Гибриды. Пораженные Крыльями
Шрифт:
Трава слегка шелестела под ногами Миши и Маши, отходящих от собравшейся компании на довольно приличное расстояние. Маша остановилась, понимая что отсюда их не радужный разговор другие члены Комитета и Ирина Костилева не услышат. Внучка Бабы Яги выбрала эту неприметную полянку неспроста. Здесь был расположен отличный наблюдательный пункт по меркам Марии. Они с Мишей отчетливо видели столпившихся в кучке ребят, тихо переговаривающихся между собой. Ирина стояла чуть поодаль и не спускала с участников игры прищуренный взгляд, который мастерски отточила во время частых споров с Мишей дома.
— Так, — кашлянул Миша, прерывая невеселые мысли Маши, — о чем ты хотела со мной поговорить?
— Ты и ты, — Маша ткнула пальцем на пришедшего за ними Виталия, — упрашивали меня взять в Комитет Ирину. Посмотрите на нее! Разве она сможет хранить в тайне наши планы? Ирина явно появилась здесь неспроста и выполняет чей-то указ.
— Откуда ты знаешь? — Перебил Машу Виталий. — Может Ирка хочет найти в игре союзников и именно поэтому вышла к нам на встречу? Если ты забыла, то мы с Мишей считаемся отступниками благодаря Алине Павловне и Себастьяну Риверу. На нас все еще открыта охота, а Ирка дружит с нами с детства. — Виталий отрицательно покачал головой, прогоняя нехорошие мысли. — Я не думаю, что она способна подложить нам свинью.
— Любовь и дружба бывают слишком слепы. — Резонно заметила Маша, не веря словам Виталия. — Враг может скрываться под любым обличием. Обычно он появляется в только ему выгодных моментах, старательно втираясь в доверие окружающих.
— Я согласен с Машей, хоть мне и не хочется этого признавать. — Вдруг вставил свою лепту в разговор Михаил. Своим признанием ему удалось шокировать Виталия. Миша поспешил рассказать другу и внучке Бабы Яги о своих подозрениях, которые он вынашивал в голове с момента встречи Ирки и ее отца на территории пятого отряда. — Есть одно событие о котором я вам не рассказывал. Ирка попросила об этом молчать, да и если честно, мне самому не хотелось афишировать данное происшествие. Прежде чем я вам о нем расскажу, Маша ответь мне, пожалуйста, на вопрос: если член семьи состоит в Департаменте он может рассказывать об этом всем подряд?
Маша озадачено прищурилась и отрицательно покачала головой.
— Нет. Нет это невозможно. Видишь ли, на сотрудников Департамента накладывается обед молчания. Обед молчания это своего рода заклинание, благодаря которому никто кроме членов семьи сотрудника Департамента не знает об истинной должности семьянина. Когда сотрудник Департамента решается рассказать своей семье правду о работе, члены семьи самолично проходят сначала тесты, а потом на них, как и на работника Департамента, накладывается обед молчания. Тесты, как и обед молчания обмануть нельзя, а снять можно только с участием Департамента. Но даже при таких случаях, из членов семьи сотрудники Департамента стирают память об истинной работе их непутевого члена семьи… А почему ты спросил?
Миша переглянулся с Виталием. От Маши этот не многозначный взгляд не укрылся. Она выдвинула одну бровь за что получил такой же взгляд от Виталия.
— Ирка видела во время процесса обучения как Виктория встречалась с Севастьяном Костилевым на территории пятого отряда. При встрече Вика была прекрасно осведомлена о принадлежности Севастьяна Костилева принадлежности его персоны к Департаменту.
— Виктория? — Не поверила рассказу Миши Маша. — Это та, труп которой нашли в первой неделе пребывания в лагеря?
— Пффф… — Прыснул Виталий. — Как будто мы знали много Викторий, обучающихся в подростковом лагере и желающих на этой смене получить крылья.
— Крылья Виталий хотят получить все. Но в одном ты прав, Викторий в лагере мало. — Задумчиво констатировала факт Маша, пытаясь переварить полученную информацию и понять, чего же там удумал Миша. — Я не совсем понимаю, как мертвый человек мог воскреснуть на пустом месте. Поэтому Миша говори, что ты там умудрился удумать за столь короткое для нас, но довольно длительное для тебя время.
Миша переглянулся с Машей и Виталием. Виталий неоднозначно пожал плечами. Своим жестом он давал знак на продолжение разговора. Во взгляде Маши Миша увидел интерес и сильную задумчивость. Миша понимал, что высказав или случайно уронив ту или иную мысль при разговоре, времени назад не повернешь. Миша сделал глубокий вздох и при выдохе произнес то, во что сам особо не хотел верить.
— Севастьян Костилев считается биологическим отцом Ирки. Ирина никогда не говорила о второй семье Севастьяна, да и я особо этим не интересовался до прибытия в лагерь. Раз то, что недавно сказала Маша правда, а Ирка не знала кем работает Севастьян Костилев и есть ли у него работа вообще, тогда получается, что Виктория является второй родной дочерью Севастьяна Костилева.
— То есть ты хочешь сказать… — Начал Виталий, но не осмелился продолжить.
Миша утвердительно кивнул, соглашаясь с не высказанными мыслями Виталия.
— Да, ты прав. — Невесело усмехнулся он. — Это значит, что Виктория может считаться моей сводной сестрой.
Глава 24
Алина Павловна нервно постукивала каблуком туфли о деревянную доску. Директор заброшенной психической больницы и подросткового лагеря не могла сидеть сложа руки несколько дней подряд. Она осмотрелась, галочкой подмечая про себя, что некоторые приглашенные на арену зрители стали расходиться по домам. Алина Павловна не переживала. Родители играющих учеников вернуться на рассвете и будут сидеть днем, позабросив все домашние дела, пока их чадо не выйдет из игры живым.
Директриса посмотрела на места почетных гостей. Каролина Кахлонская явно скучала, стараясь не придавать виду. Алина Павловна с прошлых лет прекрасно знала, что ее веселое настроение всего лишь иллюзия, поддающаяся магическим чарам. Каролина училась в школе у Алины Павловны. Актерское мастерство, притворство и вранье ей не поддавались. Конечно, если незнакомец не знал девушку так же хорошо, как и Алина Павловна, то наигранные чувства можно было смело принять за медную монету.
Департамент в этом году успел отличится. А ведь это только первые игры! Себастьян и Люк Риверы из года в год с момента открытия лагеря старались присутствовать на арене в качестве зрителей. Хотя старший брат Себастьян не раз пытался пробраться в игру. Братьям, как и остальным приглашенным из Департамента первым делом стала поимка неугомонного Комитета. И с чего они решили, что Комитет образовался именно в лагере? Уму не постижимо! Дети не могут быть преступниками! Они и так бояться выходить и возвращаться после смен в человеческий мир!
— Алина Павловна?
Алина Павловна подняла невольно бровь и повернулась к подошедшему мужчине. Он был приятен на вид, имел высокий рост, черные волосы подчеркивали глубину серебряных глаз. Явный признак нежити.
— Да, это я. — Подтвердила догадку мужчины директор. — Вы что-то хотели?
— Видели ли, я отец Михаила Костилева Андрей. — Андрей Овчинников протянул руку для пожатия руки Алины Павловны. Алина Павловна прищурившись посмотрела на жест доверия, но со всей элегантностью проигнорировала его. Андрей лишь пожал плечами, убирая руку в карман серых брюк. — Я предлагаю перенести игру в другой мир.
— Я отклоняю ваше предложение. — Сурово ответила Алина Павловна. — Вам кто-нибудь из присутствующих родителей разъяснял правила игры?
— Разъясняли. — Кивнул Андрей, выискивая глазами Василису Костилеву, маячившую неподалеку от Алины Павловны. — Но никто не говорил мне, что перенос арены противозаконен.
— Такого закона нет, но не волнуйтесь. Я обязательно его внесу после окончания игры.
— Но вы же директор лагеря! И директор школы, в которой учится мой сын! Вам подвластен даже самый глупый запрет.