Чтение онлайн

Голдофа тревожили мысли о Нашетании. Он любил ее. Он не мог говорить при ней

нормально. Особенно наедине с ней. А он хотел, чтобы однажды они могли просто весело

поболтать, как все остальные.

В простой одежде она была красивее всего. Он хотел видеться с ней, но было больно

от того, то он не мог при этом должным образом говорить с ней. И было невежливо со

стороны вассала испытывать романтические чувства к лорду.

Временами он не мог простить себя. Он почти ни о чем не мог думать, когда видел ее

с чуть растрепанными волосами.

– Как рыцарь... как человек, я не подхожу для того, чтобы быть чьим-то подданным.

Прошу, позволь мне забыть о таких чувствах. Верни мне чистый разум.

Голдоф не мог жить с такими чувствами. Он был не против лишиться сердца.

* * *

– Это дитя... никак не выразит чувства ко мне, - сказала Нашетания Газамару, теребя

волосы.

– Да, похоже, он их скрывает.

– Бедняжка. Хоть все и знают о них.

Знали, конечно, не все. Но об этом догадывались почти все рыцари, слуги и стражи

Нашетании. Может, знали и приемные родители Голдофа. Газамар не знал, зачем он

пытается скрыть это. Многие мужчины влюблялись в Нашетанию. Даже Газамар бы так

сделал, будь он лет на десять младше.

– Пока есть принцесса, Голдоф ни на кого не посмотрит.

– Хмм, - издала Нашетания удивленный звук.

Полгода назад Нашетания отдала Газамару приказ найти Голдофу чудесную

девушку. И хотя это было задание не для рыцаря, Газамар принял его. Голдоф был ему как

младший брат.

Если бы он знал, как сложно это будет, он бы отказался. Газамар знакомил Голдофа с

огромным количеством девушек. Дочери аристократов, рыцарей, правителей.

Танцовщицы и актрисы. Он даже искал девушек из родного города Голдофа, искал его

друзей детства.

Голдофа никто не интересовал. Если он и предлагал что-нибудь, так это остаться

друзьями. И задание никак не выполнялось.

– Она не была милой? Рупирия-сан?

– Для ребенка, может, она и была милой.

– Какое скучное дитя. Может, стоит устроить немного веселья?

– Возможно, - задумчиво сказал Газамар.

– Даже с Савией не вышло... Все мужчины мира хотели бы заполучить ее в жены.

– Значит, бывают исключения.

– Не нравится мне эта его черта, - говорила Нашетания, заплетая волосы. Она все еще

думала, как найти Голдофу девушку.

– Почему это важно так, будто от этого страна будет в беде? - Газамар говорил

необычно в стиле Батуара, и Нашетания скривила губы.

– Газамар, я делаю это для Голдофа, этого дитя, моего драгоценного вассала. Хочешь

сказать, что смешно, что я думаю о вассале?

– Я не могу такого сказать.

– Я переживаю каждый день, а это плохо для тела. И он так напрягается при виде

меня... я не могу на это смотреть.

– Хмм.

– Думаю, будет проще, когда у него появится возлюбленная.

Нашетания размышляла. Она доплела волосы, опустила руки, а потом принялась

создавать клинки и бросать, куда попало.

– Не понимаю. Он много думает, но почему он думает о странностях?

* * *

Голдоф продолжал молиться у статуи Святой Одного Цветка. Просил о разуме. Он

не очень-то верил, что Святая поможет ему. Но он так страдал, что решил использовать

такой шанс.

– Она все для меня. Это не изменится до моей смерти. Но я люблю ее слишком

сильно. И порой у меня появляется желание. Уничтожить все, что тревожит ее.

Голдоф был полон сомнений. Перед подданными Нашетания не улыбалась. Но она

вела себя активнее всех в стране.

Но была ли она такой внутри? Как долго ее плечи смогут держать на себе вес

страны? От этих мыслей в Голдофе просыпалось яростное желание.

Убить. Убить короля. Принцев, что не были верны Нашетании. Королей других

стран, что угрожали им. И если Нашетании стала бы причинять боль страна, он был готов

уничтожить страну.

– Знаю, она сейчас этого не захочет. Так что прошу, верни мне чистоту разума.

Святая не отвечала. Голдоф продолжал молиться.

* * *

Нашетания думала какое-то время и зевнула. Газамар вдруг решил озвучить мысли:

– Принцесса, может, стоит как-то иначе подойти к выбору возлюбленной для

Голдофа?

– Нет. Даже если вы сможете их свести, проблемы дитя это не решит. Все так и

останется, - заявила Нашетания.
– А девушка будет страдать.

– Да... но...

– Подруга детства не подошла, служанка не подошла, даже красавица всей страны, -

Нашетания раздраженно стукнула ладонью по столу.
– Нужно найти кого-то еще.

И тут снаружи стало слышно голос Батуара, ее стража.

– Принцесса, что-то случилось. Знаю, вы заняты, но дело ждать не может, - говорил

Батуар Нашетании. Он не вошел, ждал снаружи. Наверное, знал, что она в плохом

настроении.

– Газамар, Не говори об этом задании Футсу и Батуару.

– Понял.

Футс был премьер-министром, а Батуар - стражем принцессы. Они постоянно

критиковали Нашетанию.

Им не стоило знать о ее приказе.

– Оставим пока разговор. Продолжим завтра. Поищи что-нибудь еще. Что-нибудь

интересное, - быстро приказала она, склонившись к Газамару. Она словно выбросила

приказ на него. Газамар хотел остановить ее, попросить объяснить подробнее. Уходя,

Нашетания направила на Газамара палец.
– Я сдаваться не собираюсь. И вы не смейте.

Сказав это, Нашетания быстро покинула столовую.

– Прости, Батуар, я слушала историю Газамара, как Голдоф стал сильнее. Я совсем

забыла о времени.

– Хм, что он может вам поведать? Я буду и дальше помогать принцессе.