Чтение онлайн

— И даже две плитки шоколада… — вставила Никетта.

— Совершенно верно, — подтвердил парень.

На сковороде совсем не осталось хлопьев. Она стояла черная и пустая, и вид у нее был печальный, как у Герусо.

Парень посмотрел на него, барабаня своими длинными пальцами по ящику, заменявшему стол.

— Чем я могу тебе помочь?

Герусо пожал плечами:

— Не знаю. Сеньора в красном шарфе подарила сеньору Хулиану картину, но она ему не понравилась.

Парень встал и снял со стены гитару. Он взял ее в руки и прикоснулся к ней так нежно и осторожно, как будто гладил только что родившегося котенка.

Марио подумал, что, когда вырастет и ему исполнится шестнадцать лет, он будет обращаться с вещами так же деликатно, даже если Себастьян, по прозвищу Бык, станет обзывать его за это девчонкой.

— Единственное, что у меня есть, — это музыка, — сказал парень с гитарой. — Я подарю ему песню.

Они пришли в лавку, когда там было битком набито народу: как раз в это время в школе закончились занятия, и все мамаши дружно бросились за покупками. Их дети наперебой просили кто жевательную резинку, кто клубничных леденцов на палочке, а кто жареный картофель. Сеньор Хулиан суетился, бегая взад-вперед, и едва успевал заворачивать нарезанную ломтиками колбасу, поэтому он почти не слушал, что ему говорит Герусо.

— Что ты сказал? Коробка так и не нашлась?

— Не нашлась, но зато мой друг сейчас споет для вас песенку.

Сеньор Хулиан застыл от изумления с карандашом в руке, он даже забыл, что должен отпускать товар.

— Он будет петь для меня?

— Ага, бесплатно, — радостно закивал Герусо. — Он дарит вам свою песню.

А парень с гитарой уже начал петь. На этот раз он не поставил на пол блюдечко для монет, и песня была не из тех, грустных, за которые расчувствовавшиеся богачи бросают бумажки в сто песет. Какое там! Парень рассказывал забавную историю про озорного щенка:

Казалось, что парень и гитара не могут существовать друг без друга, как не существует день без света. Сначала покупатели нерешительно улыбались и покачивали в такт музыке головой и плечами, но дети сразу же пустились в пляс. А молоденькие мамы в джинсах побросали на пол продуктовые сумки и стали танцевать вместе с ребятами.

А потом самые отчаянные бабушки и толстые симпатичные тети пустились в пляс, они танцевали кто как умел, и даже дон Абундио помахивал тросточкой в ритм музыке.

Привлеченные веселой мелодией, жители квартала присоединились к покупателям, и вскоре здесь стало шумно и оживленно, как на празднике. Дети и взрослые плясали между корзинами с фруктами и мешками картофеля, перепрыгивали через ящики с пивом и даже взбирались на прилавок…

Сеньор Хулиан плакал.

Спустя много лет он рассказывал тем, кто хотел его послушать, как один знаменитый певец — сейчас он уже не помнит, как его звали, ну, его еще часто показывают по телевизору и зарабатывает он кучу денег, — так вот, он однажды пришел к нему в лавку и пел специально для него, да еще и бесплатно, очень забавную песенку.

Вообще-то это была неправда, потому что парень с гитарой так и не стал ни знаменитым, ни богатым, он всего лишь был счастливым человеком. Но сеньор Хулиан не очень-то умел отличить одно от другого… А в тот день Герусо здорово досталось за то, что он все это устроил, и ему волей-неволей пришлось вновь отправиться на поиски злополучной коробки с заказом.

— Воображаю, как бесится сеньора Родригес! — ворчал хозяин. — Вот уж, наверное, ругает нас!..

Его никак нельзя было убедить в том, что в их квартале вообще нет воров, ни единого, и что нечего устраивать скандал из-за таких пустяков.

— По телевизору, — начал ему объяснять Герусо, — по телевизору показывают только очень крупные кражи. Например, как похитили статую с брильянтами в глазах, как крадут наркотики, динамит, секретные документы.

— Коробка! — вопил сеньор Хулиан. — Я хочу, чтобы коробка была здесь! — И он начал перечислять, быстро загибая пальцы, что в ней лежало: — Два пакета молока, три бутылки лимонада, четыре банки тунца и две сардин, литр растительного масла…

— Хорошо, хорошо, — поспешно ответил Герусо.

— Но нам уже больше некого подозревать, — грустно вздохнула Никетта.

Они уселись у дверей аптеки и стали смотреть на улицу. Никетта ковыряла палочкой в щели между каменными плитами мостовой, пытаясь извлечь улизнувшего от нее паука. Совсем рядом послышался противный вой сирены, все ближе, ближе; из-за поворота выскочила машина «скорой помощи» и пронеслась перед самым их носом, не обращая внимания на красный сигнал светофора.

— Наверное, несчастный случай, — провозгласил Марио. — В воскресенье, когда мы возвращались с гор, я видел перевернутую машину.

— А я один раз видела настоящего мертвеца, — сказала Никетта.

Она об этом рассказывала уже столько раз, что никто не проявил ни малейшего интереса к ее сообщению. Ребята знали эту историю наизусть. Герусо рассеянно смотрел вслед «скорой помощи», которая, доехав до перекрестка, повернула направо и помчалась по направлению к Главному проспекту.

— Она едет на демонстрацию, — с уверенностью сказал Герусо. — В центре сейчас демонстрация.

— Машина «скорой помощи»?

Несколько мальчишек, сидевших на скамейке в садике, громко окликнули их и замахали руками, а Рыжий показал на футбольный мяч:

— Сыграем? Айда к нам!

— Я — нет, — ответил Герусо. — Никак не могу.

— А вы?

— Мы с Герусо, — вздохнула Никетта, и в голосе ее послышалось сожаление.

Стало темнеть; вспыхнул свет в витрине аптеки; некоторые машины уже ехали с включенными фарами, а ребята по-прежнему не знали, что надо делать. Было от чего впасть в отчаяние!