Гетто злых ангелов
Шрифт:
– Побойся бога, Ахмед, - начал было дядя Миша.
– А, дада Мыща, ты не лезь, да. Ми тут разберемся. Ступай, да.
– Ладно, я пойду, - сказал старик Игорю.
– Ты помни, что я тебе говорил.
Он ушел, оставив Игоря наедине с кавказцем.
– Тысяча?
– переспросил Игорь.
– Я слыхал, тут цены немного пониже будут.
– А, тэбэ этот эврэй напел про цены? Ну и иди к нэму, у него покупай комнату.
– Ты бы хоть показал ее. А то кота в мешке брать...
– Ну пойдем.
Ахмед повел его по коридору шириной чуть больше полуметра. Коридор образовывали с одной стороны бетонная стена гаража, а с другой - гофрированные металлические листы. Кавказец откинул полог, закрывающий вход в комнату.
– На, смотри.
Комната оказалась размером ровно с кровать из толстых досок, на котором лежало драное ватное одеяло. На боковой стене висел осколок мутного зеркала и фотография какой-то полуголой девицы.
– Ну и ну, - присвистнул Игорь.
– И за эту коробку тысячу рублей? Двести дам. Прямо сейчас.
Он достал деньги из кармана. Ахмед скосил глаза на купюры, презрительно отвернулся.
– Ты это называешь дэнги?
– сплюнув на пол, сказал он.
– Это нэ дэнги, это бумажки для сортирной надобности, да. Девятьсот давай и конура твой.
– Ладно, - Игорь достал еще сотню.
– Нэ дэнги, так нэ дэнги, - передразнил он.
– Триста рублей.
Кавказец грозно нахмурился, пожевал губами, переводя взгляд то на бумажки, то на Игоря.
– Восэмьсот, - выговорил он и сглотнул.
– Жаль, - сказал Игорь, пряча деньги.
– Не думал я, что мы не договоримся. Пойду у другого продавца спрошу...
– Э!
– возмутился Ахмед.
– Ты куда, а? Стой!
Игорь остановился.
– Послушай, Ахмед, - сказал веско.
– Восемьсот за эту клетушку не дам, и не надейся. Триста даю. Бери. Хорошая цена, ты же знаешь. Она и сотни не стоит.
– А!
– Ахмет вскинул руку.
– Давай.
– Э, погоди. Дядю Мишу позови. Свидетелем будет.
– Ай, ай, ай, - бормотал Ахмед.
– Бэз документов, бэз всэго. Ободрал, шакал, совсем ободрал Ахмеда.
– Дядя Миша, - строго сказала Сара, глядя на старика с укоризной.
– Ты сказал Ахмеду, что Игорь шпион?
Они сидели в комнате Сары на кровати. Старик пожал плечами, посмотрел на девушку долгим взглядом.
– Ахмед - парень хороший, - наконец отозвался он.
– Только глупый. Сам ни за что не додумался бы.
– Ну и пусть пребывал бы в неведении! Зачем было говорить? Теперь он грозится убить Игоря. И ты знаешь, он свою угрозу выполнит. Только погибнет совсем не Игорь.
– А кто?
– дядя Миша испуганно заморгал.
– Кто, кто... Просила же тебя держать язык за зубами.
– Прости глупого старика, детка, - дядя Миша склонил голову, с шумом втянул воздух ноздрями.
– Болтлив не в меру. Так кто погибнет-то? Если я, то и черт со мной. Хватит уже коптить потолок.
– Ой, дядя Миша, ну у меня на тебя зла не хватает! Болтаешь всякую глупость.
– Это не глупость, - отрешенно пробормотал старик.
– Сколько можно мучиться-то! Я ведь помню еще время до Взрыва! Я тогда маленький был совсем, но помню, как мы жили. Горячая вода из крана текла! И холодная - из другого. Не веришь? А вот ей-богу не вру! Ванна была в квартире - вот такая, - он показал руками.
– Воду можно было лить - хоть краны не закрывай. Электричество жгли по вечерам - сколько угодно. Ходить можно было - где хочешь. А теперь что? Загнали в загон, вода только по вечерам, когда к душевой не протолкаться, тепла нет, света нет, антисанитарные условия. Поверишь - сдохнуть хочется! Так что пусть меня Ахмед вместо парня прирежет.
Сара тяжело вздохнула, ничего не сказала. Старик посидел немного, прикоснулся рукой к ее плечу и вышел, тяжело ступая и сгорбившись.
Теплый солнечный день. Сара и Игорь сидели на бетонном блоке невдалеке от входа в гараж. Сара почти поправилась, но ходила, опираясь на костыль, который ей соорудил Игорь. Они смотрели на небо, по которому плыли облака, на забор с украшением из колючей проволоки, отгородивший Город от гетто.
– Хорошо сегодня, - сказала Сара, жмурясь от яркого солнца.
– В такую погоду приятно выслушивать признания в любви... Наверное.
Игорь только хмыкнул.
– Да, я знаю, что признания в любви мне не услыхать...
– Сара грустно улыбнулась.
– Ну ладно, ну что ты...
– забормотал Игорь смущенно.
– Нет-нет, я ничего, это я так, размечталась.
– Она украдкой вытерла слезинку.
– Ну что же. Ты нашел девочку?
– Какую девочку? Ты о чем?
– Не притворяйся, - Сара заговорила жестко.
– Я все знаю.
– Что? Что ты знаешь?
– Игорь вскочил.
– Все, - сменив интонацию, кротко произнесла Сара.
– Что ты - федеральный агент, присланный сюда найти девочку, предсказывающую будущее.
– Я... эээ... Вот ерунда-то!
– Это не ерунда, - Сара вздохнула, отвернулась.
– Дело в том, что девочка существует. Это никакая не легенда. И обмануть девочку невозможно. Именно потому, что она помнит будущее. Правда она уже выросла, и стала девушкой, которой так хотелось в этот теплый день услышать что-нибудь приятное. Вопреки тому, что она знает - ей этого не услышать никогда.
– Ну вот, - сказал Игорь, медленно присаживаясь на плиту.
– Так это ты? А говорили - девочка.
– Врали, как всегда.
– А как ты видишь будущее?
– Я его не вижу. Я его помню. Как будто это было в прошлом. Чем дальше в будущее, тем хуже помню.
– Понятно.
– Ну, и что ты теперь собираешься делать?
– Слушай, а зачем ты мне призналась? Я уж хотел доложить, что задание выполнить не могу, что девочки этой нет в природе. А ты призналась. Зачем?
– Знаешь, - задумчиво сказала Сара.
– Я всегда хотела вырваться отсюда. Я ведь вовсе не еврейка. Я русская. А документов нет. Так же, как у тебя.
– Она слабо улыбнулась.
– Вот и сделали меня еврейкой. Это долгая история.
– Вырваться отсюда - такой ценой?
– А любой ценой. Но это я раньше хотела. Теперь не хочу. Да и не получится.
– Почему не получится?
– Игорь решительно встал.
– Сейчас доложу начальству, и...
– И что?
– Ничего. Тебя отсюда заберут.
– Не заберут. Не получится.
– Это почему же?
– Ну, я же тебе говорила. Я помню будущее.
– И что там, в будущем?
– Он медленно сел, посмотрел испуганно.
– Ничего хорошего, - Сара вздохнула, снова вытерла слезу.
– Для меня. Для тебя - не знаю, тебя я не слишком помню.