Чтение онлайн

…Эту благородную упавшую или еще не рожденную «Невозможность», – ты можешь воздвигнуть ее. Ты можешь, трудом души твоей, возвести ее в светлое бытие. Эта крикливая пустая Действительность, с миллионами в карманах; слишком «возможная», несущаяся мимо с расшитыми трубачами, трубящими вокруг нее, и со всем миром, сопровождающим ее в качестве немых или громогласных холопов, – ты не сопровождай ее. Или не говори ей ничего, или скажи глубоко в своем сердце: «Громкотрубящее Небытие! Никакая сила труб, платежей, Лонгакрского искусства или всего человеческого холопства не сделают тебя Бытием; ты – Небытие и обманчивый Призрак, проклятый более, чем это кажется. Проходи, во имя Дьявола, непочитаемое по крайней мере одним человеком, и оставь путь свободным!»

Не на равнинах Илиона или Лациума, совершенно иных равнинах или местах могут отныне быть совершаемы благородные дела. Не на равнинах Илиона, насколько менее – в гостиных Мейфэра139! Не в победе над несчастным братом-Французом или над Фригийцами; но в победе над ётунами Мороза, Исполинами Болот, Демонами Раздора, Праздности, Несправедливости, Неразумия и Хаоса, вновь воцарившимися. Ни один из древних Эпосов более не возможен. Эпос Французов или Фригийцев был сравнительно невысоким Эпосом. А эпос Ухаживания и Кокетства, что это такое? Нечто, что исчезает при пении петуха, начинает чуять утренний воздух! Охраняющая охоту Аристократия, как бы успешно она ни «запускала свои леса», не может избежать Искусного Ловчего. Охота может быть хороша; затем она может быть безразлична, и мало-помалу ее совсем не будет. Последняя Куропатка Англии, Англии, где миллионы людей не могут добыть хлеба на пропитание, будет застрелена и прикончена. Аристократы с обросшими подбородками найдут себе иную работу, чем забавляться игрой в серсо.

Но к вам, Труженики, к тем, которые уже трудятся и стали как бы взрослыми мужами, благородными и почтенными в своем роде, вот к кому взывает весь мир о новом труде и благородстве! Победите смуту, раздор, широко распространившееся отчаяние мужеством, справедливостью, милосердием и мудростью. Хаос темен, глубок, как Ад. Дайте свет, – и вот вместо Ада – зеленый, цветущий Мир. О, это величественно, и нет иного величия. Сделать какой-нибудь уголок Божьего Творения немного плодороднее, лучше, более достойным Бога; сделать несколько человеческих сердец немного мудрее, мужественнее, счастливее – более благословенными, менее проклятыми! Это – труд ради Господа. Закоптелый Ад смуты, дикости, отчаяния может, при помощи человеческой энергии, быть сделан некоторого рода Небом. Он может быть очищен от копоти, смуты, потребности в смуте. И над ним также раскинется вечный свод Небесной Лазури; и его хитрые машины и высокие трубы станут как бы созданием Неба; и Бог, и все люди будут взирать на них с удовольствием140.

Не оскверненный гибельными отклонениями, пролитыми слезами, или кровью человеческого сердца, или какими-нибудь искажениями Преисподней, благородный производительный Труд будет, становясь все благороднее, идти вперед, – великое единственное чудо Человека, с помощью которого Человек поднялся с низин Земли, совершенно без преувеличения, до божественных Небес. Пахари, Ткачи, Строители, Пророки, Поэты, Короли, Бриндлеи и Гете, Одины и Аркрайты; все мученики, благородные мужи, боги, все они – одно великое Воинство; неизмеримое, шествующее непрестанно вперед, с самого начала Мира. Громадное, всепобеждающее, венчанное пламенем Воинство. Всякий воин в нем благороден. Пусть скроется тот, кто не от него; пусть он трепещет за себя. Звезды на каждой пуговице не могут сделать его благородным; этого не сделают ни целые груды орденов Бани и Подвязки, целые бушели Георгов141, никакие иные уловки, а лишь мужественное вступление в него, отважное пребывание в нем и шествие в его рядах. О, Небеса, неужели он не одумается! Ведь и он столь необходим в этом Воинстве! Это было бы таким благословением для него и для всех нас! В надежде на Последнюю Куропатку и на какого-нибудь Веймарского Герцога среди наших Английских Герцогов мы будем еще некоторое время терпеливо ожидать.

И Радость, и Горе

В Грядущем таятся;

И люди стремятся

Вперед, не бояся

Того, что в нем скрыто.

Примечания

1Закон о бедных – принятый в Англии в 1834 году закон, который был призван упорядочить систему помощи бедным и сиротам. В соответствии с этим законом бедняки, обращавшиеся за помощью, направлялись в дома призрения – работные дома, где царил жестокий, полутюремный режим. Предусматривалась обязательная работа в пользу благотворительных обществ, приходов, в ведении которых находились эти дома.

2Потоси – месторождение серебра в Боливии, в XVII–XVIII веках на него приходилось около половины мировой добычи серебра.

3Башня Голода Уголино. – Граф Уголино делла Герардеска, родом из знатной феодальной семьи, в 1284–1285 годах стал правителем Пизы. В 1288 году он был свергнут своими политическими противниками во главе с архиепископом Руджери дельи Убальдини и вместе с двумя сыновьями и двумя внуками замурован в башне, где все они умерли от голода в начале 1289 года. Этот исторический факт был использован Данте. В тридцать второй и тридцать третьей песнях «Ада» Уголино изображен гложущим затылок заточившего его Руджери. Гаддо – малолетний сын Уголино.

4 Плач Иеремии, 4:10.

5Хлебные законы – законы, принятые в Англии в XV–XIX веках с целью регулировать ввоз и вывоз зерна и других сельскохозяйственных продуктов. Действовали они в интересах землевладельцев и усугубляли бедственное положение масс. Особенно сильно это сказалось в «голодные сороковые годы» XIX века, когда усилился экономический кризис, выросла безработица, произошли массовые выступления (чартизм). В 1846 году законы были отменены. Их отмена считалась крупной победой промышленной буржуазии над земельной аристократией.

6Мидас – в греческой мифологии славившийся своим богатством царь Фригии, попросивший у богов превращать в золото все, к чему он ни прикасался, но в золото стала превращаться и пища, что грозило ему голодной смертью. За проступок перед Аполлоном он был наделен ослиными ушами, о которых, как ни старался он их прятать, знали все.

7 Здесь и далее Карлейль обыгрывает практику рекламирования сильнодействующих лекарств, чреватых нередко смертельным исходом, что нашло отражение в печати.

8Даунинг-стрит – улица в центральной части Лондона, где находятся резиденции премьер-министра и канцлера казначейства (в переносном смысле это название означает английское правительство).

9 Билль о реформе был принят в 1832 году и означал первую реформу английского парламента (вторая парламентская реформа – в 1867 году, третья – в 1884 году). Он внес изменения в систему парламентского представительства, предоставил право голоса средней и мелкой торгово-промышленной буржуазии. Это право получили новые промышленные центры, и вместе с тем были упразднены некоторые т. наз. «гнилые местечки» (безлюдные избирательные округа в небольших населенных пунктах, где депутатами фактически назначались угодные местным лендлордам люди). Был снижен также имущественный ценз, в результате чего число избирателей увеличилось вдвое и достигло 30 % населения.

10Вопрос Сфинкса. – О нем Карлейль говорит в гл. «Сфинкс» первой части книги. Он сравнивает со сфинксом природу, в которой проявляется мудрость и наряду с этим нечто темное, хаотическое. Отсюда и вопросы, которые она задает человеку: «Понимаешь ли ты смысл нынешнего дня? Что можешь ты сегодня сделать? Что можешь ты попытаться сделать, проявив благоразумие?» Сфинкс-природа ставит свои вопросы как перед человеком, так и перед каждой эпохой, каждым народом. Человек, неверно отвечающий на них, попадает в его звериные лапы (см. отрывок из этой главы в «Этике жизни», разд. I, 10).

11Зауэртейг – персонаж, придуманный Карлейлем, что характерно для его писательской манеры. На немецком языке это слово означает «кислое тесто, закваска, зануда». На протяжении книги Зауэртейг выступает в основном как персонаж-резонер и критик.

12 Так называли хартию чартистов.

13Расширение Церкви. – Возможно, речь идет о тех процессах, которые происходили в церковной жизни в первой половине XIX века. Это прежде всего более либеральное отношение к диссентерам – представителям религиозных направлений, не придерживающихся догматов официальной англиканской Церкви (например, т. наз. «эмансипация католиков» – отмена парламентом в 1829 году ограничений их прав: занимать государственные должности, быть избранным и т. п.). Все это увеличивало ту часть верующих в самой церкви, которая не связывала себя строгим исполнением догматов англиканства. В узком смысле слова (и, по всей вероятности, Карлейль и имеет его в виду) – это произведенное перераспределение приходов, с тем чтобы в связи с указанными процессами не снижались, а, напротив, повышались доходы англиканского духовенства.