Чтение онлайн

Иенсен взглянул на свои часы:

– Тридцать пять минут. Но даже если они найдут заряд, для того чтобы его обезвредить, потребуется дополнительное время.

– А если никакой бомбы вообще нет?

– Я все-таки посоветовал бы очистить здание.

– Даже считая риск минимальным?

– Даже. Я допускаю, что угрозу могли не привести в исполнение, что ничего не случится. Но, к сожалению, нам известны и обратные примеры.

– Откуда?

– Из истории криминалистики.

Иенсен заложил руки за спину и качнулся на носках.

– Таково мое мнение как профессионала, - сказал он.

Издатель пристально поглядел на него.

– За какую сумму вы согласились бы изменить свое мнение?
– спросил он.

Иенсен взглянул на него недоуменно.

Издатель, видимо, покорился судьбе.

– Это была только шутка, - мрачно пояснил он, затем спустил ноги с подлокотников, снова вернул кресло в исходное положение, уронил руки на стол и опустил голову на стиснутый левый кулак. Потом он рывком выпрямился:

– Мы должны посоветоваться с моим кузеном, - и нажал кнопку внутреннего телефона.

Иенсен заметил время: 13.27.

Мужчина в шелковом галстуке как-то бесшумно переместился в пространстве и, очутившись подле Иенсена, шепнул ему:

– С шефом, главным шефом, шефом всего треста, главой концерна.

Издатель что-то промурлыкал в микрофон. Потом прижал трубку к уху и недружелюбно взглянул на шепчущихся. Нажал другую кнопку, пригнулся к микрофону и заговорил. Четко и деловито:

– Это комендант здания? Прикиньте, сколько времени уйдет на учебную пожарную тревогу. Со скоростной эвакуацией. Ответ должен быть готов не позже чем через три минуты. Доложите непосредственно мне.

В комнату вошел шеф. Такой же белокурый, как и его брат, но старше примерно лет на десять. Лицо у него было спокойное, серьезное и красивое, плечи широкие, осанка прямая. На нем был коричневый костюм, простой и строгий. Шеф с места в карьер заговорил низким приглушенным голосом.

– Сколько лет этой новенькой?
– спросил он рассеянно и подобием кивка указал на дверь.

– Шестнадцать, - доложил брат.

– А-а-а.

Директор издательства очутился возле витрины, и вид у него сделался такой, словно он приподнялся на цыпочки, хотя стоял он на всей ступне.

– Это человек из полиции, - сказал издатель.
– У него есть люди, которые ищут, но они ничего не найдут. И он говорит, что мы должны эвакуировать здание.

Шеф подошел к окну, поглядел, помолчал.

– Вот и весна пришла, - сказал он.
– Ах, как красиво!

В комнате воцарилось молчание. Иенсен взглянул на часы: 13.29.

Шеф процедил сквозь уголок рта:

– Перегоните наши машины.

Директор опрометью бросился к дверям.

– Они стоят у самой стены, - кротко добавил шеф.
– Ах, как красиво!

Молчание - на тридцать секунд. Потом что-то зажужжало, и на внутреннем телефоне мигнула лампа.

– Слушаю, - сказал издатель.

– От восемнадцати до двадцати минут с использованием лестниц, непрерывных и скоростных автоматических лифтов.

– Учтено все?

– Кроме тридцать первого.

– А если с... особым отделом?

– Значительно дольше.

При этом голос в микрофоне несколько увял.

– Винтовые лестницы слишком узки, - сказал он.

– Знаю.

Щелчок. Молчание. 13.31.

Иенсен подошел к одному из окон. Далеко внизу он увидел стоянку и улицу, разделенную на шесть рядов. Теперь она была пустынна. Он увидел также, что его люди перекрыли проезжую часть желтыми рогатками метрах в четырехстах от здания и что один из них направляет движение по боковой улице. Несмотря на расстояние, Иенсен отчетливо видел зеленую форму полицейских и белые нарукавники регулировщика. От стоянки отделились две большие черные машины. Они передвинулись к югу в сопровождении третьей - белого цвета, которая, по всей вероятности, принадлежала директору.

Директор снова возник в комнате и стоял теперь у стены. Улыбка его выражала тревогу, голова поникла под бременем забот.

– Сколько всего этажей в здании?
– спросил Иенсен.

– Тридцать над поверхностью земли, - ответил издатель, - и четыре под землей. Мы обычно исходим из цифры тридцать.

– Мне показалось, что вы упомянули тридцать первый?

– Разве? Это по рассеянности.

– А сколько у вас служащих?

– Здесь? В Доме?

– Да.

– Четыре тысячи сто в главном корпусе. Две тысячи в боковых крыльях.

– Итого свыше шести тысяч?

– Да.

– Я настаиваю на их эвакуации.

Молчание. Издатель повернулся вместе с креслом вокруг своей оси. Шеф стоял, засунув руки в карманы, и глядел в окно. Потом он медленно перевел взгляд на Иенсена. Его правильное лицо казалось очень серьезным.

– Вы и в самом деле допускаете, что в здание подложена бомба?

– Во всяком случае, с такой возможностью следует считаться.

– Вы полицейский комиссар?

– Да.

– В вашей практике бывали подобные случаи?

Иенсен ненадолго задумался.

– Это случай особого рода, но опыт учит нас, что угрозы, содержащиеся в анонимных письмах, более чем в восьмидесяти случаях из ста оказываются справедливыми... или по крайней мере основаны на фактах.

– Это доказано статистикой?

– Да.

– Вы знаете, во сколько нам обойдется эвакуация?

– Да.

– Наше предприятие более тридцати лет борется с экономическими затруднениями. Убытки растут из года в год. К сожалению, это доказано статистикой. Лишь благодаря большим жертвам личного порядка мы можем продолжать нашу деятельность.

Голос его приобрел другую окраску: стал горестным и сокрушенным.

Иенсен не отвечал. 13.34.

– Наша деятельность носит чисто идеалистический характер. Мы не бизнесмены. Мы издатели-книжники.

– Книжники?

– Свои журналы мы приравниваем к книгам, ибо они отвечают тем потребностям, которые никогда не смогли бы удовлетворить книги, издававшиеся в прошлом.

Он глянул в окно и бормотнул:

– Ах, как красиво! Сегодня я шел парком и видел, что там уже распустились первые цветы. Фиалки и подснежники. Вы любите природу?