Чтение онлайн

то ждал.

А в доме появился новый посетитель. Гость пришел с противоположной стороны от

той, где стояли Вейлин и Асурей. Женщина была в одеянии монашки и капюшоне на

голове. Она сняла капюшон, остановившись перед Ганнером. Как и ожидалось, это была

Мора.

– Как Шениера? - раздался из зеркала голос Ганнера. Священный инструмент

Асурей, похоже, мог передавать и звук.

Шениера была дочерью Моры, ей было всего три года.

– Девочка уже спит, - Мора села рядом с Ганнером и выдохнула.

– Устала?
– сказал из зеркала Ганнер.

– Думаю, да. Она весь день играла в прятки в доме.

– Нет, не Шениера. Ты.

– А что я?
– Мора горько усмехнулась. Она прижалась щекой к плечу Ганнера. Было

удивительно видеть их двоих такими мирными.

– Я удивлена. Они кажутся не такой и плохой парой, - сказала громко Асурей.

– Точно. Но мы обычно и не можем такое видеть, - отметила Вейлин и задержала

дыхание, чтобы слышать разговор из зеркала.

– Почему нужно было встречаться в этом доме? Почему не в нашей комнате?

– О чем ты? Здесь нет служанок. Монашки не врываются посреди ночи. Где еще

можно так поговорить?

– Можно было запереться...

– И как ты это объяснишь? И если пойдут слухи?

– Верно.

Ганнер вздохнул. Мора вдруг погладила ладонью шею Ганнера.

– Ганнер, ты так стараешься поддержать... А я больше не могу...

Мора всхлипнула и уткнулась лицом в грудь Ганнера. Кьема-мышка не ожидал от

нее такого слабого голоса, такого поведения. Он считал ее уверенной и сильной.

– Хмм, - Асурей заинтересованно смотрела на зеркало.

– Нормально, что мы это смотрим?
– спросила Вейлин, Асурей не ответила.

– Я не могу руководить Храмом. Этого слишком много... Как я могу...?

– Мора, не говори так. Ты хорошо справляешься...

– Это все твоя поддержка... Без нее я бы уже сдалась, Ганнер.

Ганнер обхватил плечи Моры и погладил ладонью.

– Ганнер, я люблю тебя...

Вейлин схватила Асурей за воротник и потащила от зеркала.

– Идем. Такое смотреть нельзя.

Асурей с холодным видом стряхнула руку Вейлин.

– Не глупи... Нас никто не видит, а они могут вот-вот перейти к нужной теме.

Вейлин с неохотой вернулась к зеркалу.

А Мора в зеркале начала жаловаться Ганнеру.

– Леура-доно так не расклеивалась.

– Леура-доно?

– Да. Я так не могу. Почему я не такая? Какая же я глупая, глупая, глупая...

– Это не так.

– А вот и нет. Я глупая. Мне далеко до Вейлин, которая умудряется руководить всем

и все успевать вовремя!

Мора несильно стучала кулаком по Ганнеру, а тот безмолвно слушал.

– И Чамо такая глупая! И родители ее не лучше! Как ее можно чему-то научить?

Ролония! Ленель! Это все бесполезная затея!

Мора продолжала жаловаться на монашек, которые не работали, на торговцев,

которые отказывались платить, слабых наемников. Темы возмущений резко менялись.

Она не трогала только Ганнера и их дочь.

Выговорившись, Мора заплакала.

– Разве такая команда может одолеть Маджина? Что мне делать? Так победы не

видать...

Мора всхлипывала какое-то время.

– Раз все так сложно, ты бросишь все и уйдешь?

– А так можно? Здесь ты. Здесь Шениера. И есть только путь сражений.

Мора посмотрела в глаза Ганнеру.

– Я люблю тебя, Ганнер. Я буду сражаться ради тебя и Шениеры.

– Знаю. Я тоже тебя люблю, Мора.

– О, я так тебя люблю...

Вейлин и Асурей молчали, слушая разговор из зеркала. А потом Асурей тихо

сказала:

– Вейлин... Это нельзя никому рассказывать.

– Я тоже так думаю, - согласилась Вейлин.
– Если все узнают, что ситуация такая, все

будут потрясены. Ролония вообще в себя не придет.

– Точно, - шелковым голосом сказала Асурей.

– Асурей? Ты смеешься?
– спросила Вейлин. Плечи Асурей подрагивали, это заметил

и Кьема-мышка.

– Не смеюсь.

– Значит, не смеешься?

– Не смеюсь...

В зеркале Мора крепко обнимала Ганнера, перестав жаловаться. А потом Мора

сказала слабым голосом:

– Ганнер, можно называть тебя как в старые времена?

– Старые?

– Когда мы начали встречаться?

– О, хорошо.

Щеки Моры покраснели, и она сказала:

– Старший брат...

И Асурей тут же рассмеялась.

– Эй, нельзя над таким смеяться.

– Прости... Не сдержалась.

Асурей зажала рот. Ее тело содрогалось.

– О, старший брат, можно сесть тебе на колени?
– по-детски сказала Мора в зеркале.

– Хорошо, кроха.

Ганнер сдвинул колени, и Мора уселась на них. И прижалась к Ганнеру. Асурей

отчаянно подавляла смех.

– С их разницей в возрасте он вполне мог быть ей старшим братом...

От этих слов Вейлин Асурей затряслась еще сильнее. Она возмутилась, Вейлин лишь

пожала плечами.

– Ты слишком редко смеешься,

Вейлин.

– Ну... я делаю это, когда никто не

видит.

– Я и подумать не могла...

Мора в зеркале прижалась носом к

шее Ганнера, как щенок.

– Старший брат вкусно пахнет.

– Вот как? Ты пахнешь вкуснее.

– Скажи, старший брат, - Мора

посмотрела в глаза Ганнеру. - Мора

милая?

Этого хватило, чтобы Асурей

побежала за дом, зажимая руками рот. Она

чуть не раздавила Кьема-мышку, который

прятался в той стороне. Тот переместился,

чтобы видеть всю ситуацию, и обнаружил

Асурей в тени дома. Она хохотала,

держась за живот.

– Тише ты, Асурей. Тебя услышат, -