Чтение онлайн

Скидывая с себя куртку, он сразу нажал большую красную кнопку вызова официанта и заказал себе двойной эспрессо, стакан воды и бургер.

– Показывай пациента.

У столика на стене была розетка, куда сразу воткнул на зарядку агрегат и свой телефон.

Он что-то там щелкал на тачпаде, набирал на клавиатуре. Потом воткнул туда свою флешку и снова что-то щелкал и печатал. Аня смотрела на него поверх открытой крышки и думала какие финансовые потери принесет это вероломное предательство ее верного старичка HP. Покупка нового ноутбука или приличный счет от компьютерного врача?

– Ты вирус где-то подцепила. Он вызвал ошибки в системе, вот у тебя и собрался друг умирать. Я тут кое-что поправил, но это временные меры, нужно будет систему переустановить, и сам жесткий диск бы уже поменял. Кстати, я уже с этим ноутбуком знаком.

Улыбнулся Виктор, в его глазах играли отблески экрана, к счастью, уже не синие. Аня удивленно вскинула брови, на что он пояснил.

– Где-то полгода назад. Я уже удалял из системы этого компьютера червя.

– Папа забирал его, когда были проблемы... Да, это было в октябре. Что ж... Значит дважды спасибо! Сколько стоят твои услуги?

В этот раз удивленно вскинул брови Виктор, потом улыбнулся и отмахнулся.

– Нисколько. Акт доброй воли по старой дружбе, скажем так.

– Мне неудобно. Я свалилась тебе на голову, не дала отоспаться. И... Старая дружба? Мы едва знакомы вообще. Уверена, что если бы я обратилась куда-нибудь в сервисный центр, то с меня бы содрали кругленькую сумму не стесняясь.

– Так и я не стесняюсь. А старая дружба у меня с твоим приятелем.
– Виктор указал глазами на ноутбук.
– Расслабься, все в порядке. Кстати, не затягивай с глобальным, но учти, что это займет возможно пару-тройку дней, а то и больше. Если что, можешь звонить мне, помогу или порекомендую куда лучше обратиться.

Чай уже остыл, но нужно было спрятать появившуюся неловкость, и она сделала небольшой глоток. Чаинка заскочила в горло и дико захотелось кашлять.

Круто, блин!

С покрасневшими глазами, подавляя рефлекс, она попробовала запить еще, но чуть не выплюнула остатки чая обратно в кружку, потому что чаинки видимо устроили сговор.

– Прости, пожалуйста, - покашливая промямлила Аня, пытаясь заглотить раздражающее першение.

Виктор улыбнулся:

– Все в порядке, - и спрятал взгляд в экран ноутбука и что-то там еще щелкал, а затем закрыл крышку.
– Ты не голодная?

Ему как раз принесли горячий свеженький бургер.

– Нет, - ненавистная чаинка проскочила, но на смену першению пришли сиплость и легкие спазмы в горле.
– Если честно, я так переживала, что как-то о еде даже не думала.

Зачем я разоткровенничалась? Переживала она...

– Так теперь все вроде бы в порядке, можно поесть. Я же не буду жевать перед тобой в одиночестве.

Не успела она еще ответить, как он уже нажал вызов официанта.

Как-то незаметно за разговорами у нее проскочил овощной салат и дву куска пиццы. Виктор расспрашивал у нее про ее работу и, казалось, его интерес не был поддельным. Чаще всего, когда люди узнавали, что она пишет, то либо начинали считать за какого-то гуманоида, дожившего с времен Льва Толстого и Федора Достоевского, либо за психа, который занимается какой-то ерундой. Виктор же задавал вполне конструктивные вопросы и интересовался деталями. Такое встречалось редко, поэтому недоверие и ожидание подвоха шли ноздря в ноздрю с возникающей симпатией к этому человеку. Пожалуй да, общаться с ним было вполне можно и даже приятно, поэтому если между ними завяжутся приятельские отношения, то, возможно, она будет не против и это станет компромиссным решением для сводничества дяди и матери. Приятель, не большее.

По завершению их "обеда" он пошел куда-то по делам, а Аня с удивительным чувством спокойствия и удовлетворения пошлепала по лужам домой. И хоть день не прошел как всегда без нелепостей, но на дно беспокойной души упало огромное облегчение - ее железный друг и товарищ снова здоров, все материалы по книге тоже на месте, трагедия не произошла и даже в этот по весеннему пасмурный день настроение было приподнятым и светлым. И было оно таким ровно до того момента, как поворачивая за угол собственного дома, она не столкнулась лицом к лицу со своим недавним прошлым.

Влад...

Красив, как греческий бог, обаятелен и болтлив. Всегда в центре тусовки, постоянно с кем-то на созвоне, встрече и почти никогда не бывает наедине, даже с собственной девушкой. Коктейль из тестостерона и дофамина на волне вечного движа. Аня влюбилась в него без памяти и вытерпела немало страданий в этих отношениях. Да и разрыв был настолько тяжелым, что приходила в себя она дольше, чем они встречались.

Сердце болезненно сжалось, а воздух стал слишком густым, чтобы дышать. Их разделяли всего не больше метра, и Аня ощутила привычный набор чувств, что он в ней вызывал: жгучее физическое желание и выжигающую словно кислота боль. Предложи он ей сейчас подняться к ней, она бы даже не раздумывая взяла его за руку и привела наверх. Но он этого не скажет... Аня знала, что его принцип не возвращаться туда, где когда-то уже не получилось...

– Привет!

Он расплылся в улыбке, а в глубине глаз мелькнуло что-то неприятное. Инстинктивно она отступила на шаг назад. Много раз она себе говорила держаться от него подальше - лучшее решение. И сейчас увеличить расстояние было необходимо, чтоб просто начать нормально дышать.

– Привет.
– Губы плохо слушались и вышел какой-то лепет.

– Отлично выглядишь!

Это замечание ее кольнуло, будто он не комплимент ей сделал, а поддел. Ведь в последнее время, что они виделись, она либо ревела, либо орала, либо в опустошении смотрела в одну точку.

Тогда из этого омута ее выдернул отец - запихал ее в поезд и отправил в другой конец страны. Сейчас ее некому было спасать, поэтому оставалось одно - бегство. Сохранять достоинство перед ним было бесполезно. Стыд и чувство унижения уже карабкались липкими холодными лапками из глубин души. Именно в этих отношениях она поняла, насколько важно уметь расставаться, отпускать, ставить точку...

Жалкая улыбка коснулась губ.

– Ты тоже.

– А я тут квартиру купил. Так что мы сейчас можно сказать соседи.

Когда они встречались, у него была двушка старой планировки в районе аэропорта. Он говорил что хочет что-то побольше и на этаже повыше.

Ну неужели из всех высотных домов города тебе надо было купить именно в моем?!

Анна уже внутренне начинала скулить и чувствовать подбирающуюся удушающую тоску. А следующие слова окончательно ее добили.

– И не поверишь. Женюсь! В мае.

Казалось, ее ударили под дых. Кое-как сделав вдох, она боролась со слезами, что начинали пощипывать глаза. Улыбка была кислой и неискренней.

– Поздравляю. Что ж... мне пора. Еще увидимся.

Она поторопилась прошмыгнуть мимо, чтобы, не дай бог, он не увидел ее слез. Но вот же... Стоило ей суетливо сделать пару шагов, как, по традиции, в самый не подходящий момент, она оскальзывается. Не так, чтобы упасть, но достаточно, чтобы на спине прошибло пот. Она не стала стыдливо озираться, чтобы узнать смотрел ли он в это время на нее. В конце концов, ей уже нечем его удивить, как и ему ее.

Шаги до подъезда были тяжелыми, сбитое дыхание и нарастающая надрывная нота внутри. Магнитный ключ. В лифте из зеркала смотрела жалкая одиночка. Никому не нужная. Всеми покинутая.