Чтение онлайн

Кто ж знал, что сохраненный сейчас номер подозрительного дрыща через пару лет станет контактом постоянного клиента "членогрыз" со всратой фоткой. Тем самым первым селфи дружку из паба с облеванным полутрупом.

Так почему слепой химик-то? Терпение, ребята, эта история бэкграунда еще на пару глав. Не забыли, что у нас происходит вообще в наше время? Давайте вернемся в ночь переговоров в пабе "Уиллс"!

Изображение сгенерировано нейросетью Midjourney, каждая генерация оплачена автором книги.

Билет по дешевке

Синди пудрит носик перед зеркалом. Напомаживает губы, с причмокивающим звуком растирая жирно-красную маслянистость верхней о нижнюю, пшикается духами, прореживает ресницы щеточкой для туши. Она сегодня идет в дорогое, элитное место, в напыщенную от пола до потолка пафосную-препафосную оперу.

И поверх своего макияжа натягивает черную бандитскую маску, аки мультяшный енот-воришка: ничего не скрывает по факту, но создает эффект личности инкогнито. В оперу она идет по особому билету, и название этому билету – гонорар от мистера… Как там его? Реймонд? Рональд? Райан? Она уже и забыла имя своего заказчика, но главное, что помнит время и место.

SAD – суперзлодейское агентство, предоставляющее соответствующие услуги. Миру оно известно, как организация злодеев, вершащих самые жуткие дела в Нью-Йорке; но правительственным скин-юзерам оно известно, как союзники и хлебная база для пиара. Мистер Реймонд оказался более зрячим, чем весь мир, а может сознательно пошел на договор с теми, в ком видел неподдельных злодеев, – и он бы не ошибался в этом.

Потому что Кейт, может, и получает денежки за то, что актерствует и притворствует, но после ее выступлений никогда не появляется табличка: "ни один человек или животное не пострадали".

Синди подмигивает себе в зеркало, по-девчачьи оставляет след от помады на ни разу не просанитаренной поверхности, где микробов наверняка не меньше, чем на ободке того же унитаза за спиной, и отворачивается, чтобы проверить, прихватила ли она свой деллинджер в расшитый бисером дамский клатч.

Вечер, большой театр. Кейт подбрасывает до места таксист-араб, совершенно не задающий вопросов: с Синди еще под десяток вооруженных головорезов с улицы за двести баксов час, ей этого хватит.

Дверца машины открывается, но прежде, чем блондинка вывалится в своем вечернем аутфите на улицу, ее одергивает Коллинз: дает наушники. Музыка в опере полный отстой, лучше послушать что-то нормальное, чем потом маяться от раскалывающейся головы из-за того, что кто-то вопил фальцетом на протяжение тринадцати минут.

В этом он прав. Оперу Кейт терпеть не может. Когда она воет так, что бокалы лопаются, никто не аплодирует!

Два наушника в уши, бомбический женский рэп о том, кто тут сучка и у кого тут кэш немного слышится даже несмотря на плотное прилегание наушников к ушам, и абсолютно не совпадает с образом грабительницы на каблуках.

Как и впрочем толпа немытых бычар за ее спиной, кто во что горазд: кто с битой, кто с волыной.

Синди чуть пританцовывает, пока поднимается по ступенькам, толкает ручкой дверцы и заглядывает внутрь, сталкиваясь с консьержем:

– Извините, уже все началось? Я тут немного опоздала. – Она заправляет прядь волос за ухо, хлопает ресничками под маской, неловко улыбается и заходит, копошась в клатче. – Так нервничаю, это мое первое… – Вытаскивает деллинджер. Резко меняется в лице, и голос падает вниз на пару тонов до грубого: – Ебучее ограбление.

Выстрел. Убийство, куда же без него. Они же злодеи!

Десяток спортиков обтекают Синди, как речка неподвижный камень, прорываются вперед и выбивают двери в зал.

Как бы громко это ни было, оно утонуло в громкости объемного звука оперы, и заставило оглянуться разве что последние ряды.

Кейт не стала прерывать славную партию, зачем? Она зашла, продемонстрировала пистолет, вытащила из клатча сложенный здоровый мусорный мешок и пошла по рядам. Шепотом, распинывая слушателей:

– Выворачивай кошель, дедуля. Давай-давай, живо, это ограбление блять! Дамочка, колье отдаем! Давай, не жмись, задница, оно подходит к моему коктейльному платью!

На нее шикают, к ней поворачиваются, возмущаются, получают еще пульку в лоб. Удивительно, но даже хлопок деллинджера тонет в завораживающих голосах, и это на сцену еще не вышла главная звезда постановки, ради которой большинство и пришло. Какая-то там Сирена, хз вообще кто это.

Очередь доходит до солидного бородача, лицо которого в приглушенном освещении не узнать, даже если знать и быть фанаткой Молота Справедливости (ну или Молота Правосудия) – скин-юзера, проявившего себя в боевых действиях, который ушел в отставку. Сейчас он держит охранное предприятие "Асгард", официальное собрание скин-героев, защищающих мир, по совместительству наняты в том числе и Корпорацией.

Здесь, господа, приоткрываем завесу тайны: Райан, он же Реймонд, – его агент. И, зная нелюбовь Молота к притворству, он не сказал подопечному о том, что ограбление заказное.

Что еще нужно запомнить, так это то, что Молот Справедливости носит имя Колин Болман.

"И вот я здесь…"

Вспоминая события, которым он был обязан своему присутствию на опере, Колин продолжал неравную борьбу с сонливостью. И тот факт, что он проигрывал, раздражал его еще больше. Куда больше чистого безделья глава отдела операций Асгарда не любил заниматься тем, что не приносило ему пользы. И раз уж он приперся сюда, значит, ему придется прослушать и попытаться понять буквально все. Как бы мучительно ни было.

Воплощая собой наивысшую сосредоточенность, Болман пропустил мимо ушей какой-то шум, отголосками пробивающийся через звуки музыки и пение. А затем какая-то самоубийца решила попачкать ему брюки.

– Прошу прощения? – даже если бы он приставил нож к горлу обратившейся к нему сумасшедшей, более угрожающе, чем сейчас, его вопрос бы не прозвучал. Естественно, она рассчитывала на другую реакцию. И, не получив желаемого, достала то, что называла "пистолетом", – А это даже мило.

Мужчина не торопится раскошелиться, несмотря на то, что его спутница уже изрядно подсобралась и может быть уже пожалела, что не надела на оперу нижнее белье – хоть какая-то впитывающая мембрана между ней, ее платьем и креслом.

"А вот это мило" – попадает прямо в перерыв, когда заканчивается одна песня в наушниках и начинается другая. У Синди сужается зрачок в нетерпеливом бешенстве, но она и пикнуть не успевает.

" Ммм,

I ain't tryna "

При виде крохотного ствола у Болмана даже бровь не дернулась. Зато само огнестрельное оружие рвануло вверх с такой силой, что пальцы обычного человека, державшего его, превратились бы в кашу. Используя этот "магический трюк" как способ отвлечь внимание, Колин в ту же секунду сорвался с места, намереваясь схватить незнакомку за горло и поднять над полом в лучших традициях супергероизма.