Чтение онлайн

– Как это ты делаешь?
– вновь неприятно удивился Хаген.

– А как рыба дождь чует? Слушай Лес, он тебя и не такому научит.
– И Бран тронул коня. Озадаченный Хаген последовал за ним.

Лигу или полторы они действительно проехали спокойно; долина превратилась в узкое ущелье, залитое полумраком. Тропа пошла под уклон; начинался спуск к Преддверию Нифльхеля.

Первого великана на их пути заметил все-таки Хаген. Заметил, применяя Заклятье Слуха и уловив в отдалении тяжелые шаги прислужника мрачного Яэта, Подземного Владыки. В его обширных владениях обитали души трусов, неверных мужей и жен, совратителей и соблазнительниц и прочих, кто не удостаивался подняться в посмертии к иным, сверкающим Верхним Мирам, к самому Оку Ямерта. "Когда делили Молодые Боги Мир, - рассказывал своему Ученику Хедин, - долго не могли они решить, кому же достанется бывшее царство Хель. Никому не хотелось владычествовать там, хотя владыка таких мертвых душ и получал большое могущество. Сперва хотели метать жребий; потом решили присматривать за Хель по очереди, исключая лишь светлого Ямерта; но так беспорядок еще больше усилился, и тогда вызвался Яэт. Ему наскучила к тому времени бурная жизнь Молодых Богов, он искал уединенного места для раздумий и отвлеченных размышлений. Ему и поручили надзор. С тех пор владыка Хель и получал прозвище Размышляющего Бога, хотя, над чем он может ломать голову столько тысячелетий, я никак не возьму в толк!"

Великан этот действительно оказался великаном двенадцати футов роста.

– Ну и страшилище!
– с интересом разглядывая грузно топающего по тропе гиганта, заметил Бран.
– Железа-то сколько на нем наворочено... От кого они тут защищаются?

Хаген пожал плечами и вновь сделал Сухой Руке знак молчать. Рука тана сжимала арбалет, хотя он и знал, что стрелять бессмысленно. Воина Черного Тракта могло убить лишь особое оружие; когда-то такое мастерили Древние для своих странных, никому ныне не ведомых целей. Хедин не первое десятилетие бился над секретом таких клинков, был близок к успеху, но... пока на боку его Ученика висел меч, отлично убивавший людей и колдунов, Ночных Всадниц и сумрачных хедов, разящий наповал троллей и драконов, могущий лишить телесной оболочки даже Мага - но беспомощный здесь, как будто его выковали не призрачные молоты Древних Южных Богов, а полупьяный кузнечный подмастерье где-нибудь в области бондов...

Железа доспехов на великане действительно хватало. Рогатый шлем с чешуйчатой "бородой", спускавшейся до середины груди, стальная сплошная кираса, из-под которой торчат рукава и полы длинной кольчуги, поножи и

поручни, окованные шипастыми пластинками железа сапоги неимоверного размера. В одной руке великан держал железную палицу, в другой - треугольный короткий щит, вроде тех, что надевают для одиночных схваток мечники.

Великан шумно сопел, втягивая воздух широченными, словно вывернутыми наизнанку ноздрями. Что-то взволновало его, он глухо порыкивал, вертя головой.

Бран смотрел на страшилище совершенно спокойно, с обычным своим задумчивым прищуром; Хаген же, не сводя глаз с приближающегося великана, достал из складок одежды короткую трубку и крошечный кисет с едким черным порошком. Сухая Рука не без интереса наблюдал за его действиями.

Ветер внезапно переменился, дунув по направлению от них к стражу Черного Тракта. Тот грозно взревел, поднял дубину и кинулся "вперед, прямо к тем камням, за которыми укрывались тан и его спутник.

– Учуял, - флегматично заметил Бран.
– И что теперь будем делать?

– Сейчас увидишь, - буркнул тан, поднося к губам заряженную черным порошком трубку.

Топот и громкое всхрапывание раздались совсем близко. Две здоровенные ручищи в кольчужных рукавицах ухватились за край камня, потом над острой гранитной гранью появился шлем размером с добрый бочонок. Даже в темноте узкой смотровой щели можно было разглядеть красный блеск глаз гиганта; и тотчас же Хаген, подавшись вперед, приставил свою трубку, чуть ли не к самому забралу великана и резко дунул.

Раздавшийся рев вполне мог бы сравниться с ворчанием Гарма; гигант закружился на месте, вслепую цепляя лапищами воздух, бросив и щит, и дубину, а потом стал срывать с себя шлем.

– Этого ему надолго хватит, - бросил Хаген. Обойдя вопящего и воющего великана, они поехали дальше.

– Ловко, - одобрил Сухая Рука.
– Не люблю зряшных убийств.

– Посмотрим, что будет дальше, - прервал его Хаген. Дальше их ждала пещера. Сначала стены ущелья сошлись почти вплотную, путь замкнула высокая черная арка входа. За ней царила непроглядная тьма.

– Что мы там разглядим, факелов-то не запасли, - заметил Бран.

– Не ворчи! Найдется кое-что получше, - отрезал Хаген.

Лошади упирались, не желая идти внутрь; Ученик Хедина поднял правую руку, шепнул несколько слов, и на ладони его появился голубоватый светящийся шар. Одно из первых заклятий, которым Маги учат своих подопечных.

– А болтали-то об этом Преддверии Нифльхеля!
– вполголоса заметил Бран. Пещера как пещера, большая, правда...

– Здесь же все пропитано смертью, ты разве не чувствуешь?
– сквозь зубы прошипел Хаген. На него уже обрушился кошмарный поток безумных видений; из-за пределов узкого круга света, отбрасываемого его шаром, на них с невыразимой словами ненавистью смотрели глаза тысяч и тысяч бестелесных и облаченных в плоть существ, каждое из которых желало только одного - забыться, напившись их горячей крови. Почему Сухая Рука не чувствует этого?'. Хагену приходилось напрягать все силы, чтобы не поддаться приступу страха; у него было чувство, что он погружается в глубь собственной могилы.

Тем временем эхо от конских копыт утихло - стены разошлись настолько далеко, что звуки их не достигали. Впереди во мраке зажглись алые точки чьих-то глаз, наверху зашуршали невидимые крылья - какие-то твари носились над самыми их головами.

– Ты опасаешься этих, молодой тан.
– Сухая Рука кивком указал на багровые огоньки глаз.
– Опомнись! Ты же человек, а люди всегда сильнее нежити. Они берут нас нашими же страхами и неуверенностью.

– То-то Пожиратель Душ тобой едва не занялся, - прохрипел Хаген.

– То - нежить особая, - назидательно заметил Бран.
– Специальная, только для того и сотворенная... чтоб тому, кто их создал!.. А здесь - здесь их вотчина, вот и все.

– Чья вотчина, что ты несешь?
– обливаясь холодным потом, выдавил Хаген. Ничего не понимаю...

– Здесь вообще родина нежити, - охотно пояснил Бран.
– Гнипахеллир и пещера эта - их исконные владения. Что ж дивиться тому, что их здесь много? Только я еще вот что скажу. Те из нежити, для кого люди - пища, здесь не обитают, им тут делать нечего...

Его речь прервали страшный рев и грохот, земля затряслась, заходила ходуном, лошадь тана с жалобным ржанием упала. Бран поспешно спрыгнул сам; где-то невдалеке что-то рушилось, раскалывалось и обваливалось, в лица им ударил жаркий зловонный ветер... Это вновь подал голос проснувшийся Гарм.

А потом все вновь стихло, и они молча продолжили путь.

Постепенно вокруг них становилось светлее, вскоре уже они могли различить землю под ногами коней; Хаген погасил свой шар и, как оказалось, напрасно что-то моментально упало на него сверху, когти вцепились в доспехи, острые зубы попытались прокусить плотную стальную вязь хауберка; выручил Бран, рассекший тварь надвое ударом небольшого обоюдоострого топорика-секиры. Одновременно надвинулись и призраки - их тан не видел, но чувствовал - по холодным, кажущимся липкими прикосновениям, от которых мутилось сознание. Он поспешил вновь засветить свой колдовской огонь и, не удержавшись, прибавил несколько Охранных Заклятий.

– Убедился?
– тяжело дыша, бросил он Сухой Руке.

– В чем? Этот крылатый вампир ведь напал на тебя, а не на меня...

– Случайность!

– Нет, - вздохнул Бран.
– И скоро ты сам убедишься в этом.

Они двигались наугад, все глубже и глубже под землю, и вскоре встретили одну из процессий Яргохора, но уже без самого Водителя Мертвых. Бледные светящиеся фигуры медленно тянулись по единственной оставшейся им дороге - к логову Пса и далее, через Великие Врата, в бездны Хель.