Чтение онлайн

когда пресса "убивала" Че в той или иной части мира. Но чего он

не мог сказать вслух, было то, что его неуверенность была следствием происшедшей уже несколько месяцев тому назад потери связи с партизанами. Связь прервалась полностью, и даже контакты с остатками городских подпольных организаций не давали никакого результата.

Вскрытие трупа было выполнено в тот же день поздним вечером. Его провели директор больницы Абраам Баптиста и интерн Хосе Мартинес Кассо под пристальным взглядом Тото Кинтанильи, начальника разведки Министерства внутренних дел, и "доктора Гонсалеса" из ЦРУ. Составленная документация была неизбежно полна двусмысленностей. В тексте свидетельства о смерти читаем: "Смерть вызвана множественными пулевыми ранениями грудной клетки и конечностей". А в протоколе вскрытия перечислено девять пулевых ранений: два в ногах - одно в средней трети правой ноги, другое в средней трети левого бедра; два в области ключиц; два в ребрах; одно в грудном мускуле. Причина смерти здесь названа по-иному: "ранения грудной клетки и последовавшее кровотечение".

Однако некий армейский офицер в присутствии журналистов насчитал десять ран. "Дополнительное" ранение в горло не было упомянуто в протоколе вскрытия. На первых порах несоответствие прошло незамеченным, как, впрочем, и тот факт, что раны в груди были смертельными. Именно из-за этого, в случае честного вскрытия трупа, нельзя было бы утверждать, что Че был взят в плен живым, хотя и серьезно раненным, и живым находился в Ла-Игуэре, согласно версии, высказанной на второй пресс-конференции. Ну и, конечно же, он никак не мог разговаривать с теми, кто взял его в плен. Начинало выясняться, что боливийская армия замарана по самые уши. Следует еще принять во внимание то, что ее руководители хотя и смогли договориться между собой об убийстве Че, но не догадались согласовать легенды о его смерти.

Перед военными стоял и еще один животрепещущий вопрос: что делать с телом? В десять часов утра пришла телеграмма от начальника генерального штаба генерала Хуана Хосе Торреса: "Останки Гевары должны быть немедленно сожжены, а пепел развеян". Но с телом нельзя было покончить без достоверного опознания. Призрак Че мог бы оказаться даже опаснее, чем его могила. Овандо предложил отрезать у трупа голову и руки и сохранить их для последующей идентификации. Родригес, агент ЦРУ, приложил много усилий для того, чтобы убедить Овандо ограничиться руками; он доказывал, что по рукам вполне можно будет через некоторое время проверить отпечатки пальцев и что если боливийское правительство отрежет побежденному врагу голову, то стране угрожает опасность оказаться в глазах всего мира каким-то варварским племенем.

Так что в больнице должна была состояться еще одна опера- ' ция. Напряженная обстановка, в которой с самого начала проходило расчленение трупа, оказалась слишком тяжелой для одного из докторов, Мартинеса Кассо, который напился. Так что доктору Баптисте пришлось в одиночку отрезать руки покойного по запястья и поместить их в сосуд с формальдегидом. Была сделана и посмертная восковая маска, но, по словам Сусаны Осинаги, "они изуродовали лицо после того, как сняли с него восковую маску".

11 октября, примерно в три часа ночи, полковник Сентено и подполковник Селич, отвечавшие за всю операцию по сокрытию тела, дали приказ капитану Варгасу Салинасу, тому самому, что месяцем раньше захватил в засаду партизанскую группу Вило Акуньи. Он должен был упрятать куда-нибудь тела Че, а также Альберто Фернандеса Монтеса де Оки, Орландо Пантохи, Симона Кубы, Анисето Рейнаги, Хуана Пабло Чанга и Рене Мартине-са Тамайо - всего семерых человек. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы могилу Че можно было как-то обнаружить - в Боливии не должно было появиться места, где люди могли бы выказать свое уважение к мертвецу и его товарищам.

От первоначальной идеи сожжения отказались после того, как один из докторов разъяснил, насколько трудно ее будет осуществить, не имея настоящей кремационной печи.

Несмотря на принятые предосторожности и темноту, старик, работавший напротив Мальтийского госпиталя, сумел рассмотреть происходившее. Спустя десять лет он так рассказывал об этом журналисту Ги Гуглиетту:

"- Они бросили его тело в старую прачечную и забрали оттуда позже, вместе с другими. Той ночью его увезли в большом армейском грузовике. Они побросали трупы в грузовик и уехали.

– А куда ехал грузовик?

– 'Кто же это может знать?"

У другого журналиста, Эрвина Чакона из "Пресенсии", которого Овандо не пригласил на банкет, устроенный для военных в Валье-Гранде, почему-то возникли неопределенные подозрения. Он провел ночь, наблюдая за происходившим около Мальтийского госпиталя, и проследил машину по следам до расположенных неподалеку казарм Пандо, где следы, оставленные грузови-: ком, исчезли. Чакону было известно, что Селич и Варгас были теми самыми людьми, которые должны были проделать грязную работу - избавиться от тела Че.

Итак, тела были доставлены на грузовике в полковые казармы Пандо, размещавшиеся на окраине Валье-Гранде, где уже были заготовлены четыре канистры с горючим, чтобы, невзирая на предупреждения докторов, сжечь трупы. Однако на рассвете 11 октября капитан Варгас отказался от этой мысли и решил остановиться на варианте тайных похорон. Похоронная команда использовала в качестве декораций строительные работы, проводившиеся неподалеку от прилегавшего к казармам аэродрома. Тела просто свалили в глубокую траншею и завалили землей и строительным мусором, который привезли на тачке.

Когда общественность начала интересоваться судьбой тела погибшего революционера, на свет божий явилась история о его исчезновении. С тех пор командиры боливийских вооруженных сил принялись изощряться в создании множества нелепых и противоречивых версий относительно места последнего упокоения Че. Торрес утверждал, что труп был кремирован, Овандо настаивал на версии тайного захоронения, и в конце концов Торрес был вынужден сообщить, что тело сначала было кремировано, а потом захоронено.

В четверть седьмого вечера 13 октября Линдон Джонсон получил меморандум Уолта Ростоу, который докладывал, что дал задание выяснить у Кори Оливера, насколько соответствует действительности информация о том, что боливийцы кремировали тело Че Гевары и что ЦРУ ответило Государственному департаменту утвердительно.

На следующий день трое аргентинских полицейских инспекторов изучили почерк в дневниках и сняли отпечатки пальца с отрезанных рук Че. Сопоставление со старыми документами подтвердило опознание.

Тем временем Роберто, младший брат Че, вместе с группой журналистов прилетел в Боливию, чтобы забрать тело брата ("Мы полетели на самолете прессы, поскольку у меня совершенно не было денег"), но получил только уклончивые ответы и противоречивую информацию от военных.

Слухи относительно исчезнувшего тела ходили самые разнообразные, от близких к реальности до совершенно невероятных. Мексиканский журналист Хосе Нативидад Росалес был уверен, что Че был захоронен в закрытом стеклом саркофаге в казармах Ла-Эсперанса, учебного лагеря "зеленых беретов". Широкое распространение получила версия, согласно которой тело Че было сожжено, а пепел рассеян с вертолета над джунглями. По другому варианту, прах был замурован в стену ратуши Валье-Гранде. Через два месяца после смерти Гевары журналист Мишель Рай произвел новую версию: тело хранится во льду где-то в холодильнике, погребе или каком-то еще складе в Ла-Пасе.

При каких обстоятельствах произошла гибель Че? Где находились его останки?

После телеграфных сообщений агентства "Интерпресс" от 11 и 12 октября, в которых излагалось содержание беседы с судебно-медицинским экспертом Мартинесом Кассо, возникли первые Достаточно определенные сомнения в официальной версии смерти. Участник вскрытия нерешительно признался, что смерть произошла в период между одиннадцатью утра и полуднем того же самого понедельника 9 октября, так что, если боевое столкновение состоялось восьмого...

В воскресенье 15 октября капитан Гари Прадо, которого кто-то из журналистов обвинил в убийстве Че, дал интервью корреспонденту агентства ЮПИ. В рассказе Прадо были определенные неувязки, но от подозрения в том, что он виновен в смерти Гева-ры, он был полностью освобожден: Че был взят в плен живым и также живым был доставлен в Ла-Игуэру. Был ли он ранен? Насколько серьезно? Об этом не сообщалось.

15 октября Фидель впервые выступил по кубинскому телевидению с официальным сообщением о смерти Че. Кастро обвинил боливийскую военную хунту в том, что они казнили Че. Это обвинение он обосновывал, опираясь на многочисленные противоречия между обнародованным содержанием протокола вскрытия и сообщения, согласно которым в момент взятия в плен Че имел ранение, но оно не было тяжелым. 17 октября боливийское правительство прислало на Кубу официальную телеграмму, в которой настаивало на версии, высказанной их военными: "Че Гевара скончался через несколько часов после того, как был живым взят в плен... из-за имевшихся у него ранений..." Но в тот же день журнал "Тайм", который, несомненно, воспользовался утечкой сведений из американского правительства, дал подтверждение словам Фиделя: "Боливийское военное командование приказало казнить Че, после того как он живым, хотя и раненым, был взят в плен". Еще через несколько дней британский журналист Ричард Готт, писавший для чилийской газеты "Пунто финал", сообщил, что уже 8 октября была допущена утечка информации для печати о том, что Че Гевара взят в плен (вероятно, это сделал сам Паппи Шелтон в гольфклубе Санта-Круса).