Чтение онлайн

— Ты ещё и умирал гораздо больше трёх раз, это наверно тоже картинку путает, мы хоть по смертям посчитать можем, — сочувственно кивает Арчер. Возможно, за его сочувствием кроется насмешка, но если так, то прямолинейный грек вряд ли её расшифрует. — И да, чтобы вас с толку не сбивать, уважаемые временные союзники — мой четвёртый вариант истории — это в роли Мастера, а не слуги. Ещё до того, как я заключил контракт с Миром. Думаю, здесь и сейчас будет глупо скрывать, что в отличие от вас всех я был призван из будущего, и что моё реальное имя — ЭМИЯ Широ.

— Временные?! — вскидывается Сэйбер.

— Остынь, — вздыхаю. — Ты ещё не поняла в ходе трёх Войн, что Арчеру тебя нравится бесить? Чем больше ты будешь злиться, тем больше он будет допускать подобных оговорок. Ты — это всё, чем он хотел быть, но не смог стать. Вот и пытается в твоём лице разделаться с прошлым, раз уж тут юной версии Эмии нету. Только на словах, правда — он не так циничен, как пытается казаться, и убить тебя не сможет.

Теперь меня взглядом прожигает уже Арчер:

— Предлагаешь проверить здесь и сейчас, смогу ли я?

— Предлагаю, но не оружием. Я бы с тобой подраться не против, но это будет выглядеть слишком некрасиво перед нашими хозяевами. Так что в качестве доказательства — просто откажись от всех претензий на Артурию. Пообещай, что не будешь иметь каких-либо претензий, если я её соблазню.

— Эй, вы, двое мужланов! — Сэйбер стремительно краснеет так, что о её щёки можно металл плавить. — Я вообще-то ещё здесь!

— Ну так я же сказал «если», а не «когда». И вообще, сказала бы спасибо, что я помогаю вам прояснить ваши сложные и запутанные отношения.

Не знаю, от чего бы мне пришлось уклоняться в первую очередь, от Меча или от Лука, но очень вовремя влезает приветствовавший нас священник:

— Уважаемые Герои, король Олткрей Мелромарк ХХХII закончил разбираться с небольшими неприятностями, которые прискорбно случились именно в день призыва, и теперь готов вас принять.

Отдав многоцветье тем

Осеннему блеску глаз.

Я думал о том зачем,

Зачем бог придумал вас?..

Тех, кто сводит с ума,

Без улыбок и слов.

Стоя рядом и глядя в окна небес.

Кто вливает дурман,

Без вина и цветов.

Отравляя без яда хрупких принцесс…

…

И в переплетеньи жил

Ответ не могу найти.

Зачем же господь судил

Стоять на моем пути.

Тем, кто сводит с ума,

Без объятий и снов.

Кто играючи сносит голову с плеч.

Тем, кому ерунда —

Потрясенье основ.

Кто не ждет и не просит спичек и свеч…

Канцлер Ги, «Тем, кто сводит с ума»

Он венчал свою жизнь и бессмертие,

Но не в храме, а в битвах, где борются зло и добро,

Дал узнать людям вкус милосердия,

Обратил в благородную ненависть злость на врагов.

Он осенён римским крестом,

Над головой — красный дракон,

На клинке меча — руническая вязь.

Правит король твёрдой рукой,

Слово и мощь, свет и покой,

Словно камни-исполины держат власть.

Нет начала, нет конца историй,

Есть кольцо блуждающих огней,

Ложь и правда в нём извечно спорят

И на их алтарь льётся кровь королей!

Ария, «Кровь королей»

Сэйбер, Герой Меча:

Пока мы шли в тронный зал, я успела пару раз выглянуть в окно. Показная роскошь контрастировала в Мелромарке с бедностью, которая начиналась прямо за оградой дворца. Нет, не нищетой — нищета выглядит по-другому, уж я-то знаю. Именно с бедностью. Всё относительно чисто, относительно сыто, относительно обустроено. Простолюдины тут не умирали с голоду, редко оставались без крыши над головой, но жизнь их была сложной и тяжёлой — так я оценила ситуацию. До полного разорения и отчаяния они не доходили благодаря активному участию магии в их жизни. Она была не столь общедоступна и массова, как технологии во времена Широ, но значительно более распространена, чем собственно магия в моё родное время. Благодаря этому многие товары и услуги можно было купить по вполне приемлемым ценам.

Но люди, которые этими простолюдинами правили, не вкладывали своих усилий, чтобы облегчить им жизнь. Они видели в податном сословии только ресурс, который, конечно, следовало защищать, чтобы не отняли, и не следовало чересчур активно грабить — но и только. Делать что-то активно для своих подданных кроме вооружённой защиты им даже в голову не приходило. Крестьяне и ремесленники потому так и называются, что сами о себе способны позаботиться.

Отвратительный подход.

Тем не менее, об Олткрее я старалась заранее плохо не думать. Это может исказить картину и помешать переговорам. В конце концов, подавляющее большинство королей, о которых я знала — с кем была знакома лично, или читала, или слышала о них — вело себя с народом не лучше, а многие — гораздо хуже. «Не я такой, все такие/жизнь такая» — любимая отговорка бездарных правителей. Я сама её не один раз использовала, так что какое у меня право требовать от других, чтобы они были лучше?

Однако моя непредвзятость подверглась суровому испытанию, когда я увидела Олткрея лично. Скажу прямо — выглядел он как старый пьяница. Утер Пендрагон в его худшие годы.

Конечно, старым пьяницей он не был. Если бы я такого в смертной жизни встретила, то без отряда рыцарей в полном облачении и на стадий не подошла. Под маской ворчливого старика скрывался полный сил и весьма опасный мужчина. Пусть его лучшие годы уже явно позади — он использовал старость как оружие, как средство ввести противников и «союзников» в заблуждение. Да, он ослабел и умом и телом — но далеко не так, как пытался показать.

Но именно это, как ни странно, вызвало у меня даже больше отвращения, чем если бы он был простым бесхитростным ничтожеством на троне. Советник, серый кардинал, герцог может себе позволить подобный маскарад. Король — никогда. Король — это знамя, за которым идут люди. Его сила и красота должны быть видны и ощутимы для подданных, он просто не имеет права прятать их, словно драгоценные камни в сокровищницу. Никакая тактическая выгода не стоит этой цены — потери доверия народа. А Олткрею явно было наплевать, что думают о нём подданные.