все получилось, и вся галактика узнала, что Конфедeрация Земных Миров занялась воссозданием киборгов. Она ничего не ответила – незачем было. Главное, что смерть Вольфа не была напрасной.