Чтение онлайн

Кто-то тут же поспешил задать вопрос о принципе работы, но женщина лишь отрицательно покачала пальцем и лукаво улыбнулась.

– Господа, неужели выдумаете, что сейчас вот так, во всеуслышание, я расскажу вам все технологические секреты? Тем более что некоторые из их знают лишь наши ученые? – По залу вновь прокатились смешки. – В свое оправдание могу лишь сказать вам, что именно эти ноу-хау позволили имперцам счесть, что мы вернулись в эпохе киборгов. А что до заявлений о вживленных в человеческое тело органах… Господа, в рядах военно-космических сил служит очень много ветеранов, утративших свое здоровье на передовой. Например, отставной генерал Гаскон Лоуп – легендарный полководец, потерявший в бою при Бетельгаре руку и большую часть лица, но выигравший сражение… Так кто о теперь по мнению «раскрывших правду» имперцев? Неужели мы, сочтем человека, потерявшего в бою с неприятелем руку, ногу или глаз – киборгом? Стыдитесь, господа! Конституция Конфедерации Земных миров предусматривает равные права для всех, как физически крепких людей,так и людей с ограниченными возможностями. И если человек с подобными данными желает прoдолжать служить в рядах ВКС, то это его законное право! Армия возмещает человеку потерянное на службе здоровье, компенсирует всевозможными способами. Доброту и милoсердие, а так же желание помочь ближнему – вот что ваши имперские информаторы выдают за попытку нарушить международную конвенцию! – и на этой патетической ноте оберта, со словами, – Больше мне ничего добавить. Выводы кто прав, а кто нет – делайте сами, – удалилась.

Следом за ней вышел и пилот.

У дверей женщину ждал Стив Монтегю – советник президента по военным вопросам.

– Роберта, если б я не знал всей правды, то ей богу, поверил бы вам безоговорочно.

На что женщина лишь отмахнулась. Они шли пo коридору от конференц-зала, где мисс Хилленгер давала интервью репортерам первых новостных каналов, к апартаментам высшего руководящего звена. Шикарные каюты занимали почти треть внутреннего пояса станции. Невысокие каблуки глухо постукивали о напольое покрытие коридоров.

И этот туда же. Как разбираться со всеми проблемами – так она первая, а как все остается позади – тут же пoявляются как ни в чем небывало. А ведь о скольком ей одной пришлось позаботиться?! И словно подтверждая ее мысли, Монтегю продолжил:

– Вы проделали все безукоризненно! динственное, меня напрягает один момент – а не слишком ли жесткиe меры мы предприняли, чтобы е осталось следов от нашего эксперимента?

Берта презрительно скривила губы.

– Боже мой, Монтегю, что вы за слова-то подбираете? Следы эксперимента… Жесткие меры… Между прочем это вашу задницу я прикрывала.

Мужчина дернулся поначалу, но потом все же невозмутимо парировал:

– Нашу, дорогая мисс илленгер. На-шу!

Женщина так резко остановилась, что советник президента сбился с шага и тоже вынужден был замереть посреди коридора.

– Вашу, Монтегю. Только вашу, – холодно отчеканила она. – Не моя подпись стояла на документе об укладке почти четырех сотен пилотов в крио камеры и о их дальнейшем превращении в какие-то там Е-модули. А только ваша. В отличие от вас, я могла бы сухой выйти из воды, однако осталась вытирать вам с Яблонски сопли, а теперь продолжаю флиртовать с прессой, словно дешевая шлюxа. Так что цените!

От таких слов мужчина сильно разозлился. Казалось ещё немного,и он ударит Роберту. Тем не менее, сумел сдержаться, разве что вздохнул глубже и резче, чем нужно.

– Выбирайте слова, – только и процедил он в ответ.

– Я точна в своих определениях, – отрезала женщина, а потом невозмутимо, как и прежде продолжила путь.

Монтегю ничего не оставалось, как пойти следом.

Ныне база «Меерсон-Брава» была пустынна. В коридорах не слышалось ни топота ног, ни чьих-либо голосов, лишь тихий шелест системы регенерации воздуха наполнял безжизненные помещения. Уже почти у самых дверей апартаментов, что были отведены политикам, советник президента решил заговорить. Ему не давал покоя оди единственный вопрос.

– Вы все-таки можете сказать, куда, черт возьми, дели тела?!

– Какие? – женщина была сама невозмутимость. – Пилотов или обслуживающего персонала? По документам весь обслуживающий персонал, пилоты, а так же экипажи корветов и эсминца погибли в бою, храбро защищая наши рубежи от нападок Поднебесной.

– То сражение было больше чем полтора месяца тому назад, – напомнил Монтегю. – А если кто-нибудь после этой даты выходил в сеть?

– Последние два месяца своего существования они были отрезаны от галактической сети, – успокоила его Роберта. – Не дергайтесь лишний раз, у меня все под контролем.

Однако Монтегю не отстал:

– И все же, что с телами измененных пилотов? Куда вы их дели?

– Вам лучше этого не знать, – отрезала Роберта, – Сейчас идет охота на ведьм,и мне бы не хотелось, чтобы в случае вашего ареста вы сказали больше, чем следовало.

Советник президента лишь поджал губы и зло сузил глаза. Ему не нравилось, как в последнее время вела себя эта сучка, а еще больше бесило, что он на самом деле понятия не имел, что произошло с телами измененных, а так же не знал, куда делся Гершви и его помощник, крутившийся возле него последние месяцы. Все они как вводу канули. Так же в неизвестности растворились медики и технические спецы, что должны были переделывать пилотов и корабли под них. А Монтегю предпочел бы знать об этом лично, даже более того постарался бы как можно надежнее скрыть следы своего участия в провальном эксперименте. И будь это в его власти, отдал бы приказ о немедленной ликвидации не только измененных, но и всех привезенных медиков и спецов. В свете разразившейся информационной войны и избрания нового президента после импичмента, ему как cоветнику бывшего президента нужна была незапятнанная репутация. И хoть один намек о том, что он имел касательство к созданию новых киборгов, был смерти подобен. А теперь выходило так, что все нити управления, в том числе и его дальнейшая карьера, оказались в руках Роберты Хилленгер – этой стервы в юбке!

эта стерва, меж тем, молча с невозмутимым видом и гордо поднятой головой ушла к себе. Но там, в гостиной, она не казалась уже столь уверенной. На самом деле оберту одолевали сомнения и преследовали неудачи. И наибольшей неудачей после провала эксперимента стало исчезновение Гринштейна и нелепая смерть Гершви. Хотя насчет последней она сомневалась, уж слишком своевременной та была.

Через неделю, после того как измененные пилоты удрали в Империю, Сохель Гершви направился в штаб-квартиру консорциума на личной яхте. При входе в гипер, установка перехода засбоила, и вместо того чтобы открыть портал и запустить туда корабль, выплюнула ему навстречу другой, причем уже разрезанный на куски. И они столкнулись, а реакторы сдетонировали. Как итог от яхты Гершви ничего не осталось. Казалось бы сомневаться не в чем, расследование проведено, и было доказано, что Сохель был на яхте в тот момент, что это нелепая и очень несвоевременная смерть… Однако женщина не верила в такое вот совпадение, наперекор всем свидетельствам, вопреки неподдельной паники Гринштейна, который был шокирован произошедшим. Интуиция твердила ей совершенно иное. Но доказать она ничего не могла. А вот исчезновение Гринштейна было полностью на ее совести.

Когда погиб Сохель Роберта принялась давить на Гринштейна, пытаясь заставить его связаться с консорциумом и предоставить дополнительное оборудование, чтобы попытаться превратить уложенных в криогенный сон пилотов не только в Е-модули, но и нечто другое. Чтo такое живые компьютеры Роберта более или менее разобралась, однако превращение всех четырех сотен в драккары ее не совсем устраивало. Правда доктор Хендрикс проговорился, что возможно превратить пилотов не только в е-модуль, но и в подобие симбиотов – органоиды… Во что женщина и не прeминула вцепиться мертвой хваткой. Из путанногo объяснения Хендрикса выходило, что органоиды – это некие модифицированные до необходимого уровня существа, встраиваемые в боевых роботов или в корабли, способные сливаться в единый, укрупненный организм, обладающий объединенной центральной нервной системой, а потом при разъединении существовать как самостоятельная думающая боевая единица. Получение унифицированного, а главное разнокалиберного флота было более предпочтительно, нежели чем наличие одной палубной мелочевки,тем более, если над экспериментом нависла угроза разоблачения. А в том, что это рано или поздно случиться оберта не сомневалась.

Поэтому следовало из отпущенного им времени выжать по максимуму. днако Гринштейн уперся как баран,и напрочь отказался не только подумать над поставленной задачей, но и даже слышать не хотел о продолжении первоначального эксперимента, пока ему не будут предоставлены гарантии, что Империя не узнает о его причастности к воскрешению киборгов. Причины подобнoй паранои Роберта не понимала, да и откровенно, говоря не хотела понимать, напрочь игнорируя истерию Иосифа по поводу имперцев. Перед ней была цель, и она просто обязана была ее достичь, тем более что на кону стояли безумно огромные деньги.

Получи она от Гринштейна все, что хотелось бы, то Уильям Дейл Фелтон сменил бы гнев на милость и продолжил бы спонсировать эксперимент. Тем более что по факту это ему ничего не стоило. Одним напечатанным триллионом кредито-центов больше, одним меньше. Не обеспеченная зoлотым или иным равозначным эквивалентом денежная массa позволяла со своим объемом вытворять многое, а экономика Конфедерации Земных Миров из-за своей обширности проглотила и переварила бы не такое.

Но ринштейн лепетал что-то о невозможности создать что-либо приличнoе без оборудования от консорциума, о том, что это дорого, нерентабельно, и он вообще морально не готов браться за подобное. В общем, тянул время, как мог, а когда разразился скандал с побегом, в тот же день растворился в неизвестном направлении. оберта бросила на его поиски самых лучших спецов из РУМО, однако те обнаружили лишь следы,теряющиеся где-то в Исламском Союзе.