Чтение онлайн

— Какое именно? — подобные квесты были нам привычны.

— Выяснить, что случилось с Арбитрами. С ними уже несколько поколений отсутствует связь, и я крайне беспокоюсь, что могло случиться. Арбитры столь же необходимы для выживания нашего мира, как Герои, Часы и… ещё кое-что, о чём вам знать рано.

Мы сражались до упада.

Силы есть — ума не надо.

Не пойдем теперь на штурм.

Нету силы, нужен ум.

Мультфильм «Новые Бременские», «Силы нету — нужен ум»

Хоть в отца он всей повадкою,

Всё равно чужой отцу.

Ох несветлой, ох несладкою,

Жизнь явилась молодцу.

Что ж тут плакать? Поделом.

Не рождайся байстрюком.

Фильм «Гардемарины, вперёд!», «Песня байстрюка»

Сэйбер, Герой Меча:

Голова… голова раскалывалась.

Да, я думала, что я привыкла к ментальным коммуникациям, обеспечиваемым тем же Мечом Туунбака, но когда в моей голове одновременно поселились сотни, тысячи голосов…

Память моей матери… память её матери… память первых кельтов, пришедших на острова… память шаманки, чертящей охрой медведя перед охотой на стенах пещеры. Живой сборник воспоминаний. И все эти личности жили во мне, сотни поколений. Это вам не пати из десятка рабов!

Король Рыцарей открывает глаза. Это всего лишь испытание, извлечение меча из песка… из камня. Вот только эти песчинки воспоминаний хорошо бы просеять.

Хорошо быть королём. Просто замечательно. В том смысле, что когда твою родословную формировали веками вожди да короли, база данных по интригам таковых в голове не помешает. Особенно, когда собственно память принадлежит их жёнам, которые не могли себе позволить роскошь в духе «сила есть — ума не надо», присущую значительной части героев-мужчин — а власти желали зачастую не меньше (и уж точно все хотели жить). По сути дела, эволюция человеческих конфликтов от эпохи Берсеркера до эпохи Арчера была куда больше эволюцией инструментов, чем психологии.

А вот эволюция психологии… это огромный океан песчинок-личностей, через которые мне сейчас и надо просеять себя. Теперь, по крайней мере, я на это способна. Хотя человеческая личность не выдержала бы такое. Но Слуги и не являлись людьми.

А просеивать песок пришлось со вполне конкретной задачей. Надо мне, наивной, учиться разбираться в дворцовых интригах, и желательно куда лучше, чем умеет мой Мастер. Слепое следование чести зачастую заставляет делать глупости, что бесчестные люди считают аргументом в свою пользу. Но ключевое не «следование чести» — истинному рыцарю проще отказаться дышать, принимать воду и пищу, чем презреть честь. Ключевое «слепое». Слепцом быть не позволено никому. И сейчас у меня было больше чем достаточно воспоминаний о случаях бесчестного поведения, чтобы постараться грамотно разобраться с тем, что здесь происходит.

Через две с небольшим недели Мелромарку грозила вторая Волна. Мы уже сталкивались с Волнами, знали, что это такое. Однако тут, на «родной земле», это совсем иная тактическая задача, чем в безлюдной пустыне.

Может так статься, что придётся оборонять и крупный город, и много что другое. Первая Волна накрыла город в провинции Сеавет. Вскоре после убийства его губернатора, оставившего несовершеннолетнюю наследницу. Что заметно снизило эффективность жителей при обороне.

Если бы я верила в то, что у неприятностей существует реальный закон совпадений — хотя в случае с тем же Лансером это всё же факт реальности — я бы поставила на то, что следующий удар придётся по Рейхнотту. Слишком уж много провинций оказались под руководством несмышлёных юных девушек — будь то бывшая фрейлина принцессы Мелти и знаток ездовых филориалов Кармела Рейхнотт, которую семья в принципе рассматривала не в наследницы, а в выгодные невесты (с учётом старшей сестры и молодого красивого кузена это было понятно, но форс-мажор есть форс-мажор)… или юная и невинная Мариа Трилориал… или Эклер Сеавет.

Ситуация матриархата, помноженная на отсутствие гендерных ограничений в SMS, на самом деле выдавала порой интересные вещи. Ситуация, которая на Земле была редкостью в женском варианте — пустоголовый красавчик, одержимый рыцарской честью в книжном варианте да турнирами, пусть и очень неплохой боец — тут случилась. Именно с наследницей семейства Сеавет.

На самом деле турнирный боец в этом мире — существо специфическое. Если бойцовые рабы на аренах дерутся насмерть, и соответственно, получают полный опыт за убийство противника, то на турнире летальный исход является форс-мажором. Потому у прославленных турнирных бойцов имелось огромное количество очков фехтовального и копейного Мастерства… и иногда очень низкий уровень. Десятый в случае Эклер Сеавет, так как девушка полностью посвятила себя турнирной подготовке, и экспу добывала только на охоте, которой уделяла мало времени.

И за какое-то преступление эту грозную, но наивную красавицу сейчас держали в тюрьме, при этом совершенно непонятно, что творилось в её родовых землях. Причём непонятно было даже королю — новости поступали с большим опозданием и путаные. Церковь, разумеется, знала, что происходит, возможно, приложила к этому руку, но делиться не спешила. Самый очевидный вариант — святоши устанавливали там свой контроль, то ли посадив ручного князя, то ли вовсе введя прямую теократию. Очевидный — и неправильный, потому что в Сеавете у церковников банально не хватило бы людей. Там была наибольшая доля нелюдей в населении из всех регионов, там был почти прямой контроль королевы за ходом событий (лорд Сеавет — на 120 % её человек), и наконец, там имели свои епархии церкви Четырёх и Щита — Сеавет был единственным регионом, где их деятельность разрешена. Так что человека со знаком Трёх Оружий здесь со спокойной душой посылали лесом.

Да, Церковь Трёх могла бы организовать в Сеавет полноценное военное вторжение — технически могла, сил бы на это ей хватило. Но это бы породило слишком много вопросов к ней как со стороны королевской четы (причём их бы задавали оба супруга, хором, отложив по такому случаю все разногласия), так и губернаторов других регионов. Потому что хотя легальные вооружённые силы у Церкви имеются, официально они не превышают одной дивизии — а для захвата Сеавета нужны минимум три (и это при условии, что его будут защищать только регулярные войска и не подтянется ополчение — а оно подтянется, против церковников местные будут биться с большим энтузиазмом). Воевать же с целым Мелромарком святоши пока не готовы (хотела бы я знать, какие конкретно сроки подразумевает это тревожное «пока»).

Если власть захватил кто-то из местной знати рангом пониже или ставленник одной из соседних провинций, то почему он до сих пор не прислал в столицу запрос на утверждение? Олткрей утвердил бы почти любого, кто не нравится Мирелии, а Мирелия… А Мирелия всё ещё за границей. Получается, нынешний фактический правитель Сеавета из её лагеря? И сейчас выжидает, пока она приедет, чтобы легализоваться, так как от короля боится получить отказ? Разумно с точки зрения политики, но вот ни черта не разумно с точки зрения защиты от Волн. К подобному бедствию невозможно подготовиться, работая тайно, да ещё и в изоляции. Тут нужны скоординированные усилия всей страны.

Просто отправиться в Сеавет (лично или через моего представителя с печатью) и сказать там «кончайте страдать ерундой, вот королевский указ о легализации» я не могла. Во-первых, такой указ из Олткрея не выбьешь, а во-вторых, меня по-прежнему воспринимают как личного Героя короля и в несколько меньшей мере — ставленницу Церкви Трёх. Не до такой степени лояльную им, как Герой Копья, возможно отчасти даже сочувствующую зверолюдям, но всё же… То есть доверия ко мне от партии королевы — ноль без палочки.