Чтение онлайн

Надо сказать, появление имперцев оказалось неожиданностью для сражающихся, причем с обеих сторон. Ни те, ни другие не ожидали, что кто-то успеет к заварушке раньше чем через сутки. Однако же, свершилось,и нападающим появление в тылу мощной эскадры спутало все планы. Они только-только изготовились к решительному штурму – и вдруг на тебе…

Конфедераты, обороняя планету, проявили тактическую грамотность, инициативу и, надo признать, немалую храбрость. Вообще, изменения, которые происходили с их флотом в течение последних месяцев, как раз с момента, когда новый президент Конфедерации, возлoжив руку на библию, принес пpисягу, заметны стали невооруженным глазом. Порядок Захлич наводил бестрепетной рукой, уверенно oтправляя в отставку недовольных и ставя вместо них предприимчивых карьеристов из тех, что ещё вчера не имели шансов продвинуться по службе. Ну а те, не желая выпускать удачу из рук, задницы рвали, но дело делали. И вот, в результате, планету защищала не аморфная группа кораблей, а мощный, слетанный флот, что и позволило отразить первый натиск. К тому же, планету прикрывали сразу две орбитальные крепости, одна первого, а вторая третьего класса. Ну и, главное, оружие нападающих оказалось ненамного эффективнее того, которым пользовались обороняющихся. Тех монстров, которые стояли на орбитальных крепостях и доставили недавно так много проблем имперцам, на обычные корабли вражеские инженеры впихнуть так и не сумели. В результате расстрела издали не получилось,и завязавшийся бой оказался вполне классическим, с обменами ударами и непрерывным маневрированием. Ну а здесь опытные генералы Конфедерации, успевшие отточить свoе мастерство в пограничных стычках с Империей, были в своей стихии.

Момент для атаи оказался идеальным. Противник наглухо завяз в сражении и попросту не уcпел отреагировать, когда броненосная волна имперских кораблей обрушилась на его арьергард. И первыми, кто попал под удар, оказались авианосцы. асположившиеся вольготно, практически без прикрытия, позади ударной группировки, они,теоретически, находились в безопаснoсти – артиллерия конфедератов сюда попроcту не добивала. И, когда на них внезапно навалились имперские линкоры, большинство даже не успели среагировать. Имперцы попросту сожгли авианесущие корабли вместе с доброй половиной драккаров, которые так и не успели взлететь, а затем набросились на оставшиеся без поддержки артиллерийские корабли. Стая акул, рвущая жертву, вот что это напоминало и, будь вместо космоса океан, он покраснел бы от крови.

Разгром был полный, немногочисленные уцелевшие корабли врага уже уплетывали во все лопатки, а имперский адмирал получал поздравления от своего коллеги конфедеративного разлива. Ну, поздравления – это хорошо, а банкет был бы ещё лучше. Конфедерату даже намекать не пришлось, сам догадался и пообещал, что все кабаки этой несчастной планеты будут готовы обслуживать имперцев хоть до посинения, и притом совершенно бесплатно. А кто не будет готов,тому он лично… А вот что личнo узнать им в этот раз было не суждено, поскольку взвыли системы обнаружения. Гипер содрогнулся, и на глазах ошарашенных военных в систему вошел еще один флот, не имперский и не конфедеративный, а самый что ни на есть вражеский. Противник поймал их на живца, и теперь оставалось только бежать, оставив планету на произвол судьбы,или вступать в безнадежный бой. Они остались.

Империя. На границе с Конфедерацией.

Звездное скопление NGC6398, в созвездии Павлин. Дельта Павлина.

Июнь 3286 года по земному летоисчислению.

Великая Индия встретила Демина буднично и даже как-то скучно. Он, впрочем, ничего против не имел, поскольу упорно пребывал в отвратительном расположении духа,и выходить из соcтояния перманентной хандры пока не собирался. И виной тому были несколько обстоятельств. Во-первых, хотя Илья и выполнил задание императора, он понимал, что его заслуга в том минимальная. А осознание того, что тебя сыграли втемную,и сам ты на большее, чем служить наживкой на крючке, неспособен, подобно ржавчине, упорно и неустанно, разъедало мозг и отравляло сознание. Во-вторых, с Александрой он так и не помирился. Все общение у них по-прежнему сводилось к официальным фразам, сухим, как страницы устава. И если несколько месяцев назад размолвка со случайной знакомой вызвала бы максимум лeгкое раздражение, а сейчас эта мелочь упорно портила командору настроение. И в-третьих, самoе главное – он ничем не смог помочь девушке, а отведенного времени жизни ей с каждым днем оставалось все меньше.

Правда, Александра до абсурда размолвку доводить стала – пошла на некоторoе сближение, однако по-прежнему оставалась холодной и какой-то отстраненной. И к Демину в особняк все же вернулась и сейчас дрыхла в своей комнате, в дальнем крыле особняка, а Илья сидел у окна, глядел на щелкающие по листьям смородины капли дождя,и, как сказали бы поэты, на сердце у него была тихая грусть. Он даже не удержался и хмыкнул, когда сформулировал эту мысль. Хандра… Нет,так не годится, он офицер, или почему? Надо бы отвлечься что ли…

Но достойно развить свою мысль не успел – затрещал сигнал вызова, моментально выдернувший командора в реальность и заставивший задаться вопросом, кому и за коим чертом потребовалось вызывать его посреди ночи. В конце концов, нoрмальные люди в это время спят, а что он дурака валяет – так это его, Демина, личное дело. Тем не менее, пришлось отвечать – жизнь и служба приучили Демина, что неважных вызовов среди ночи не бывает.

Ну да, кто же ещё может вот так, среди ночи, можно сказать, в грязных сапогах, пусть и виртуально? стественно, друг и командир и наверняка с чем-то важным – без нужды он и впрямь не станет беспокоить. Кстати со времени последней встречи месячной давности выглядел он неважно. Демин присмотрелся внимательнее – ну да, все верно! Хотя изображение неустойчивое, рябит и путает цвета, все равно заметно, что лицо адмирала осунулось, а под глазами залегли темные круги.

– Ну что, насмотрелся? – буркнул с экрана Кольм. Интерес командора от него не укрылся. – Хорош?

– Да не очень, – честно ответил Илья.

Словно в ответ на эти слова экран вновь подернулся рябью,и пришлось ждать секунд пять, прежде чем связь восстановилась. Вот потому, мелькнула мысль, Кольм и решил использовать обычное видео, а не голосвязь. Объемное изображение все же куда более требовательно к качеству сигнала, и нормальный разговор вообще был бы невозможен. Интересно, откуда адмирал вообще звонит? Не из столицы же,там аппаратура мощная, проблем бы не было.

– Ну и хорош разглядывать, не девица, чай. Ладно, разговоры потом, сразу к делу, а то здесь аппаратура такая, что вот-вот навернется.

– Ты где вообще?

– На очередной передовой, – коротко пояснил Кольм,и, словно отрезав, продолжил рублеными фразами. – Все, не перебивай. Даю вводную. Сейчас пулей в штаб и там принимаешь комадование над местными военными. Мой приказ уже выслан. Сейчас объясню почему. В секторе триста семнадцать двенадцать ноль один противник зажал эскадру конфедератов. Наши подошли на помощь, но в результате зажали и их самих. И уйти они не могут, планету нельзя бросать. Эскадра с Великой Индии сможет добраться туда в два прыжка, остальным тащиться намного дольше. Однако есть опасения, что это не более чем очередная попытка связать максимальное количество наших сил в бою. Поэтому «Ретвизан» остается здесь и в случае чего прикроет,и даже сумеет продержаться до подхода подкреплений. Ты все понял?

– И с чего такая честь? – мрачно усмехнулся Демин. – Мне оборону планеты возглавить как-то не по чину. Лучше уж отправьте с эскадрой.

– Идиот! – Кольм словно взорвался, что на него было совсем не похоже. – До соответствия твоего чина никому дела нет! А у него обиды, видите ли, взыграли. Привычно погеройствовать захотел! Ноги в руки – и пошел. И, если тебя это настолько интересует, приказ о твоем восстановлении в звании давным-давно подписан. Так что цепляй адмиральские погоны,и попробуй только лопухнуться. Бегом готовится к обороне!

Ну что же, oбиды никуда не делись, пускай адмиральские погоны и подсластили слегка пилюлю, но игнорировать приказ Демин не мог. И потом, Кольм был прав на все сто: когда станут гибнуть люди, то не до чинов, и личное лучше отбросить дo более удoбного случая. Помассировав виски, командор – нет,теперь уже контр-адмирал – резко встал.

Следующие часы слились для Демина в один сплошной вялотекущий кошмар. Мало того, что вся большaя планетарная эскадра готовилась к походу – дело сaмо по себе весьма суматошное, так подготовка планеты к обороне вообще занятие,требующее недюжинных организационных способностей. Так мало того ему приходилось ещё и бороться при этом с собственными комплексами. Дело в том, что Демин никогда не возглавлял защиту планеты. Максимум, с чем ему приходилось иметь дело, это с тактическими оперативными соединениями, cиречь линкор и корабли эскорта. А сейчас одних только опорных крепостей и орбитальных станций, не считая дюжины корветов и его «Ретвизана», насчитывалось полтора десятка. Все это представляло собой сложнейший механизм, к которому еще требовалось приноровиться. ведь при всем при этом Илье необходимо было изображать каменную невозмутимость и абсолютную непрошибаемость. Это чтобы, значит, внушать уверенность подчиненным. Пожалуй,тольо Великий Космос ведает, каких усилий стоило ему контролировать не только внешний вид, но и свои эмоции. И это притом, чтo больше всего хотелось сейчас кого-нибудь пришибить, поскольку планетарные вояки не горели желанием подчиняться какому-то «космическому» выскочке.

Демин как раз шел к ожидающему его боту, чтобы отправиться на одну из орбитальных крепостей, когда ему сообщили о срочном вызове. И приоритет у него оказался такой, что пришлось на все плюнуть и бегом мчаться обратно по серым бетонным плитам космодрома в центр дальней связи – единственное, пожалуй, место на планете, где можно было гарантировать не только устойчивый разговор с любой точкой Империи, но и невозможность этот разговор подслушать.

С того дня, как Илья видел его в последний раз, император заметно изменился. Похудел, осуулся,и, наверное, мог бы служить олицетворением усталости, если бы не спокойный, цепкий взгляд. Военный конфликт – это, разумеется,тяжело, но императору уже не раз приходилось воевать – и побеждать. Сейчас перед Деминым стоял уверенный в себе человек, готовый тараном смести любое препятствие, и красные от недосыпа глаза Демина не обманывали. Человек, привыкший тащить на себе груз ответственности за огромную страну, был способен на многое, и границ его возможностей не знал, пожалуй, никто.