Гильдия Предателей
Шрифт:
Палач на мгновение замолчал, но вскоре продолжил:
— Всё изменилась, когда на горизонте появилась обворожительная Уфия. Мы оба влюбились в неё с первого взгляда…
— Но бабушка выбрала тебя.
— Да! И это стало концом нашей дружбы с Моди. Как же он бесился от этого. Он считал, что мой магический дар очаровал Уфию, а потому принялся тренироваться с утроенной силой, а после буквально поселился в Башне. Однако всё это не принесло должного результата, я всегда оставался на две головы выше…
— Но он всё равно не сдался, — догадался Тамэо.
— Именно! Но от честного соперничества он перешёл к запретной магии. Легенды гласили, что особый ритуал может открыть спящие таланты. Моди поверил этой байке, но вместо могущества получил лишь разочарование. Мало того, обряд растворил всю ману, что была в Моди, после чего он перестал быть Искателем.
— Так вот почему он практически не обладает магической силой.
— Да, но в этом он винит меня! Он так и не покорился мысли, что твоя бабушка выбрала другого. Также он не смирился и с тем, что я не смог защитить Уфию, позволив ей умереть в Срединном мире. Отчасти я и сам себя за это ненавижу!
— Но почему именно сейчас? Почему все эти годы он оберегал и поддерживал, а теперь решил наслать головорезов? Что могло измениться?
— Это нужно узнать у него самого, — пожал Акан Вардо плечами. — Вполне возможно, что он не трогал тебя, опасаясь моей мести. А не так давно прошёл слух, что я погиб на войне. Тогда-то он и решил поставить точку в нашем соперничестве, избавившись от последнего наследника семьи Акан.
— Не верю… Но…
— Но в любом случае он ответит за злодеяния. И я выбью из него всю дурь! Никто не смеет поднимать руку на моего внука! В конечном итоге это наш с ним конфликт. Втягивать тебя — это низко!
— Постой! Не нужно этого делать… — быстро проговорил Тамэо.
— А?
— Я сам разберусь с этим. Мне нужно знать точные причины!
— Уверен? — хмыкнул Акан Вардо.
— Да, оставь это мне.
— Ладно-ладно! — отмахнулся Палач, громогласно рассмеявшись. — Впрочем, тебе и правда нужно самому научиться решать проблемы. Оставлю Моди на тебя! К тому же у меня нет желания с ним снова встречаться. Особенно теперь!
Акан Вардо ещё раз осмотрелся и хмыкнул, а после вышел на улицу. Тамэо пошёл за ним, но Палач остановил его движением руки.
— Не нужно меня провожать. Ещё увидимся!
— Деда…
— Просил же! Ну, чего тебе ещё?
— Я рад, что ты жив!
— Рано мне умирать, хочу погулять на твоей свадьбе. Ну, бывай! И заканчивай уже играть в добряка! Мир не разделён на чёрное и белое…
С этими словами Акан Вардо растворился в воздухе. В небо ударила огромная молния, унёсшая прославленного воина лишь в одном ему ведомом направлении.
К Тамэо, смотрящему в облака, сзади подкралась Агнис и положила свои тонкие пальчики ему на плечи.
— Ну что, «братик»? — со смешком в голосе произнесла алая чародейка. — Уже готов идти строгать детишек?!
Тамэо лишь улыбнулся в ответ, а после зашёл обратно в лачугу. Там его ждала вкусная еда и приятная компания.
— «Братик», я застряла! — послышалось позади. — Помоги мне!
Похоже, Агнис теперь долго не оступится от подобных шуток. Если алая чародейка решила поиздеваться, то остановить её не сможет даже воля самой Богини. Тамэо оставалось лишь вздыхать и терпеть.
***
Несмотря на то, что обвинения были сняты, Тамэо всё равно остался Предателем, с которым никто не хотел вести дел. Стало даже хуже, теперь многие боялись с ним просто заговорить, опасаясь навлечь на себя либо гнев Палача, либо недовольство ордена Священного огня.
Всё это привело к тому, что даже теневой торговец Мисор закрыл перед Предателями ворота своей крепости. Что уж говорить про других работодателей. Деньги начали быстро истощаться, на горизонте вновь замаячили голодные деньки.
— Мясо и хлеб, хлеб и мясо! — канючила Агнис, смотря в свою тарелку.
— Скоро может остаться только мясо, которое Миюки добывает на охоте, — ответил Тамэо. — Кстати, где она сейчас?
— Ушла в свою комнату на чердаке…
Тамэо вышел из-за стола. На улице была ночь, но внутри лачуги было светло. Благо Предатели успели запастись вечными факелами до того, как в их кошельке мышь проела дыру.
Взяв один из светильников, Тамэо взобрался по крутой лестнице и постучался в дверь, ведущую в мансарду.
Изнутри никто не ответил, тогда Тамэо отворил скрипучую створку и вошёл в тесную каморку. Стены были образованы скатами крыши, а в дальнем углу было небольшое оконце. Помимо рассохшейся тумбы здесь была ещё и соломенная кровать, но она пустовала.
— Миюки? Ты тут?
Сверху послышалось какое-то шевеление. Тамэо поднял светильник выше и тут же чуть не выронил его из рук. Миюки сидела на потолке спиной к полу, держась на деревянную балку пальцами рук и ног.
Услышав знакомый голос, Миюки медленно повернула голову, вывернув шею так, как умеют только совы. Смотрелось это очень жутко. Честно говоря, Тамэо захотелось убежать вниз и забиться под одеяло, но он лишь судорожно сглотнул и спросил:
— С тобой… всё хорошо?
Миюки разжала пальцы и спрыгнула на пол, приземлившись на четвереньки. Только после этого она встала на две ноги, снова став похожей на обычную милую девушку, чьё лицо украшали огромные голубые глаза.
— Что-то случилось? — спросила она тоненьким голоском. — Почему ты такой бледный?
— Я?! — как можно более беззаботно спросил Тамэо, однако его вдруг сорвавшийся голос выдал беспокойство. — Просто я не привык видеть, как люди ползают по потолку. Что ты там забыла?
— Спала, — ответила Миюки, покраснев. — Со стороны это выглядело неприятно?
— Немного жутковато, да.
— Прости, это просто привычка. Будучи пауком, я всегда ночевала в укрытиях: на деревьях, в пещерах, в заброшенных домах. Но я обязательно привыкну к кровати, обещаю!
— Ну… дело тут твоё, а как ты не свалилась вниз?
— Паутина, — ответила Миюки, указав на прочные серебряные нити, свисающие с деревянных балок.
— И откуда ты её взяла?
Миюки вдруг покраснела ещё сильнее, опустив взгляд.