Гибель Богов. (трилогия)
Шрифт:
– Торопись, Ученик Хедина… Мир сходит с ума, нам надо спешить…
– Я принёс тебе воды, выпей. – Хаген осторожно приподнял изуродованную голову, приложив к губам шлем. В кустах вокруг него раздался множественный треск и шорох; Ученик Хедина поднял голову и увидел окруживших их со всех сторон слуг Мимира.
Впрочем, не они в тот момент владели помыслами хединсейского тана – он смотрел на Хрофта.
Страшные раны затягивались на глазах, новая плоть прорастала сквозь сгоревшую в уголья кожу; набухали глазные яблоки, подобно росткам из-под земли; раздвигая чёрные пласты сожжённого, появились веки, розовые, словно плоть новорождённого младенца.
Нельзя сказать, что спустя несколько минут на лице Старого Хрофта не осталось никаких следов огня – рубцы и морщины щедро избороздили лоб, подбородок, щеки; но глаза – самое главное – вновь могли видеть.
Отец Дружин с трудом поднялся, поддерживаемый Хагеном.
– Спасибо тебе, – только и вымолвил Хрофт, кладя ладонь на плечо тана, вкладывая все, что мог, в одно короткое мощное рукопожатие.
Множество глаз насторожённо и хищно глядели на них, не мигая; к ним затем прибавились человеческие – добрая дюжина поселян, не обращая никакого внимания на обосновавшихся вокруг созданий магии Мимира, подошла поближе рассмотреть странных пришельцев.
– Хрофт, можешь идти? – косясь на удивительное кольцо вокруг них, спросил Хаген.
– Должен, – сквозь зубы ответил Древний Бог. – Раньше бы этот огонь не причинил мне вреда…
– Что вспоминать, скажи лучше, что нам делать вот с этими? – Хаген кивком указал на людей и зверей. – Ты ничего не знаешь о них?
– Нет… – морщась от боли, ответил Владыка Асгарда. – не надо прорываться к Источнику, пока они стоят, растерявшись…
Он поднял выпавший из руки Золотой Меч – и они двинулись обратно, к обиталищу Мимира; Хаген держал наготове Диск Ямерта.
– Лучше убери, – посоветовал Хрофт. – Никто не знает, что случится, если эта штука попадет в Старого Ётуна. Мимир, он, знаешь ли, – сам по себе Сила. Я никогда не мог понять его…
– Однако вода из его Кипящей Купели тебя спасла!
– Меня – да, но уже тебе она бы не помогла. Она слишком хорошо помнит меня, слишком долго, очень много веков лежал на дне Источника мой залог, я впитан этой водой, она стала частью меня, и я – её… – Последние слова Хрофт пробормотал еле слышно, голова его опустилась на грудь, он с трудом передвигал ноги.
Они продирались через сплошную стену зарослей пополам с руками, лапами и щупальцами слуг Мимира. Люди не торопились расходиться, они по-прежнему пристально взирали на Хагена и Хрофта, не препятствуя и не помогая, они просто шли по обе стороны от путников.
– Что они за нами тащатся? – сквозь зубы прошипел Хаген.
– Следят, – негромко, через силу, ответил Хрофт. – Я не знаю, что мы сумеем сделать у Источника, Хаген. Я что-то совсем выбился из сил…
Хаген приостановился – и их сопровождающие тоже встали, не сводя внимательных взглядов. «Хрофту дальше не пройти, – подумал тан. – А если он и пройдёт ещё – из гордости, – в бою от него всё равно никакого толку…»
Глухое отчаяние отвратительной змеей подползло к сердцу Хагена; он бывал в различных переделках, но ни одна ещё не казалась ему столь же безнадежной, как то положение, в которое он угодил на сей раз. Он со злобой взглянул на Око в небесах – сейчас их от него закрывали ветви, но хединсейский тан всё равно чувствовал упорно скользящий за ними взгляд, чужой и враждебный. Сколько будет продолжаться это ожидание? Легче было драться с ведьмами! А там, у Источника, их ждёт Мимир… Ётун, чем-то невероятно напуганный, – чем он встретит их на сей раз?
Ётун встретил их полным боевым вооружением, очень древним, сделанным из толстенной кожи давным-давно исчезнувших тварей. На груди, животе и боках были нашиты костяные пластины; в руке Мимир сжимал каменный топор.
Они замерли. Страж Источника не думал прятаться или устраивать им ловушки; рука Хагена вновь, помимо его воли, потянулась к Диску Ямерта.
– Ну, идите сюда, осквернители Мира! Я знаю всё, откуда вы и зачем вы здесь; идите и попробуйте взять то, за чем пришли!
За спиной великана у самого Источника стояла закутанная в светло-синий плащ фигура. Совершая руками сложные магические пассы, она колдовала над Кипящей Купелью. Незнакомец мельком бросил взгляд на Хагена и Хрофта и вновь повернулся к воде.
Фигура эта показалась Хагену неуловимо знакомой, но угроза, исходившая от неё и ощущаемая столь же ясно, как солнце сквозь закрытые веки, заставила тана на миг забыть даже о Мимире.
Из леса тем временем торопились создания Ётуна, шипели, шелестели, шуршали, осторожно огибая в беге неспешно следовавших за Отцом Дружин и хединсейским таном нескольких обитателей деревни – людей набралось уже около двух десятков.
Старый Хрофт издал низкий и грозный боевой рык. Золотой Меч поднялся в позицию, и Отец Дружин упруго шагнул навстречу Мимиру (откуда только силы взялись, невольно удивился Хаген).
Великан зловеще усмехнулся и тоже тронулся им навстречу, неспешно поднимая каменный топор.
– Погоди, о Ётун! – крикнул Хаген. – Быть может, ты всё же расскажешь нам, в чём тут дело и почему ты поднимаешь на нас оружие, хотя я всего лишь напоил страждущего глотком воды из этого Источника?
– Когда твоего… ха-ха… твоего друга звали несколько по-другому, он пришёл ко мне просить воды из этого Источника, я согласился, думая, что это всё же прибавит ему мудрости, однако – увы! – я ошибался! – загрохотал в ответ Мимир. – Поэтому всего я вам все равно не скажу – не поймёте; а тебе, колдун, полезно будет узнать, что терпение у наших благодетелей, Молодых Богов, наконец лопнуло, и вас с твоим… ха-ха… Учителем ждет кое-что весьма неприятное. Вы нарушили тщательно установленное Равновесие великих вселенских сил…
– Эту глупую сказку я слыхал ещё в плену! – взревел Старый Хрофт. – Когда после битвы я остался один, мне долго втолковывали подобную чушь; кстати, Мимир, кости твоих сородичей щедро украсили в тот день роковое поле, погиб почти весь род Ётунов – так с чего это ты зовёшь Молодых Богов «благодетелями»?
– Не твоё дело, – огрызнулся Мимир, не замедляя шага. – Мои сородичи были глупы, раз не поняли, что надо признать новую силу, понять, что именно ей Творец дал править Миром, – и поплатились за это; но здесь также виновен и ты – зачем подбивал их на заведомо безнадежный бой?! Так что сейчас тебе придётся платить также и за это. – Устрашающего вида каменный топор, сделанный из цельного куска скалы, уже поднялся высоко вверх, готовый к единственному и неотразимому удару.
Незнакомец в голубом плаще продолжал творить волшбу над Источником.
«А что, если он пришёл забрать истинный амулет?!» – словно бичом, ударила Хагена страшная мысль.
Прежде чем сознание, осторожность или Старый Хрофт смогли остановить его, Хаген коротким и мощным заклинанием послал вперёд смертоносный Диск. Он догадывался, что перед ним – кто-то из Сильных – Магов, Смертных Колдунов, быть может, даже из низших слуг Молодых Богов; предчувствие оказалось сильнее разума, Хаген не стал выяснять, кто перед ними и отчего мороз продирает по коже, когда взгляд натыкается на странного волшебника. Он метнул Диск, доверив куда больше, чем одну лишь свою жизнь, стремительному полёту круга из сверкающего зачарованного металла.