Чтение онлайн

Сегодня утром в воздухе было замечено семечко Жизнь-травы. Немудрено, что старшие мгновенно собрали совет, на котором было принято решение пойти на поиск этой редкой травы.

Обычно, чтобы найти магическое растение, эльфы-сборщики посылали Зов. Но увы - на магический зов Жизнь-трава не откликается.

– У нас дело? Куда летим? То есть, идем?
– быстро полюбопытствовала Цикута, видя, как я собираю свой походный рюкзак. Вода, еда. Серп, два ножа, большой и маленький. Небольшой тубус Веревка, принадлежности для рыбной ловли, гамак, - взял все, что положено по правилам следопыта.

– Идем искать Жизнь-траву, - вдохновенно сообщил я, надевая плотный жакет на желтую безрукавку.

– Жизнь-трава. Первый раз слышу. Хм, а оно нам надо?

– Шутишь, да?
– я даже растерялся от неожиданности.
– Да жизнь трава это, это...
– У меня просто не было слов. Нет, были.
– Это как найти пасеку самого сладкого меда! Понимаешь?

– Понятно.
– Цикута плотоядно облизнулась и кивнула.

Но мои мечты уже увели меня в воздушные замки.

Найти редкое растение это исключительная удача. Найти очень редкое растение - удача невероятная. Но найти Жизнь-траву, молодому, даже не начавшему ходить в школу, а значит, не обладающему необходимыми навыками, эльфу...

Это признание таланта. Это признание доблести, смелости, настойчивости и исключительности. Это почет и уважение в семье, в деревне. Да что там, и даже за их пределами.

Это означало наилучшее место в школе. Означало, что лучшие учителя будут сражаться за ученика, мечтая приобрести у себя в классе такую жемчужину.

И это означало богатство. Продав Жизнь-траву можно было обеспечить свою семью на целый год. Так говорила сестра. Что уж говорить о богатстве для одного!

Словом, находка Жизнь-травы сулила и славу, и почести и богатство. Неудивительно, что в поиск за ней отправились все взрослые жители деревни!

Вот он - настоящий долгожданный геройский поступок, где есть цель, путешествие, риск и награда.

Из сладких грез меня вывел настойчивый голос Цикуты.

– Так куда мы направляемся?
– требовательно вопрошала она.

Я опустился с небес на землю.

– Кабы знать... Никто не знает, - печально сообщил я.
– С утра дует северный ветер. Значит, семечко принесло с северной части леса. И если до захода солнца мы ничего не найдем, то наши поиски будут напрасными.

– Тогда зачем тебе я? В чем моя помощь?

– На это есть две причины. Первая - ты умеешь летать. Значит, ты будешь с воздуха высматривать семена Жизнь - травы.

Я замолк, делая вид, что занят одеванием прогулочных бриджей и сандалий.

– Кантариэль, ты сказал две причины. Какая вторая?
– требовательно осведомилась она.

Я замялся. Как сказать, чтобы прозвучало не очень грубо?

– Я хочу, чтобы ты стала свободной от своих обязанностей. Поможешь мне, и можешь лететь домой. Тебя снова ждут солнце, небо, ветер, деревья, болота, росянки...

– Что, не терпится от меня избавиться?
– желчно произнесла она, хищно скривив губы.
– От такой милой, чувствительной умницы?

Она вмиг меня раскусила. Я не умел врать и притворяться. До сих пор мне это как-то не требовалось.

– В тебе столько же красоты, чувственности и ума, как у занозы в... ухе!
– Теперь уже язвил я.

– Ты назвал меня занозой?
– Цикута басовито загудела крыльями и взлетела, зависнув у моего лица.

– Хочешь, чтобы я подобрал словечко покрепче?
– Мне нечего было терять.

– Эй, уймись. А то ужалю!
– Маленькие глазки бестии гневно сверкнули.

– А чем ты до сих пор занималась?
– удачно парировал я.
– Ты только и умеешь, что колоться. Ежевика с крыльями, вот ты кто!

Мы замерли друг напротив друга, как два бойцовых жука-носорога.

Цикута сдалась первой.

– Злой ты. Вот другая бы тебя точно ужалила. А я нет.

– Ой, боюсь-боюсь, - примиряюще улыбнулся я.
– Итак, идем?

– Летим, - хмуро поправила она.
– Но до леса ты понесешь меня в рюкзаке. Я не хочу, чтобы меня видели твои сородичи.

Тут я был согласен с Цикутой. Минута, и шестикрылка свернулась калачиком в моем рюкзаке. Хм, а весит она немало.

Пять минут, и мы стоим среди грозных лесных великанов. Сверху шумит, ласкаемая ветром, зеленая листва. Снизу прикрывает землю густой кустарник, которому свет и тепло солнца достаются в последнюю очередь. Под ногами шелестит изумрудная трава. Старый лес, величественный лес, давно не знавший ни стука топоров, ни визга пилы.

Я раскрыл рюкзак и дал Цикуте выбраться наружу. Она взлетела, и сделала несколько кругов над лесными колоннами.

– Какой густой лес, - удивленно сказала она после того, как спикировала на мое плечо.

– Да, - согласился я, выискивая глазами дорогу среди зарослей кустов.

– И лужаек здесь не видно, - как-то приглушенно проговорила моя спутница.

<