Чтение онлайн

16 декабря 1941 года Селин Винтерс была допрошена гестапо. Она утверждала, что её желание увидеть проповедь было вызвано простым любопытством. Она утверждала, что копию ей дал друг, но опровергла слова Форста, сказав, что сама попросила его скопировать её для неё. Она отказалась назвать гестапо имя друга, который передал ей проповедь. Селин не только не согласилась с обличительными словами епископа Галена, но и заявила гестапо, что полностью одобряет нацистскую политику эвтаназии. Наконец, поняв, что Селин является ярой сторонницей нацистского режима, гестапо освободило её без предъявления обвинений.60

После резкой критики епископа фон Галена по поводу эвтаназии нацистский режим решил смягчить репрессии против католической церкви. Гитлер опасался, что подобные публичные конфликты могут привести к потере популярности режима в военное время. В сентябре 1941 года офицерам гестапо были даны следующие инструкции о том, как в будущем решать церковные вопросы, чтобы обеспечить:

1. Недопущение всех крупных операций и мер против церквей и их институтов.

2. Отмена дальнейших мер в отношении монастырей, в том числе замаскированных мер в этом вопросе.

3. В отдельных случаях могут быть приняты меры, но об этом должно быть уведомлено Главное управление имперской безопасности. Особо важные случаи должны быть оставлены на усмотрение фюрера.

4. Главное — не допустить, чтобы Церковь вернула себе прежние позиции. Мы должны ограничиться лишь сохранением уже завоёванных позиций.

5. Основное внимание [сейчас] следует уделить разведывательной работе. Любые значимые материалы, которые могут иметь значение в будущем, должны быть тщательно собраны… Сеть агентов должна тщательно поддерживаться и расширяться путём вербовки новых связных. Особое внимание следует уделять связям между церковными кругами и правительственными учреждениями.61

Нацистский режим прекрасно понимал, что ослабление влияния христианских церквей на немецкий народ — долгосрочный проект. Более мелкие религиозные секты оказалось гораздо легче запугать, поскольку у них было мало влиятельных общественных деятелей, готовых их защищать. Одной из религиозных групп, подвергшихся крайне жестоким преследованиям со стороны гестапо, были Свидетели Иеговы, созданные в 1879 году американским бизнесменом Чарльзом Расселом.62 В документах гестапо они упоминаются либо как «Международная ассоциация исследователей Библии», либо как «Усердные исследователи Библии».63 Они стали первой религиозной конфессией, официально запрещённой в гитлеровской Германии. Некоторые историки считают их «забытыми жертвами» нацистских религиозных преследований. 25 000 немецких Свидетелей Иеговы в основном состояли из трудолюбивых слоёв рабочего класса. Гестапо считало их опасными и фанатичными независимыми.

По оценкам, 85% Свидетелей Иеговы никогда не голосовали ни за одну политическую партию. Остальные были в основном бывшими избирателями КПГ или СДПГ. Мартин Бросзат назвал их сопротивление «бесполезным мученичеством».64 Их упрямая приверженность ветхозаветным пророчествам и пацифизму привела нацистов к мысли, что их религиозные убеждения были маской, скрывающей глубинную симпатию к коммунизму. Следует отметить, что Свидетели Иеговы выступали против нацистской системы не по идеологическим или политическим мотивам, а ради сохранения своих религиозных практик. Многие предпочли смерть отречению от своей веры. Спустя всего несколько недель после прихода к власти один из нацистских чиновников написал:

Опасность для государства, исходящую от Свидетелей Иеговы, нельзя недооценивать, поскольку члены этой секты, в силу своего невероятно сильного фанатизма, полностью враждебны государственному правопорядку. Они не только отказываются отдавать немецкое приветствие (гитлеровское салютование), участвовать в каких-либо национал-социалистических или государственных мероприятиях или нести военную службу, но и ведут пропаганду против службы в армии и пытаются, несмотря на запрет, распространять свои издания.65

В декабре 1933 года Гейдрих приказал гестапо арестовать любого, кто будет уличен в принадлежности к Свидетелям Иеговы. В 1935 году организация была официально запрещена. Это не помешало Свидетелям Иеговы проводить собрания, проповедовать по домам и распространять такие издания, как «Сторожевая башня» и «Золотой век». Общественные разоблачения играли незначительную роль в преследовании Свидетелей Иеговы гестапо. Большинство случаев начиналось с информации, собранной гестапо.66 В эпоху Третьего рейха 10 000 Свидетелей были заключены в тюрьмы, а число убитых в нацистских тюрьмах, по оценкам, составляет от 950 до 1200.67 В концентрационных лагерях они носили фиолетовый треугольник на форме, отказывались вставать по стойке смирно во время ежедневной переклички, объявляли голодовки и отказывались служить в армии или проходить военную службу.

Работа на фабриках, связанная с этим.68 В отчёте из концлагеря Заксенхаузен отмечалось: «Поведение „Усердных исследователей Библии“ поистине поразительно. Эти люди демонстрируют непоколебимую позицию сопротивления».69

В августе 1937 года начальник отдела гестапо давал офицерам советы, как вести дела, связанные со Свидетелями Иеговы:

1. Если Свидетель оправдан в ходе уголовного судопроизводства или если его тюремное заключение объявлено отбытым в результате превентивного заключения, его не следует доставлять в суд [снова], а вместо этого поместить под превентивное заключение.

2. Если органы, ответственные за исполнение приговора, объявят о скором освобождении Свидетеля [Иеговы] из тюрьмы, я должен немедленно проконсультироваться по поводу мер, которые должна предпринять государственная полиция [гестапо] в отношении его перевода в концентрационный лагерь, как только закончится его срок заключения.

3. Если перевод в концентрационный лагерь невозможен после отбытия тюремного срока, Свидетель [Иеговы] должен содержаться в полицейской камере.70

Вильгельм Геррес (род. 1901) работал на разных должностях, в том числе водителем фургона и слесарем. Он был женат и жил в Рейдте, который в нацистскую эпоху был независимым городом, хотя и объединился с Мюнхенгладбахом в 1975 году. 71 13 декабря 1936 года гестапо заключило Вильгельма под стражу за активную деятельность в организации Свидетелей Иеговы в соответствии с прусским указом 1933 года, запрещавшим членство в этой организации. При обыске в доме Вильгельма гестапо обнаружило книги и брошюры. Его отец, также являвшийся Свидетелем Иеговы, 12 января 1937 года направил в гестапо письмо с просьбой об освобождении сына. Гестапо освободило Вильгельма, но только после того, как он подписал стандартное заявление, которое все Свидетели Иеговы должны были подписать перед освобождением:

1. Мне стало известно, что Международная ассоциация исследователей Библии [Свидетели Иеговы] распространяет ложные учения и под видом религии продвигает цели, опасные для государства.

2. Поэтому я полностью покинул эту организацию и полностью освободился от учений этого раздела.

3. Настоящим заверяю, что никогда больше не буду участвовать в деятельности Международной ассоциации Исследователей Библии. Если кто-либо обратится ко мне с учениями Исследователей Библии или каким-либо образом продемонстрирует свою связь с ними, я немедленно сообщу об этом [в полицию]. Если мне будет отправлена какая-либо литература Исследователей Библии, я немедленно доставлю её в ближайший полицейский участок.

4. В будущем я буду уважать законы государства и, особенно в случае войны, буду защищать Отечество с оружием в руках и полностью присоединюсь к расовой общности [немецкого] народа.

5. Мне сообщили, что я снова буду немедленно взят под стражу, если буду действовать вразрез с заявлением, данным сегодня.72

Вильгельм не выполнил условия сделки, заключённой с гестапо. Его снова арестовали. 12 февраля 1937 года он был приговорён к трём месяцам тюремного заключения. Местная газета опубликовала подробности дела. Сообщалось, что Вильгельм был активным «миссионером» Свидетелей Иеговы и каждое воскресенье распространял листовки организации, хотя прекрасно знал, что это «нелегальная организация». Газета также утверждала, что местные Свидетели тайно собирали деньги для коммунистического подполья, хотя в его досье в гестапо никаких упоминаний о такой связи не было.73