Чтение онлайн

Через простую, без всяких надписей, дверь он ворвался в стерильный монохроматический отсек комнаты технического обслуживания.

Четыре человека в белой форме техперсонала застыли, глядя на него со своих стульев. Все четверо съежились так, словно заранее уклонялись от удара, но, похоже, ничуть не удивились, а один даже поднял руки ладонями вперед.

– Стой! – сказал он и погладил воздух так, словно Хари был злой собакой, которую можно остановить строгим тоном и спокойными движениями. – Это была техническая неисправность, ясно? Техническая неисправность!

– Вы врете еще хуже, чем я. – Хари шагнул к нему. – Что случилось? Почему меня выдернули? – И, сделав еще шаг, оскалился. – Если ты начнешь говорить раньше, чем я подойду к тебе вплотную, я, так и быть, ничего тебе не сделаю.

– Председатель Кольберг… – У техника сорвался голос, и он закашлялся, но потом продолжил: – Председатель Кольберг… э-э-э… ждет тебя в своем офисе…

– Он сказал это по телефону? – Хари прислонился к спинке откидного кресла за пультом помрежа и почувствовал, что кожа еще теплая. – Нет… Он был здесь, так? Он говорил не из офиса… Он сам был здесь.

Тепло кожаного кресла, которое он ощущал сейчас, передалось ему от дряблой, влажной плоти Кольберга. От одной мысли об этом у Хари подкатил к горлу ком, и он с гримасой отвращения отдернул руку. Он заметил крупную, похожую на гриб кнопку экстренного извлечения. Раньше она светилась, теперь была мертвенно-серой. Но в воображении Хари она светилась ярким тревожным светом, когда на нее опускался пухлый потный кулак Кольберга. На какой-то момент он погрузился в кровожадную мечту о том, как будет отрывать на этой руке пальцы и один за другим засовывать их жирному придурку в глотку: он даже встряхнул головой, отгоняя навязчивый образ, но тот не хотел уходить.

– В офисе, значит?

– Да, и… и, Кейн? Он уже… э-э-э… вызвал охрану – еще до того, как ушел отсюда. Чтобы они отвели тебя к нему.

Хари кивнул:

– Это на него похоже.

Он понял, что перепуганный технарь пытается помочь ему, предостеречь о чем-то. А еще он понимал, что уже поздно.

– Что ж, спасибо, – сказал он и вышел.

Они ждали его за дверью, в коридоре.

Трое сотрудников безопасности Студии, в полной экипировке: ярко-красные доспехи из карбоноволоконной керамики на подкладке из сорбатана, зеркальные антилазерные щитки на шлемах опущены, канистры липкой пены пристегнуты к поясу, электрические винтовки Вестингауза с патронташами на сотню гелевых зарядов на груди.

Едва он появился, они с механической четкостью роботов двинулись к нему. Рабочие.

Среди сотрудников давно ходили слухи, что Студия взяла в отдел охраны группу преступников, переделанных в киборгов. Процесс переделки заключался в том, что у людей полностью отключали высшую когнитивную деятельность мозга, зато повышали покорность; киборги не могли даже помыслить о том, чтобы ослушаться данного им приказа.

Завидев Хари, один из них ровным, лишенным эмоций голосом сказал:

– Ты пойдешь с нами.

И Хари как-то сразу утратил всякое желание придумывать причину для сопротивления. Он только пожал плечами и продолжал идти, а они окружили его со всех сторон, подстраиваясь под его шаг.

Секьюрити вывели его из служебного коридора к покрытым позолоченной филигранью дверям персонального лифта Председателя и набрали комбинацию клавиш на заблокированной для взгляда панели. Скоро лифт уже нес их вниз, в подземные глубины Студии, где находился кабинет Кольберга.

Там, внизу, глубоко под студийной башней, было прохладно. Хари вспомнил, что, когда он был здесь в последний раз – целую жизнь тому назад, – прохлады почти хватало на то, чтобы Кольберг не потел, – почти, но не совсем. Стоило ему только представить тошнотворную, серую, как лежалое тесто, физиономию Кольберга, которую ему предстояло увидеть сейчас, и Хари почувствовал, что еда, которую он наспех заглотил где-то в Крольчатниках, комом подкатила к горлу.

Дверь кабинета была открыта, оттуда раздался голос Кольберга:

– Майклсон, входи. Садиться не стоит.

Секьюрити остались в коридоре, но, войдя, Хари увидел в кабинете еще троих таких же: они были неразличимы, точно новехонькие авто с одного конвейера.

Кольберг сидел за своим столом и выглядел еще отвратительнее, чем обычно, если такое возможно. Тусклый свет ночного небосклона, который показывал экран за его спиной, придавал зеленоватый оттенок его коже и делал еще более контрастными темные круги под глазами. Двойной подбородок и дряблые щеки обвисли, тонкие губы рептилии сложились в горькую складку. «Значит, ему тоже плохо спится в последние дни», – понял Хари.

– Я только что говорил с Советом, – продолжил Кольберг, – и у меня… гм… проблемы.

Глубокое чувство удовлетворения охватило Хари – значит, ублюдок все же не уйдет от ответа, – но следующие слова Председателя показали ему, как глубоко он ошибся.

– Проблемы потому, что я не отозвал тебя вовремя. Я был там, в комнате техподдержки. И это я нажал кнопку экстренного извлечения. Совет управляющих доверил мне это право, однако теперь моя карьера висит на волоске потому, что я применил его слишком поздно. Я проявил слишком много снисходительности и позволил тебе очень далеко зайти.

Хари почувствовал, как по шее пробежали мурашки – наверное, из-за дула винтовки, которая уткнулась ему прямо в затылок; только это не позволило ему метнуться к Кольбергу и вцепиться ему прямо в глотку.

– Может быть, объясните мне, что я сделал не так, Администратор, – сказал Хари, едва не подавившись официальным обращением.

Кольберг уперся локтями в стол и сложил ладони домиком на уровне лица.

– «Тот, кто делает мирную революцию невозможной, делает кровавую революцию неизбежной», – отчетливо произнес он. – Ты знаешь, чьи это слова?

Хари нахмурился:

– Кеннеди – Джона Кеннеди, одного из лидеров старого…

С неожиданной силой ладони Кольберга ударили по столу.

– Нет, Труженик неумытый! Это твои слова!

Хари как громом пораженный слушал, пока Кольберг пересказывал ему свой недавний диалог с Советом управляющих; с каждым словом Председатель распалялся все больше, под конец он уже вскочил с кресла, размахивал руками, брызгал слюной.

– …И последний, самый тупой шаг за всю твою безмозглую карьеру – ты выходишь и на всю аудиторию, которая, на минуточку, состоит из ста пятидесяти тысяч первоочередников, заявляешь, что Студия, то есть мы, «Приключения без границ», корпорация развлечений, отдали тебе приказ убить главу государства!

Вся боль и гнев, которые накопились в нем за последние часы, вскипели в его груди. Так, значит, они выдернули его из Анханы и этим убили Шанну из-за политики?

Чтобы этим спасти свой имидж.

Жилы на шее Хари напряглись, и он невольно набычился, словно готовясь кинуться в атаку.

– Я сказал правду.

– Правду! – презрительно фыркнул Кольберг. – Ишь какой поборник правды выискался! Что ж ты тогда не скажешь своим дружкам из Анханана, кто ты такой на самом деле? Не расскажешь Таланн, как ты нашел ее в Донжоне? Не говори мне о правде, ты, тот, кто всю свою жизнь строит на лжи!