Чтение онлайн

— Ты рехнулся?! — крикнула Умбра. — Меня убьёт Алан! И вообще, не хочу я уходить!

— Тогда отныне ты работаешь на меня, — холодно сказал Иладар. — Судя по всему, ты не сильно горюешь о смерти своих прежних лидеров, поэтому без проблем сменишь цвета флага. Готов поспорить, ты была с ними, потому что кроме них мало кто готов был возиться с тобой.

— Ладно, ладно, я теперь с тобой, только не прогоняй, — взмолилась ведьма.

— А ты что думаешь? — спросил Иладар у юноши.

— Я скорее сдохну, чем буду служить такому чудовищу, как ты. Я уйду из Академии, и ты больше меня не увидишь.

— Дело твоё.

К месту сражения стянулись некоторые местные жители, которые непонимающе смотрели по сторонам. Иладар приказал всем своим подчинённым уходить. Благо, о свидетелях беспокоиться было не нужно, спасибо силе гиен.

* * *

До того самого рокового момента, на протяжении всей истории считалось, что власть короля Эденвера незыблема и ничто в стране не может произойти без его одобрения. Однако, время показало обратное. В королевстве не было единой религии. Ход вполне разумный, учитывая, представители насколько разных культур проживали на его территории. По сути, каждый верил во что хотел. Хочешь — вера северян с духами предков и силами природы, хочешь — распространённая среди жителей столицы и прилегающих земель вера в пантеон богов, среди которых главным считался повелитель удачи и богатства. Вера южан с одним единственным богом, где всё происходящее на земле — проявление его воли, тоже была в почёте.

Единственный закон, принятый касательно вероисповедания, гласил, что на территории королевства нельзя строить новые храмы, относящиеся к любой религии, только ремонтировать старые. Небольшое примечание гласило о запрете государственной религии. Это позволило группе фанатиков начать осуществление своего плана. Их веру они называли просто — Истина. У неё было два главных принципа. Первый — бог всего один, но его воля проявляется через пророка, которого он выбирал среди смертных. На момент появления религии таковым себя считал Пауль Просвещённый. Вторым принципом были страдания, на которых вера и была построена. Мол, только пройдя через испытания, человек познаёт себя. Только потеряв близкого, люди начинают осознавать, как любили ушедшего.

В один день Пауль со своей свитой начал выходить на улицы и проповедовать. Поначалу их никто слушать не хотел, потому что жители столицы люди крайне занятые. Но знаете, как это бывает — один просто остановился рядом, чтобы перевести дух, второй это увидел и встал рядом, чтобы посмотреть, к ним почти сразу подбежал третий. Число последователей Истины начало расти, вести о ней разлетелись подобно чуме. Вскоре разговоры о новой вере были слышны на каждом углу, как и проповеди, так как число свиты Пауля стало настолько велико, что он мог покрыть их выступлениями чуть ли не весь город.

Как часто и бывает, если есть согласные, значит будут и недовольные. Истина пришлась по вкусу более бедным жителям столицы. Кучерам, подёнщикам, попрошайкам, мелким торговцам и учителям. Они требовали сделать веру официальной, начать печатать по ней книги и строить храмы. Те же, кто был побогаче, называли новую религию грязной ересью и отчаянно требовали от короля, чтобы он, наконец, отдал Королевским рыцарям приказ разобраться с насущной проблемой.

Игнорировать сложившуюся ситуацию дальше было попросту невозможно. Вскоре всю столицу поразила новость о том, что король хочет выступить на главной площади у своего дворца с заявлением. Количество людей, пришедших послушать, поражало воображение. Казалось, что площадь переполнена, но в то же время, будь она хоть вдвое больше, на ней всё равно не осталось бы свободного места. Король вышел на балкон к своим поданным и был краток:

— Дорогие мои поданные! Я знаю, что сейчас каждый из вас озабочен новостями о появлении новой веры, называемой Истиной. И также я знаю, что вы хотите узнать моё мнение на этот счёт. Воля моя такова: я не отступлюсь от закона, подписанного ещё моим предком. В нашем королевстве не может быть единой для всех религии. Те из вас, кто хочет следовать по стопам новой веры, следуйте. Те же, кому она не по нраву, оставайтесь против и верьте во что-то другое. Никаких книг об Истине не будет напечатано, никаких храмов не будет построено.

С точки зрения закона, речь была абсолютно правильная и логичная, но с другой стороны, это было провалом. Последователей религии настолько возмутило подобное отношение, что они взбунтовались прямо на глазах у своего правителя, начали освистывать его и кричать, что ему плевать на их мнение. Король заявил, что его выступление закончено и попросил всех присутствующих покинуть площадь, однако его послушались далеко не все. Прямо среди толпы вдруг выросли проповедники Истины и начали призывать людей остаться, чтобы показать их решимость, ибо “только так они смогут отстоять права новой веры”.

Далее началась ужасная давка. Последователи Истины пытались прорваться ко дворцу, рыцари старались навести порядок, а противники новой религии стремились покинуть площадь, но их смывало потоком людей. Король скрылся из виду, оставив всё на своих подчинённых. Королевские рыцари, хоть и были, в большинстве своём воинами довольно умелыми, ничего не могли противопоставить разъярённой толпе. Всё, что они могли, не применяя оружие — удерживать дворец от вторжения.

Площадь окончательно опустела лишь к вечеру, когда погода встала на строну короля, ударив по взбунтовавшимся сильным ветром и нескончаемым ливнем. Уставшие и голодные, последователи Истины начали растекаться в разные стороны от дворца, чтобы зализать раны и на следующий день вновь выйти на улицы. Около недели вся столица жила в лихорадочном состоянии, когда каждый день происходили стычки между последователями Истины и Королевскими рыцарями. На третий день к последним на помощь пришли полки регулярной армии, а также крупные и малые рыцарские ордены (в том числе и Янтарный лев). На четвёртый день стало очевидно, что даже их сил было недостаточно, чтобы взять под контроль сложившуюся ситуацию и король объявил о формировании ополчения из столичных жителей, надеясь тем самым вызвать раскол среди восставших, но тут уже возмутились даже те, кто был против Истины. Они посчитали, что нерешённый вопрос с религией — внутренняя проблема короны. Собирать ради этого ополчение, которое обычно формировалось ради защиты от иноземных вторженцев, всеми воспринялось как дикость. На седьмой день, когда столица стала задыхаться от чрезмерного количества трупов и крови на улицах, что грозило вспышкой какой-нибудь болезни, король вновь объявил, что хочет выступить на площади перед своими подчинёнными. Вся Авалония выдохнула, ведь до окончания обращения между восставшими и рыцарями было объявлено перемирие. Король вновь вышел на балкон к своим подчинённым, чтобы положить конец кровопролитию:

— Дорогие мои поданные! Я с прискорбием спешу сообщить, что напрасно проигнорировал поступь новой веры. Сейчас в нашем королевстве нет единой религии, пусть так будет и в дальнейшем, — король быстро поднял руки вверх, призывая к тишине, предвидев гам, который чуть не начал греметь по всей площади. — Однако Истина пришлась по вкусу крайне большому количеству моих дорогих поданных. Ввиду этого, я готов пойти навстречу и сделать ради неё небольшой исключение. На территории Авалонии, недалеко от моего дворца, будет построен храм Истины, в котором для всех желающих будет проповедовать Пауль Просвещённый и его приближённые. Сегодняшний день отныне станет праздником для всего королевства — день появления новой веры. Помимо этого, мы начнём печать книг об Истине, как только дорогой Пауль напишет для них содержание. Книги будут в каждой из существующих в столице библиотек, а ещё, их будут изучать студенты Академии Вестерион, чтобы, в случае необходимости, встать на защиту новой веры от любых посягательств.

Речь короля вызвала бурю ликования. Пускай среди собравшихся на площади было и множество противников Истины, они просто молчали, потому что понимали, что впервые за своё правление король Кеннет пошёл на подобные уступки, и теперь Пауль Просвещённой станет полноценной новой фигурой на игровой доске королевства, предзнаменуя грядущие перемены.

Само собой, такие крупные изменения не могли не затронуть жизнь в Академии. Если не брать скорое появление нового предмета, который большинство заранее невзлюбило, внешне всё было по-старому, но до Дарима стали доходить слухи, что среди групп гиен началось расслоение. Оно было связано с Истиной, а точнее, с её трактовками. Первоначальная задумка религии подразумевала смирение и принятие страданий, но в стенах Академии родилась новая радикальная трактовка главного принципа новой веры. Она заключалась в том, чтобы причинять страдание другим. Безусловно, большинство студентов считало эту трактовку глупой и бессмысленной. На каждом углу все говорили и спорили только об этом, зачастую приходя к общему мнению, что Истину лучше оставить в первоначальном виде. Однако среди гиен идея причинения страданий другим, обусловленная религией, стала настолько вирусной, что не прошло и нескольких недель, как Ванесса принесла довольно скверную новость — происходило формирование новой группы. Она сказала, что ещё никогда не видела настолько много гиен в одном месте, но что хуже — их число росло с каждым днём.

Тогда религиозная группа, получившая название “Искупление”, не занималась ничем из ряда вон. Они собирались на молитвы, ходили вместе в храм, построенный королём, слушали проповеди от своего лидера (которого считали настоящим пророком Истины). Однако Дарим буквально нутром чуял, что начало их скверных деяний — лишь вопрос времени.

Группа мисс Мии сидела в кабинете математики без дела. Преподаватель предупреждал, что может опоздать на первое занятие, однако низкая женщина в очках не явилась даже спустя двадцать минут.