Чтение онлайн

— Благодарю, — добавил молодой человек и уже развернулся к выходу, как его остановил оклик хозяина кабинета.

— Господин!

Клановец по инерции сделал еще один шаг и встал.

«Григорьев Д. С.» — припомнил молодой человек фамилию на табличке, украшавшей дверь кабинета.

— Слушаю вас, — обернулся Волконский к главному врачу госпиталя.

— Ждать ли нам еще… неожиданных визитов? — поинтересовался немолодой мужчина.

Парень задумался. Ненадолго.

— Думаю, нет, — вполне искренне пожал плечами он.

Долгорукие, Павел был в том уверен, найдут способ донести свое неудовольствие Салтыковым… вслед за ракетным ударом самого Волконского. Даже если кровь взыграет в жилах Юрия Васильевича, то Иннокентий Степанович человеком был расчётливым. А против его слова ни Князевы, ни Головкины не пойдут.

Врач кивнул. С облегчением.

— Однако я был бы рад вашему разрешению разместить пост охраны возле палаты Елены Витальевны.

«Григорьев Д. С.» с некоторым беспокойством бросил взгляд на гостя. Тот один раз едва заметно опустил веки.

Естественно, патриарх Дома против дополнительной охраны не возражал. Зато у женщины слева нашлись сомнения в словах клановца. Обоснованные, надо сказать.

— Госпиталь находится под патронажем Первой Фамилии, господин, — чуть склонила голову темноволосая врач лет сорока от роду. — Так что…

Она недоговорила, предлагая молодому человеку самому додумать мысль.

— … Вся проблема заключается в том, чтобы получить разрешение от Долгоруких, верно? — уточнил молодой человек, доставая несколько мгновений назад «тренькнувший» комм.

На короткое сообщение у него шло секунды три.

— Именно так, — примирительно заключила женщина, всем своим видом показывая, что вот она-то уж вовсе не против усиления безопасности учреждения.

Но на все воля…

— Мои люди прибудут через четверть часа, — сообщил молодой человек и, развернувшись, вышел в приемную.

С минуту в кабинете стояла тишина. На некоторых лицах явно читалась легкая паника.

Трель аппарата на столе главврача заставила вздрогнуть всех. Разве что Кошкин продолжал с интересом изучать дорогой аппарат на столе собеседника.

— Ответите, Дмитрий Станиславович?

Главный врач аккуратно поднял трубку и поднес к уху.

За пятнадцать секунд разговора он не произнес ни звука. Только слушал. Затем столь же плавно опустил трубку на штатное место.

— Долгорукие сказали свое слово, — констатировал он еще через несколько мгновений. — Ирина Георгиевна, организуйте… процесс таким образом, чтобы эта… дополнительная охрана не создавала сложностей персоналу и пациентам.

Та самая темноволосая женщина просто медленно кивнула.

«Ну и кто меня за язык тянул?» — лишь успела оценить новую задачу она. Но тут же спрятала свои мысли куда подальше. Кошкиным приписывали уникальные даже для целителей таланты. В том числе и умение «читать мысли».

«Да не читаем мы мысли!» — только и покачнул едва заметно Герман Адольфович.

Ему все было прекрасно понятно и по лицам собравшихся.

— Задремал?

Павел вскинул взгляд. Какое-то время он потратил на осознание окружающей его реальности.

— Похоже на то, — согласился Волконский поняв, что вот уже несколько минут тупо пялится на экран комма.

Тело требовало отдыха. Хотя бы несколько часов сна.

— Как у вас в палате проснулся, — неожиданно невесело улыбнулся Павел.

Те же ощущения: словно внутри что-то перегорело.

— Пойдем, пройдемся, Павел Анатольевич, — суть растянул уголки губ Кошкин.

Эта улыбка была Волконскому знакома. До боли. Физической. Сколько раз он ее видел, когда просыпался в клановой медсекции — вотчине строго, но справедливого «Адольфыча».

Но присутствие «старой подружки» значило одно: болит — все еще жив!

Молодой человек вздохнул. Он уже так удобно устроился на диванчике. Вставать не хотелось абсолютно.

Герман Адольфович наклонился чуть ниже.

— Хватит пугать секретарей, — негромко произнес целитель.

Павел оглянулся. Двух девочек за столами он если и заметил, когда вывалился (и, главное, ввалился!) в кабинет, то значения не придал. А сейчас, стоило старому целителю обратить на это внимание, тут же «обнаружил» две испуганные мордашки, без движения засевшие за своими столами.

— Будто я зверь какой, — буркнул молодой человек, едва они покинули приемную.

— Сам Волконский, — просто пожал плечами. — В ярости. Да еще и прилетел на боевой машине…

Кошкин, чуть притормозив, бросил взгляд за коридорное окно. Оно выходило как раз на «поле боя»… Равно как и окна, расположенные в приемной и кабинете главного врача.

— Герман Адольфович, — вздохнул Павел. — Мы могли бы?..

— Да, конечно, — кивнул старик. — Жизнь Леночки вне опасности. Восстановим. Никуда не денется.

Молодой человек нахмурился.

— Но?..

Тон целителя просто предполагал эту чертову частичку, так часто меняющую смысл сообщение на прямо противоположной.

— Ты же понимаешь, что Дом против Великого клана не сможет сделать ничего.

Простая констатация.

— А вы, Герман Адольфович, полагаете, что человек, отвечающий за целый исследовательский центр в рамках Ветви, сможет остаться вне ее?

Кошкин хмыкнул. С «милой непосредственностью» ему только что сообщили, что Дом скоро лишится одного из самых перспективных специалистов. Да еще и сделали это таким образом, что и придраться не к чему.

— Что ж, статус кланового Слуги…

— Нет, — коротко отрезал Волконский.

Если Кошкин и сбился с шага, то это осталось практически незамеченным.

— Будет сложно.

Старику даже не было необходимости знать, что именно задумал юный собеседник. ЛЮБОЙ иной вариант был непростым. Да, статус целителей в империи был особым. И Дом Кошкиных занимал в этом отдельном закрытом сообществе достойное, если не одно из главенствующих мест. Но они не были ни аристократами, ни клановцами.